Дмитрий Мережковский: Жизнь и деяния - Юрий Зобнин

1911 – в феврале, перед возвращением в Россию, Мережковские и Философов приезжают в Париж. Здесь, пользуясь случаем, Гиппиус покупает дешевую квартиру в Пасси на rue Colonel Bonnet, 11-bis. Из России приходит паническое письмо от сестер Гиппиус о политических обвинениях, выдвинутых против Мережковского (за связь с террористами). Тем не менее в начале марта Мережковский возвращается в Россию с завершенной первой частью «Александра I». В мае «Русская мысль» начинает печатать роман «Александр I», публикация которого продлится весь год. Начинается издание Полного собрания сочинений Мережковского: выходят I–VI тома. Летом Мережковский, Гиппиус с сестрами и Философов живут в имении Подгорное вместе с О. А. Флоренской, Поликсеной Соловьевой, А. А. Мейером. Здесь Мережковский завершает «Александра I» и работает над «14 декабря». Осенью Мережковские планируют поездку на Украину по местам деятельности декабристского «Южного общества», однако после убийства премьер-министра П. А. Столыпина усиливаются правительственные репрессии и поездку приходится отложить. Зимой Мережковские и Философов уезжают в По (Франция).

1912 – в конце февраля скончалась мать Философова, и он срочно выехал в Петербург. Вслед за ним в Россию поехали и Мережковские, однако их промедление стало причиной охлаждения внутри «троебратства». 25 марта их задержали при пересечении границы и конфисковали рукописи «Декабристов» и заключительных глав «Александра I». После хлопот (Мережковский даже пишет специальное «Письмо в редакцию» «Русской мысли») рукописи удалось вернуть, но Мережковские узнали, что на 16 апреля назначен суд над автором и издателем запрещенного «Павла I», причем издатель М. В. Пирожков уже арестован. Мережковский по совету друзей телеграфирует прокурору, что явится непосредственно на судебное заседание, и, чтобы избежать ареста, тут же возвращается в Париж. Узнав, что суд перенесен на осень, Мережковский и Гиппиус вновь приезжают в Петербург. Здесь, не договорившись с домовладельцем, переезжают из дома Мурузи на улицу Сергиевскую, 83, недалеко от Таврического дворца, где заседала Государственная дума. Лето Мережковские проводят в имении Верино близ Ямбурга вместе с Поликсеной Соловьевой. К ним в гости приезжает Федор Сологуб с женой. Мережковский приводит в порядок возвращенный из полиции архив и продолжает работу над романом «14 декабря». 18 сентября состоялся суд над Мережковским и Пирожковым, которых оправдали «за отсутствием состава преступления». В этом году завершается публикация «Александра I» в «Русской мысли» (№ 1, 3, 4, 10, 11, 12), выходит ряд статей в «Русском слове» и VII–XVII тома Полного собрания сочинений. В конце года Мережковский увлеченно работает с материалами процесса над декабристами и активно участвует в работе Религиозно-философского общества, где обсуждается проблема сектантства, тесно связанная с «распутинщиной», волнующей тогда всю российскую общественность.

1913 – 12 января Мережковские уезжают в Париж, а Философов остается в Петербурге: отношения между членами «троебратства» портятся. Из Парижа супруги вскоре перебираются на юг, в Ментону. Здесь вновь встречаются с И. И. Фондаминским, навещают в Сан-Ремо Б. В. Савинкова, у которого видятся с Г. В. Плехановым. В Ментону приезжает Философов, страдающий почечной недостаточностью. Вскоре он поправляется, мир в «троебратстве» восстанавливается. В конце апреля все трое возвращаются в Петербург. Летом Мережковские недолго живут на даче в Васильевке, а затем едут в Кисловодск, где остаются до глубокой осени. В Петербурге разгораются страсти вокруг «дела Бейлиса»: в черносотенной газете «Земщина» со статьями о ритуальных жертвоприношениях у евреев выступает В. В. Розанов. Между бывшими друзьями, Розановым и Мережковским, возникает конфликт: Розанов публично обвиняет Мережковского в попытке «продать родину жидам» и в связях с террористическим подпольем. В ответ на это Мережковский выносит на рассмотрение Религиозно-философского общества вопрос о поведении Розанова. В течение года Мережковский публикует статьи на литературные и религиозно-общественные темы в газете «Русское слово». Продолжает работу над романом «14 декабря» и пишет драму «из современной жизни» «Будет радость». На зиму приходятся замысел и первые наброски трактата «Тайна Трех: Египет и Вавилон».

1914 – в Религиозно-философском обществе 26 января состоялся «Суд над Розановым», причем большинство собравшихся выступили против Мережковского и Философова, предлагавших Розанова исключить. Но Розанов сам, добровольно, покидает Общество. К тому же он опубликовал в «Новом времени» (25 января) выдержки из писем Мережковского А. С. Суворину, доказывающие, по мнению автора публикации, «двуличие» бывшего друга. Весной Мережковские и Философов вновь уезжают через Париж в Ментону, но по настоянию Мережковского раньше запланированного возвращаются в Россию. Мережковский испытывает приступы депрессии, причины которой непонятны его спутникам. Из Петербурга Мережковские сразу же едут на дачу в Сиверскую, где 19 июля их застает известие о начале войны. Они демонстративно остаются в Сиверской, не желая участвовать в верноподданнических манифестациях в столице: их отношение к войне с самого начала отрицательное. В Петербург они возвращаются 31 июля на автомобиле, так как железные дороги забиты военными эшелонами. Крайне неодобрительно Мережковский и Гиппиус относятся к переименованию столицы из Петербурга в Петроград. В ноябре-декабре проходят заседания Религиозно-философского общества «о войне», которые Мережковский воспринимает как «болтовню». Большой резонанс имеет его лекция «Завет Белинского. Религиозность и общественность русской интеллигенции» (выпущена в этом же году отдельным изданием), где прозвучала идея о духовном лидерстве интеллигенции в отечественной истории. Сам Мережковский выдерживает «паузу», старается не участвовать ни в каких общественных акциях, уходит в вычитку корректур 24-томного собрания сочинений, которое выпускается в издательстве И. Д. Сытина. Академик Н. А. Котляревский выдвигает кандидатуру Мережковского в качестве номинанта на Нобелевскую премию.

1915 – в первые месяцы года у Мережковских на Сергиевской часто собираются представители как «приемлющих», так и «неприемлющих» войну общественных группировок (среди «приемлющих» – А. В. Карташев, Ф. К. Сологуб, А. А. Блок и даже – Д. В. Философов). 18 февраля Мережковские и Философов присутствуют на премьере пьесы З. Н. Гиппиус «Зеленое кольцо» в Александринском театре вместе с А. Ф. Керенским, который сближается с «троебратством» в военные годы. Весной представители «антивоенной» интеллигенции – А. М. Горький, М. Ф. Андреева, Е. Д. Кускова – безуспешно пытаются вместе с Мережковскими создать некое подобие «левопатриотического» общества, целью которого стал бы скорейший выход России из войны с минимальными потерями. В мае Мережковским наносит визиты идеолог «толстовства» В. Г. Чертков и знакомит их с неизданными материалами о Толстом. В июле Мережковские и Философов выезжают на дачу в имение Койрово близ Петрограда, где живут до начала сентября. Известия с фронтов самые неутешительные. 2 сентября распущена Государственная дума. Эти события утверждают Мережковских в необходимости скорейшего окончания войны «любой ценой», что воспринимается даже их друзьями как «пораженничество». У них часто бывают А. Ф. Керенский и другие «левые думцы». В течение года у Мережковского выходят очередной публицистический сборник «Было и будет: Дневник 1910–1914» и «исследование» «Две тайны русской поэзии: Некрасов и Тютчев».