Саньютта Никая - Сиддхартха Гаутама

class="p1">* «я» находится в чувстве.

Он живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это чувство, чувство – это моё». По мере того, как он живёт, будучи охваченным этими идеями, это его чувство претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в чувстве в нём возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он считает, что:

* восприятие – это «я»; или что

* «я» владеет восприятием; или что

* восприятие находится внутри «я»; или что

* «я» находится в восприятии.

Он живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это восприятие, восприятие – это моё». По мере того, как он живёт, будучи охваченным этими идеями, это его восприятие претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в восприятии в нём возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он считает, что:

* формации [ума] – это «я»; или что

* «я» владеет формациями; или что

* формации находится внутри «я»; или что

* «я» находится в формациях.

Он живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это формации, формации – это моё». По мере того, как он живёт, будучи охваченным этими идеями, эти его формации претерпевают изменения и перемены. С изменениями и переменой в формациях в нём возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он считает, что:

* сознание – это «я»; или что

* «я» владеет сознанием; или что

* сознание находится внутри «я»; или что

* «я» находится в сознании.

Он живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это сознание, сознание – это моё». По мере того, как он живёт, будучи охваченным этими идеями, это его сознание претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в сознании в нём возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Вот это, домохозяин, означает иметь тело, поражённое болезнью и ум, поражённый болезнью.

И что, домохозяин, означает иметь тело, поражённое болезнью, но не ум? Вот, домохозяин, обученный ученик Благородных – навещающий Благородных, обученный в их дисциплине и их Дхамме; навещающий чистых [умом] людей, обученный в их дисциплине и их Дхамме – не считает, что:

* форма – это «я»; или что

* «я» владеет формой; или что

* форма находится внутри «я»; или что

* «я» находится в форме.

Он не живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это форма, форма – это моё». По мере того, как он живёт, будучи неохваченным этими идеями, эта его форма претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в форме в нём не возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он не считает, что:

* чувство – это «я»; или что

* «я» владеет чувством; или что

* чувство находится внутри «я»; или что

* «я» находится в чувстве.

Он не живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это чувство, чувство – это моё». По мере того, как он живёт, будучи неохваченным этими идеями, это его чувство претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в чувстве в нём не возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он не считает, что:

* восприятие – это «я»; или что

* «я» владеет восприятием; или что

* восприятие находится внутри «я»; или что

* «я» находится в восприятии.

Он не живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это восприятие, восприятие – это моё». По мере того, как он живёт, будучи неохваченным этими идеями, это его восприятие претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в восприятии в нём не возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он не считает, что:

* формации [ума] – это «я»; или что

* «я» владеет формациями; или что

* формации находится внутри «я»; или что

* «я» находится в формациях.

Он не живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это формации, формации – это моё». По мере того, как он живёт, будучи неохваченным этими идеями, эти его формации претерпевают изменения и перемены. С изменениями и переменой в формациях в нём не возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Он не считает, что:

* сознание – это «я»; или что

* «я» владеет сознанием; или что

* сознание находится внутри «я»; или что

* «я» находится в сознании.

Он не живёт, будучи охваченным идеями: «Я – это сознание, сознание – это моё». По мере того, как он живёт, будучи неохваченным этими идеями, это его сознание претерпевает изменения и перемены. С изменениями и переменой в сознании в нём не возникает печаль, стенание, боль, горе и отчаяние.

Вот это, домохозяин, означает иметь тело, поражённое болезнью, но не ум».

Так сказал Достопочтенный Сарипутта. Вдохновлённый, домохозяин Накулапита восхитился его словами.

СН 22.2

Девадаха сутта: У Девадахи

Перевод с английского: SV

источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 856"

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Сакьев, где был город Сакьев под названием Девадаха. И тогда группа монахов с западных рубежей отправилась к Благословенному и по прибытии, поклонившись ему, они сели рядом и сказали:

«Учитель, мы бы хотели отправиться в западную провинцию, чтобы поселиться там»{571}.

«Вы получили согласие на отбытие у Сарипутты, монахи?»

«Нет, Учитель».

«Тогда получите согласие на отбытие у Сарипутты, монахи. Сарипутта мудр, он тот, кто помогает своим товарищам по святой жизни».

«Да, Учитель» – ответили те монахи. В то время Достопочтенный Сарипутта сидел неподалёку от Благословенного в [беседке из] кустарника кассии{572}. И те монахи, восхитившись и возрадовавшись словами Благословенного, поднялись со своих сидений, поклонились ему и, обойдя его с правой стороны, отправились к Достопочтенному Сарипутте. [Подойдя], они обменялись с вежливыми приветствиями с Достопочтенным Сарипуттой и после обмена вежливыми приветствиями и любезностями, они сели рядом и сказали:

«Друг Сарипутта, мы хотели бы отправиться в западную провинцию, чтобы поселиться там. Мы просим учительского разрешения».

«Друзья, мудрые воины, мудрые брахманы, мудрые домохозяева, мудрые отшельники будут расспрашивать монаха, который пришёл из другого царства – поскольку, друзья, мудрые люди любознательны: «Что говорит ваш учитель, чему он учит?» Я надеюсь, что вы, почтенные, хорошо освоили учения, хорошо ухватили их, хорошо уделили им внимание, хорошо рассмотрели их, хорошо проникли в них своей мудростью, так чтобы когда вы будете отвечать, вы скажете так, как