Ошейник для валькирий (СИ) - "Давление"

Рита почувствовала очередную попытку Идель попасть к ней в попку, но если раньше она этого не разрешала, то после сегодняшнего дня, валькирия всё же решила сдать свои позиции в этом вопросе. Впрочем, если это прикосновение было случайным… Настаивать она не станет.

А богиня тем временем, продолжала прощупывать границы дозволенного. Её ладонь обильно смазанная маслом, сделала ещё один заход и на этот раз чуть медленней, а пальчики проникли глубже. Всё на несколько миллиметров… Но это огромное расстояние по сравнение с тем, что было раньше. Идель не без удовольствия наблюдала за Ритой. От очередной её атаки, валькирия выгнула спину, а с её губ сорвался едва различимый, из-за шума воды, стон.

— Хорошая девочка… Хорошая… Как же я тебя люблю… — на это раз рука Идель остановилась прямо напротив входа. Мизинец с указательным пальцем раздвинули попку Риты, а два других пальчика богини, сначала слегка надавили, а затем стали входить внутрь, не чувствуя никакого сопротивления.

— Хмм… Рита, а здесь свободнее, чем я думала. — Идель улыбнулась, а горничная между тем, еле заметно вздрогнула. И даже было непонятно, то ли от слов богини, то ли от её нахлынувших волн удовольствия, которые сейчас поднималась от её лона одна за другой. А Идель продолжала играть на чувствах валькирии, не давая ей передохнуть ни на секунду.

За двумя пальчиками внутрь прошёл третий, а за ним четвёртый. И только сейчас, несмотря на стиснутые зубы, Рита не выдержала.

— М-м-а! Госпожа Идель…

— Да-а…

— Хва. хватит…

Но Идель не останавливалась, она собиралась зайти так далеко как только сможет. Но похоже, что валькирия уже была на пределе. И всё повторилось, как и в прошлый раз. Рита резко повернулась и уже собиралась схватить руку Идель, но внезапно, ощущение напряжения в попке снизилось.

Горничная держала руку богини и не веря в то, что произошло, просто хлопала своими глазами. Ощущения стали легче, но вместе с этим внутри появилось чувство наполненности. А лицо богини стало меняться из обеспокоенного, в очень и очень довольное.

— По-опа-алась…

— Что вы?

— Чш-ш… — Идель принялась за свою подругу с новой силой. Сейчас Рита уже не отвертеться. Богиня усилила давление внутри живота показывая, что она хочет, чтобы девушка опустилась на пол. Её ладонь совершала волнообразные движения, вызывая целую бурю эмоций у обеих девушек. У одной от сильных ощущений, а у другой от наблюдения и чувством полной власти над чужим телом.

Сейчас Рита была словно марионетка, а Идель умело дергала за её ниточки удовольствия.

— Моя дорога-ая… Скажи, тебе нравится? — горничная уже стояла на коленях попой кверху. А её любовница сейчас насаживала её зад на собственную руку. — Я тебя не слышу, — Идель чувствовала как колечко Риты беспомощно пытается сжаться на её запястье.

Однако, богиня старалась не делать резких движений, её цель была доставить девушке максимум приятных ощущений. Идель любила, когда эта валькирия открывалась перед ней. А сейчас, она открывалась перед ней с новой стороны и для нового удовольствия.

— Д-да… — Рита уткнулась в сложенные на полу руки и чувствовала, что её собственное тело сейчас не принадлежит ей. А Идель продолжала выжимать из неё все соки.

— Тебе понравилось? — пальцы продолжали мучить чувствительную точку, потягивая и стимулируя её без остановки. А рука в попе плавно ходила вперёд и назад, заставляя всё тело Риты испытывать невероятное напряжение и эмоции. Такие, что от каждого движения Идель, у неё перехватывало дыхание. — Я не слышу тебя. Повтори. Тебе понравилось?

Однако, как богиня не старалась… Рита так ничего больше и не сказала. Это было досадно… Но даже так, это был необычный опыт.

Валькирия в её руках извивалась, стонала и кричала. Периодически пыталась опереться на кафельную стену душа, а потом снова возвращалась на пол. Каждая клеточка в её теле сейчас была напряжена.

Но самым сладким был финал. Идель его точно никогда не забудет, хоть он случился и не с ней. Рита выгнулась настолько, насколько позволял позвоночник. Её губы открылись и замерли в беззвучном крике, а глаза были широко распахнуты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Идель чувствовала, как всё тело девушки сейчас бьётся в судорогах, несмотря на то, что валькирия остаётся неподвижной. Всё это длилось почти минуту, пока Рита не обмякла и не упала на пол.

— Полегчало? — и богиня и горничная всё ещё находились в душевой кабинке. Только сейчас Рита сидела на полу вытянув ноги и прислонившись спиной к стене, а Идель расположилась в её объятиях.

— Да… А вам?

— И мне. Но знаешь.

— Что?

— Это всё было очень странно. О-очень странно. Если бы мне кто-нибудь пару месяцев назад сказал, чем я буду заниматься, то скорее всего умер самой страшной смертью. — Рита улыбнулась и закрыв глаза, стала прислушиваться к ощущениям во всём теле.

Оно было расслабленным. Настолько, что не хотелось двигаться. Сегодня её выжали на все сто процентов и она даже не уверена, хочет ли повторения подобного…

Пока девушка размышляла, о произошедшем, до неё внезапно долетело сильное чувство тревоги, грусти, безнадежности и даже какого-то необъяснимого страха.

Всего секунды ей хватило, чтобы понять, откуда они исходят.

— Мне нужно идти.

Идель подняла голову и обеспокоенно взглянула в глаза Риты. — Что-то случилось?

— Не уверена. Надо проверить.

<center>***</center>

Мне снова снился этот стрёмный сон, про неудачное будущее. Я опять видел Фелицию. Правда в этот раз она ходила по обломкам корабля. Перетаскивала какие-то ящики, соединяла провода. Глядя на неё, я мог сказать, что она взяла себя в руки.

То с каким энтузиазмом она катила по искорёженным коридорам тележки со всякой всячиной, вызывало улыбку.

Я бродил следом за богиней и с любопытством наблюдал за тем, что она собирается с этим делать. Впрочем, ждать долго не пришлось. Когда очередной блок был размещён на своё место. Фелиция дернула за рубильник и на стене загорелся галоэкран.

— Г-г-г-госп…госпо…госпожа Ф-фелици. Й-а-А, — с экрана на богиню смотрела Ка-чан. И, о чудо, она даже могла говорить! Правда, очень сильно заикалась и шла помехами. А вот Фелиция, когда увидела изображение нашего искина очень обрадовалась.

— Капусточка! Родная моя! Ты меня узнаёшь? Скажи, что ты меня узнаешь.

— Г-го-оООс… Ф-фе…ция… Фе… Фе…. — казалось, что богиня сейчас обнимет этот без конца мигающий и глючащий экран. Даже образ полудохлой капусты у неё сейчас вызывал какие-то невероятные эмоции счастья. Которое к сожалению продлилось недолго.

Буквально через пару минут, в одной из панелей, что-то заискрилось и вспыхнуло, а после изображение погасло и комната снова погрузилась в тишину.

— Ну… Почему… Так…. — Фелиция шмыгнула носом и снова погрустнела и оперевшись спиной о стену, медленно сползла на пол. — Не хочу быть одна… Ребята…вернитесь. Пожалуйста… Хоть кто-нибудь…

Я уже знал, что это своего рода сон и знал, что я рано или поздно проснусь, но мне всё равно было её очень жаль. А потому я присел рядом с ней.

— Фелиция… — конечно же она меня не слышит, а продолжает шмыгать носом. — Хватит ныть… У тебя целый мир вокруг. Нет нужды сидеть на этом могильнике. Может быть, где-нибудь даже есть выжившие. Стала бы их богиней. Тебе бы алтарь построили. Что с тобой не так-то?! — не знаю зачем, я это говорил. Наверное, просто хотел быть тем собеседником, которого ей так не хватает, — ну вот, сопли развесила. Вколи себе чего-нибудь бодрящего, в самом деле… — тут в моей бестолковой голове проскочила, на первый взгляд нелепая мысль.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я сложил ладони домиком, закрыл глаза и с чувством, толком и расстановкой стал вещать.

— Я верю в самую охуенную богиню Фелицию. Богиня Фелиция, самая пиздатая богиня на свете. С самыми шикарными титьками и жопой. А ещё богиня Фелиция, кусается и царапается лучше, чем все богини вместе взятые. И у неё самое ласковое горло. Я других не пробовал, но вот у неё прям ништяк, — по моему чистой воды богохульство. Однако… Однако большая кошка перестала реветь и подняла голову. Принюхалась, огляделась.