Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

– Заправим горючкой из баков «вертушки».

– И горючки у нас не так уж и много осталось.

– Да ладно, товарищ полковник, не стращайте, мы люди опытные, выход можем найти из любого положения.

– Лейтенант! – торопливо бросил Полевой, глянув на генерала.

Точилин нехотя стал прямее.

– Прошу прощения.

– Тихо! – поднял палец к небу Плащинин. – Летит?..

Все замолчали, вытягивая шеи, вслушиваясь в величавую тишину гигантского леса.

– Не слышу… – сказал Полевой.

Плащинин ещё несколько секунд стоял в прежней позе, расслабился.

– Майор, останьтесь со своими парнями здесь. Мы в лагерь, обсудим положение.

– Дождёмся Макса, – добавил Костя.

– Вот только твоего Макса нам не хватает, – пренебрежительно сказал Точилин.

– Именно что не хватает, – глянул на него недобрым глазом Мерадзе.

Точилин повернулся и нырнул в лес.

* * *

Решение Плащинина остаться в лагере до возвращения вертолёта, а ещё лучше до возвращения Максима Реброва, Сергею Макаровичу по душе не пришлось. Он чувствовал, что события разворачиваются по негативному сценарию, однако доказывать практичность своих ощущений генералу не захотел. Да и надежда была, что Ребров с Редошкиным вот-вот вернутся с хорошими известиями, и всё изменится.

Через час все подуспокоились, несмотря на томительное ожидание «продолжения банкета со шмелями».

Так как дежурившие у костра бойцы полковника Савельева не позволили Веронике присоединиться к ним («Отдыхайте, мадемуазель», – сказал майор Спицын), то она присоединилась к Косте, с энтузиазмом копавшемуся в охапке травы, которую он собрал после грибного похода. Сергей Макарович прислушался к их разговорам и с удивлением узнал, что трава Большого Леса очень разнообразна. Конечно, она отличалась от земных трав, в основном свежестью, сочностью и размерами, но всё равно узнать её сорта ботанику не составляло труда.

– Здесь до фига целебных трав, – с энтузиазмом говорил Костя, протягивая Веронике кудрявую веточку. – Вот это практически золотарник, только здесь развесистый. Вот это хвощ полевой, а это птичий горец, любисток, пырей. Тут такую аптеку можно собрать – мама не горюй! Во всяком случае, я вас вылечу от любой напасти!

Улыбнувшись, Сергей Макарович отошёл к физикам.

Здесь беседа велась на другую тему. Оба по-прежнему изучали Книгу, найденную в «музее будущего Земли», и, судя по всему, находили в ней сведения, подтверждающие их взгляды и идеи.

– Конкретная комбинация рассудка и эмоций, которую мы сегодня называем «человеческой природой», – увлечённо говорил Новожилов, по обычаю терзая своё ухо, – всего лишь одно из множества возможных сочетаний, которые могли сложиться при наличии такого мозга и таких органов чувств, какими обладает хомо сапиенс.

– Абсолютно согласен с вами, – вторил ему Карапетян. – Именно поэтому наше представление о себе как о биологическом виде всегда искажено глубинными предрассудками и заблуждениями или идолами суеверий и обмана, как их описывал ещё четыреста лет назад Фрэнсис Бекон.

– Разрешите? – вежливо осведомился Сергей Макарович, прерывая речь Егора Левоновича.

Физики, сидевшие рядком на подстилке из травы, подняли на полковника глаза, отражавшие далёкое от реальности поле научных спекуляций.

– Присоединяйся, – первым пришёл в себя Карапетян.

Сергей Макарович улыбнулся, присел рядом, кивнул на фолиант.

– Что удалось узнать?

– Не так много, как хотелось бы, но всё же кое-что проясняется. Жаль, не на чем записывать новости, аккумуляторы компьютеров разрядились, и нет бумаги. Приходится запоминать, напрягать мозги. Мы нашли подтверждение тому, что наша брана отпочковалась от браны Большого Леса.

– Наша Вселенная от той, где мы сейчас, – уточнил Новожилов.

– Вот почему так схожи формы жизни. К сожалению, контакт с другой браной не прервался полностью…

– К сожалению, – перебил Карапетяна Новожилов, – контакт бран носит стохастический характер, что мешает нам исследовать мир Большого Леса стационарно, так как связи – иномерианы – спорадически возникают и так же спорадически исчезают.

– Вы хотите сказать, что иномериан много…

– Не столько, сколько хотелось бы иметь.

– Как мёд, так и ложкой, – хмыкнул Савельев. – Если бы связей было больше, население Земли давно сбежало бы сюда и сильно подпортило бы экологию Большого Леса.

– Вы правы, – смутился Новожилов.

– Возникает вопрос: почему так долго держится иномериана, связавшая Большой Лес с Землёй нашего времени и её будущего? Меня волнует этот вопрос больше всего. Не случится ли так, что она схлопнется – и мы останемся здесь навсегда?

Физики переглянулись.

– Мы не можем гарантировать… – начал Новожилов.

– Вероятность схлопывания велика, – перебил его Карапетян. – Хотя браны постоянно обмениваются связями, просто их надо научиться искать. Что касается вопроса – почему долго существует иномериана между бранами… я уже не раз говорил, Сергей, что мерность здешнего континуума нецелочисленна…

– Три и четырнадцать сотых.

– И вот эта добавка в четырнадцать сотых и порождает удивительные эффекты, связывая не только пространства, но и времена.

– То есть конкретных объяснений и доказательств у тебя нет.

Карапетян подёргал себя за бородку.

– Ну, если смотреть под таким углом…

– Хорошо, сменим тему. В Большой Лес вторгся лес чёрный, заполонивший Землю будущего. Почему Большой сам не может справиться с нашествием? Он же не просто велик, он чуть ли не бесконечен!

– Вряд ли он бесконечен… – по привычке возражать начал Новожилов.

Карапетян поднял руку, останавливая коллегу.

– Объяснение очень простое. Биологическая эволюция Большого Леса происходила в среде, где ресурсы настолько неограниченны, что у организмов не было необходимости вести борьбу за существование. Иными словами – у Большого Леса не было конкурентов. Армия ему была не нужна.

– Но это противоречит факту существования Демонов Войны.

– Ничуть не противоречит. В мире неограниченных ресурсов отсутствие конкуренции не замедляет эволюцию разумных существ, но приводит к тому, что видов может быть много. К тому же Демоны Войны, наверно, сами были наполовину животные, наполовину растения. Когда они уничтожили друг друга, Большой Лес остался один и создал уникальную экологическую систему, основанную не на конкуренции. А тут бац – вторжение! Вот он и нашёл союзников – нас.

– Своих врагов, по сути.

Карапетян снова потеребил бородку.

– Верно, однако, к счастью, не все люди – потомки Демонов Войны.

– Тут я с тобой полностью согласен. – Сергей Макарович встал. – Спасибо за консультацию, товарищи теоретики. Занимайтесь нашим будущим, – он кинул взгляд на фолиант, – пока есть время.

Учёные послушно склонились над Книгой.

Сергей Макарович подошёл к сидящим у шалаша гражданским.

Костя с увлечением продолжал просвещать слушательницу о свойствах трав, Вероника кивала, косясь на возившихся у костра мужчин. По-видимому, ей уже прискучило общаться с ботаником, погрузившимся в свою стихию, но делать было нечего, и она терпела.

Лейтенант Точилин то и дело куда-то исчезал, наконец вернулся в лагерь и присоединился к гражданским, делая вид, что слушает Костю, и при этом с интересом поглядывая на Веронику.

Девушка в свою