"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей

Вот эта бумажная таблица произвела наибольшее впечатление. Все присутствующие были хорошо знакомы с тем, что получалось из-под пишущей машинки. Результат выглядел так, как будто его напечатали в очень хорошей типографии.

Однако товарищ преподаватель (теперь ее уже так и воспринимали) явно собралась добить слушателей так, чтобы пух и перья летели:

— Юлий Борисович, не желаете ли получить график? Как понимаю, это независимая переменная, а это — зависимая.

У Харитона хватило решимости лишь на кивок.

— Синий цвет кривой вас устроит? — светским тоном осведомилась юная нахалка. Получив утвердительный ответ, она принялась налаживать график. Получилось не очень скоро, но эффектно.

— И это тоже можно на бумаге? — спросил один из главных математиков Яков Борисович Зельдович, уже почти наверняка зная ответ.

— Ну, разумеется! Все, что есть на экране, можно получить и на печати.

Рославлев глядел на все это со смешанными чувствами. Опыт в обучении полностью неподготовленных людей был у него громадным. С одной стороны, он знал, что быстро привыкание к технике не произойдет. Вспоминалось, что у многих его сотрудников процесс занимал как бы не полгода, и то были люди с высшим образованием, а некоторые работали до этого на больших ЭВМ. С другой: восхищала жажда действий, с очевидностью продиктованная не просто любопытством.

— Дайте поглядеть!

— Юлик, здесь не должно быть никакого горба!

— А нельзя ли коэффициент b2 тоже менять?

— Хорошо бы откопировать. Или напечатать еще. Нам с Толей нужна.

— Я в очередь на расчет! Эсфирь Марковна, запишите меня!

Последний возглас Рославлев посчитал достойным ответа:

— Товарищи, очередность устанавливает не системный администратор и даже не я, а Игорь Васильевич.

В свою очередь, Курчатов счел нужным вмешаться:

— Сергей Васильевич, предлагаю нам двоим и Эсфири Марковне остаться и обсудить. А еще хорошо бы учебники получить.

— Игорь Васильевич, учебники у вас и ваших сотрудников обязательно будут, но после, и только для тех, которые получат доступ.

— А кто его получит?

— Только прошедшие обучение. Но прежде на работу должны поступить сменные системные администраторы. Кстати, Эсфирь Марковна, категорически запрещаю вам оставаться на сверхурочные работы. Надеюсь, тут вопросов не будет?

Студентка понятливо кивнула.

— В таком случае, товарищи, все свободны, а вас, Игорь Васильевич и Эсфирь Марковна, попрошу остаться. Требуется обсудить многое.

Результатом обсуждения явились многочисленные бумаги, в том числе список предполагаемых учеников, список первоочередных задач и короткая лекция по компьютерной безопасности. После нее разгорелся небольшой спор о том, нужно ли назначать индивидуальные пароли для тех сотрудников, которые будут заказчиками расчетных работ. Кроме того, Курчатов выпросил лично для себя то, что товарищ Александров назвал учебником. Пролистав толстенный том, Игорь Васильевич составил мнение: это было наиподробнейшее руководство к действию из всех, какие он видывал. Книжища была передана из рук в руки с напутствием:

— Имейте в виду, через два дня я отбуду в командировку. По моим прикидкам, она займет неделю или чуть меньше. До моего прибытия порядок работы с вычислительной техникой останется тем, который я уже определил.

Рейхсканцлер Германии Рудольф Гесс не выглядел встревоженным или хотя бы озабоченным, хотя повод для этого был. На прием напросился министр промышленности Функ, и был он весьма настойчив.

Наедине эти двое были друг с другом гораздо менее официальны, чем на людях, хотя на "ты" так и не перешли. Но Гесс был очень опытным политиком и умел разбираться в людях. Душевное состояние министра он угадал. Вот почему первый вопрос главы государства прозвучал так:

— Вальтер, что у вас такое?

— Рудольф, в Германию с неофициальным визитом прибыл Генри Моргентау из Америки.

У Гесса была отменная память (хотя и хуже, чем у покойного фюрера), что он и продемонстрировал:

— Еврей, насколько помню?

— Рудольф, там прекрасно осведомлены об изменениях в нашей внутренней политике. Думаю, именно поэтому они и прислали этого человека.

— С чем именно прислали?

— Америка чуть ли не навязывает нам кредит на очень льготных условиях. И это не частный кредит, а государственный.

— В чем выражается льготность?

В голосе Гесса прозвучал налет иронии, но министр сделал вид, что не заметил его.

— Во-первых, в общей сумме, во-вторых, в условиях выплаты.

Функ сделал паузу, но рейхсканцлер не поддался на эту простейшую уловку:

— Поясните. И выкладывайте всю информацию сразу, а не по частям.

— Слушаюсь. Так вот, речь идет о сумме в два миллиарда долларов, на десять лет. И всего лишь за четыре с половиной процента. Но кредит связанный. Мы не можем вложить эти деньги в легкую промышленность, даже в гражданское машиностроение. Авиация — в первую очередь, бронетанковые силы. Ассигнования на флот ограничиваются суммой в пятьдесят миллионов.

Гесс был примерным учеником Гитлера. Расколоть настолько простую геополитическую задачу труда не составило. США не нужен сильный немецкий флот. Зато нужна немецкая мощь на сухопутном фронте.

Голос рейхсканцлера приобрел чуть вкрадчивые обертоны:

— Что же дополнительного поведал вам господин министр финансов?

— Что решительно все влиятельные державы уже списали Францию со счетов, и ее в перспективе нельзя отнести к заметным игрокам даже западноевропейского уровня. Что Великобритания неуклонно утрачивает свои лидирующие позиции, и Америка не видит, каким способом можно переломить эту тенденцию. А потому лишь Германия может остаться в качестве по-настоящему значимой державы на европейском континенте. Мало того: не будет возражений, если Германия будет доминировать и в части Азии, пусть даже каким-то другим странам придется потесниться. Хотя, конечно, Америка будет лишь приветствовать установлению мира между Германией и Великобританией, ибо этим странам просто нечего делить в континентальной части Европы. Само собой разумеется, США всегда готовы взять на себя роль честного посредника.

Следующий вопрос главы правительства был вполне естествен:

— О прянике я услышал. Что представляет собой кнут?

— По словам герра Моргентау, сейчас сложилась уникальная финансовая ситуация, повторения которой он в ближайшее время не ожидает. А потому, если Германия будет раздумывать слишком долго, то и размеры кредита, и условия его получения могут сильно измениться.

— Что вы ответили?

— Что я сам не уполномочен решать вопросы столь крупного масштаба и что мне надо получить надлежащее разрешение. На это герр Моргентау ответил, что времени на раздумье осталось совсем немного: две недели.

На это Рудольф Гесс не отреагировал словами. Но политический расклад он просчитал.

Америка хочет дождаться окончания французской кампании, но не тянуть сверх того. После чего Рейх должен обратить свое внимание на другие страны. Какие? Дания в счет не идет, ее можно проглотить в один день. Кто еще? Швеция? Норвегия? Тогда весь европейский север будет полностью немецким. А кто останется потом? Англия и СССР. Ясно дано понять, что оккупацию Британских островов Америка сочтет крайне нежелательной. А вот СССР…

— Вальтер, мне понадобится от вас развернутый… — тут Гесс чуть-чуть заколебался, но через миг подобрал нужное слово, — …меморандум. В него должно войти полное описание зависимости немецкой промышленности от американских поставок и кредитов. Также включите в этот документ обзор по поставкам из СССР. Срок: одна неделя. После этого будем решать, как ответить на американское предложение.

Глава 20

Через трое суток торговая делегация из четырех человек прибыла в славный портовый город Гамбург. Немецкие представители отметили про себя, что глава делегации — человек известный в деловых кругах (именно он присутствовал при подписании многочисленных контрактов), самого старшего по возрасту представили как инженера (ранее никто из немцев его и в глаза не видел), третий, намного младше, был, по всему видать, на подхвате, он же, как немедленно выяснилось, выполнял работу переводчика. Четвертый походил на торговца, как гвоздь на панихиду. Очень уж у него были специфические повадки, да и взгляды на окружающий мир он бросал весьма особенные. При первом же контакте с отправителями груза выяснилось, что не все идет в соответствии с планом. Система управления станом была в почти полностью разобранном состоянии. Это грозило отсрочкой пуска стана в эксплуатацию, и такое подпадало под частичное нарушение условий контракта со всеми отсюда вытекающими последствиями.