Гарри Поттер и темный блеск - alexz105

Гарольд выкрикивал бессмысленные оскорбления и угрозы, взвинчивал себя и старался поддержать в себе ту злость, которую он испытал на мгновение, когда швырнул своего навязчивого советника на каменную стенку. Тщетно. Тяжесть содеянного и безысходность ситуации придавили его. Он сел прямо на землю, бросил обе палочки и застонал от бессильной злости и раздражения.

Взять себя в руки и немного успокоиться удалось только через полчаса. Палочки уже давно забрались в свои нарукавные карманы. А мантия стала мокрой. Идти с таким лицом в замок и встречаться там с кем–либо было выше его сил. А вдруг там уже пришел вызов от Снейпа? Что он будет с ним делать? Читал он об этих дуэлях без ограничений. Использовать можно любые заклинания, включая Непростительные. Сторона, вызвавшая на дуэль, может прекратить ее только в случае серьезного увечья противника. Маг, вызванный на дуэль, не может извиниться или предложить какое–либо материальное вознаграждение. Только собственную кровь. Литрами. Если волшебник струсит и уклонится от вызова на дуэль без ограничений — его ждет потеря магических сил — это как минимум. А нередко и смерть. Эта дуэль фактически тоже один из вариантов магического контракта. Не слабее Непреложного обета.

Проклятье! Ну почему Снейп так настроен против Джинни? Ну, легкомысленная девчонка. Подумаешь! Ей всего пятнадцать лет. Ну, тщеславная немного — так они все такие. Почти все. Почти такие. Но ведь она пришла к нему сама! Она доверилась ему беззаветно! Она позволила ему все! Все, что только может позволить парню девушка! И он после этого должен оттолкнуть ее? Да никогда! Правда, там еще что–то о Драко. Нравится он ей, что ли? Ну и пусть! Мало ли кому кто нравится? Любит–то она меня! Нет, надо завтра поговорить с Северусом. Тот остынет и поймет, что на самом деле все не так плохо. Наверняка есть возможность отменить вызов. Надо посмотреть в «Кодексе…»

Перед глазами Поттера запорхало какое–то красное пятно. Потянуло запахом дыма и пока подросток вспоминал, что это может быть, перед ним вспыхнул пламенем небольшой конверт и громовой голос Снейпа наполнил все закоулки парка:

— «Мистер Поттер! Соблаговолите прибыть в четыре утра сего дня в Хогсмит к строению, известному под названием «Визжащая хижина» для проведения дуэли без ограничений, на которую вы вызваны мной для удовлетворения оскорбления, нанесенного вами вопреки всем правилам «Кодекса магического сообщества». Правила разрешают вам взять с собой одного совершеннолетнего свидетеля».

— Проклятье!!! Упрямый осел! Рыцарь слизеринский!

Гарольд кинулся в замок, на ходу призывая «Кодекс…». Книга впорхнула ему в руки прямо на пороге. Жадно листая ее, он прошел через анфиладу. Навстречу ему выскочила Гермиона и мадам Помфри, котрые накинулись на него с какими–то упреками и убеждениями. Он не понимал ни слова. Перед глазами мерцала приговором строчка из книги:

«Назначенную дуэль без ограничений отменить нельзя. Если дуэль не состоялась по вине одного из противников, то виновный в течение суток получает смертельное проклятие. Та же кара — за неявку или отказ. Отсрочка возможна только при тяжелом ранении или опасной болезни одного из дуэлянтов».

Эти двое все что–то бубнили, заглядывали ему в лицо и даже дергали за рукава мантии. Да идите вы все к дементору! Что делать то теперь?

Настала изумленная тишина и Гарольд понял, что последнюю фразу он выкрикнул вслух. Хватит.

— Добби! Проводи дам до Хогвартса! Немедленно!

Добби хватает Гермиону и мадам Помфри за руки и после хлопка главный зал пустеет.

Он сидит за столом. Книга прочитана и отброшена. Бутылка Огневиски, призванная из буфета, опустела наполовину.

И что ему делать? Надо посоветоваться. Но с кем? Наверное, с Хмури. Опытный мужик. Подскажет. Поможет. Снейп в опасности!

«Стоп, так ведь и я в опасности! Хмури просто грохнет Снейпа — и все! Чтобы мной не рисковать. Так проще и надежнее. А кто еще? Люпин? Не вариант. В Хогвартсе кто? Некому. Тонкс? Не то. Билл? Не то. Все не то! Дементоры корявые! Да ведь я же один! Совсем один! Мне даже не с кем поговорить! Если раньше все поучали меня, то теперь я всех поучаю. Мне все смотрят в рот. Снейп единственный, кто мог меня поправить. А простого доброго слова мне услышать просто не от кого!».

— Какой же я дурак! — хлопнул себя по лбу Гарольд. — У меня же есть Джинни! Ну конечно! Как я забыл! «Акцио» зеркало! Джинни! Джинни, проснись!

Зеркала у Джинни, конечно, не было, но были сережки. А велика ли разница, через что смотреть и слушать? Возможностью наблюдать за Джинни Гарольд наделил эти украшения не для приватных бесед, а для того, чтобы посмотреть, какая опасность угрожает девушке в тот момент, когда она тебя вызвала. Или ты ее. Впрочем, какая разница? Оказалось — большая. Когда во сне Джинни почувствовала, что сережки покалывают, то и не вспомнила, что это передатчик. Мало ли? Дужка с острым концом попалась! Поправила и нажала случайно. Гарольд, получив ответ, поостерегся орать на всю девичью спальню, в которой, как он полагал, спит Джинни. Как ответит на вызов, скажу тихонько, что надо поговорить. Выйдет в гостиную — там и пошепчемся. В груди парня потеплело.

Зеркальце меж тем прояснилось. Светильник горит приглушенно. Что это девчонки по ночам не спят? А это чьи волосы белые? Лаванда, что ли? Тут картинка задвигалась — Джинни переворачивалась в постели удобнее. Последовательно проплыла щека девушки, ее обнаженная грудь, плечо, подушка. А на подушке… Ошеломленный Гарольд увидел прямо перед собой до боли знакомое лицо Драко Малфоя. Глаза закрыты. Бисеринки пота на лбу. На щеке след помады. На губах — тоже. Лицо расслабленное, довольное и безмятежное. За ним видна спинка широченной кровати. Это не спальня девочек. Кровать — прямо как в спальне у него самого. Ошеломленный мозг Гарри все никак не мог связать все факты воедино и сложить два и два. Наконец, сложил. В результате получился полнейший п* * **! Да ведь это Джинни в кровати у хорька слизеринского! Девочка, которая прошлой ночью обнаженной билась в его неумелых объятиях и выгибалась навстречу его торопливым и почти истерическим движениям!!! Которая целовала его! Которая шептала ему на ухо такие щемящие и пронзительные нежности! Этого не может быть — но это есть! Убить тварь! Обоих! Или обеих! И обоих и обеих, нах! Палочка Блэков послушно скользнула в руку:

— «Авада Кедавра»!!!

Зеркало впитало могучий зеленый луч и, помедлив, взорвалось на столе, изрезав осколками лицо своего хозяина. Гарольд упал на колени — по щекам его потекли слезы.

Глава 94

Гарольд вздрогнул и застонал сквозь зубы. И зачем он очнулся? В забытье все было так хорошо. Не сидела холодная жаба в груди. Не жгло кожу лица. Не саднило костяшки пальцев. И главное — там не было памяти о Девушке — Которая-Его — Предала. Как с этим жить? Как?

Он сел на полу и поднес к глазам руки. Костяшки разбиты в кровь! Значит, о каменный пол руками колотил в истерике. А на щеках что? Тоже кровь? Что, еще и мордой об пол бился? Нет, это порезы. Это когда по зеркалу Авадой жахнул. Хорош! Нечего сказать! Истерику закатил. Зеркало застрелил, нах! Герой! Знал ведь прекрасно, что тем, кого он в этом осколке видел, от этого ни холодно, ни жарко. Слюнтяй! Разнервничался, понимаешь!

Мысли Гарольда превратились в полный сумбур:

«Но ведь не привиделось же мне. Это была… Она… с Драко. А может тот ее насильно? Схватил. Затащил. Заставил… Ну да, как же… и Она, защищаясь, перемазала его помадой от макушки до коленок! Идиот! Да они спали, явно довольные друг другом! Но как это может быть? Сегодня с одним, завтра с другим, что ли? Но со мной у нее точно было в первый раз! Или ребята врали? Или в этом можно обмануть? А ведь можно, наверное. А зачем? Ей что, много этого надо? Или у меня ничего не получилось? Она разочаровалась? Да нет, получилось. Хотя, откуда я знаю — получилось или нет? По рассказам Кормака, что ли? А он откуда знает? Может у него тоже ничего не получилось, а он думает, что получилось? Он же хвастун. Бред. Тогда что? Тогда, получается, не любит. А любила? Гермиона говорит — да. А она откуда знает? От Нее. Круг замкнулся. Ее словами все началось и Ее словами все закончилось. Ну и кто я, получается, в результате?»

— Дурак! — Гарольд вздрогнул от звука собственного голоса.

«Неприятно, но крыть нечем. Дурак и есть! Ну что ж, сумел надурить, умей и расплатиться. Где палочка Блэков? На месте. Молодец. Умная палочка. Досталась только глупцу, которого любая юбка обдурить может. А палочка Поттеров? Тоже здесь. Сейчас вы мне обе понадобитесь.

Всегда думал, что без памяти жить нельзя. Оказывается, с некоторыми воспоминаниями тоже жить нельзя.

Ну, вот и все. Прощай, первая любовь. Прощай навсегда. Здесь «Обливиэйтом» не отделаешься, но я справлюсь».

Гарольд прижал кончик правой палочки к виску.