Обречённый на Бесконечность (СИ) - Михаил Коковин

оказалась совсем впритык к первому капитану, лицезрея перед собой лезвие клинка, что вонзилось в самое сердце. Газадриэль притянул тело полуживой девочки прямо на свой клинок, пронзая ее словно масло.

Это было концом… Но лишь для одного.

Более для первого капитана не найдется обходного пути, как все исправить. Один он запачкал свои руки в крови, убив ни в чем неповинную девушку.

А Лена… В самый последний момент исполнила свой долг… Перед применением техники Газадриэлем она кинула разрушенный клинок, подтолкнув его своим телекинезом. И он смог пронзить Куб Слияния.

Перед своей смертью она была обязана разрушить устройство телепортации, чтобы ее друзья не попали в ловушку, устроенную отцом Люцифера. Неважно каковы были его причины, неважно что последует в скором будущем. Лена выполнила свою задачу, и теперь, без угрызений совести она сможет спокойно заснуть…

— Свою… Мечту… Я… Уже… Исполнила…

Последний раз, посмотрев на своего убийцу, она непроизвольно улыбнулась, медленно, безысходно теряя сознание. Ее дыхание утратило былой темп, и спустя секунду она полностью закрыла свои глаза.

***

Белый горизонт. Пространство без конца и края. Нечто, что походило на место внутри души Люцифера, однако здесь было слишком уютно и тепло. Нет того надоедливого демона, что стоял на катане. Не было здесь и маленького деревца, как в случае Беатрис.

Только два силуэта, оба из которых Лена прекрасно знала.

— И вот мы вновь встретились, — сказала маленькая девочка с волосами цвета лазурной волны.

И смотря на всю эту сцену, на глазах Лены непроизвольно стали выступать слезы… На голове её подруги вновь воссиял белый нимб, что сейчас искрил сильнее любой звезды. А рядом с ней стояла Юмика Ренгоф.

— Пойдем. Нам еще предстоит увидеть историю своих друзей… Людошиэль, Азазель, Ариана… Совсем скоро мы встретим их… — Юмика слегка улыбнулась, подзывая к себе рукой маленького демона с песочным цветом волос.

Они вернулись в свои изначальные тела. Два ребенка. Демон и ангел. Теперь они станут лишь наблюдателями, скитающимися по разным уголкам Вселенной в поисках нового сосуда. Или… Им станет приятнее смотреть за жизнью своих друзей?..

Так сразу и не скажешь. Но точно известно лишь одно. Они постараются дождаться их в этом, белом бескрайнем мире.

— Конечно! — ответила с широкой улыбкой Лена.

***

Закончив все свои дела, Газадриэль встал на одном месте, неподвижно, лишь бросая беглый взгляд из стороны в сторону. Ему нет оправдания.

Сделал ли он это ради блага своей семьи? Возможно, ради блага всей Вселенной? Или же чтобы просто удовлетворить ненормальные фантазии маленькой девочки в маске, которая грезит непонятными ему снами и фантазиями…

Ответа первый капитан явно не дождется. Ему лишь известно одно — за эти грехи ему придется отдать свою цену.

— Со времен войны так ничего и не изменилось… Ксирофан… Что бы ты сделал на моем месте?.. — он стал смотреть в темное небо, сплошь заполоненное густыми облаками.

Еще чуть-чуть и пойдет дождь…

На небольшую, выкопанную на скорую руку, могилку, в центре которого сиял полуразрушенный клинок, украшенный белыми, словно ромашки, цветами.

***

Это произошло сразу после «внезапного» ухода Рерании из дворца Архонта.

Беатрис сидела как ни в чем не бывало. Лишь косо поглядывая на беглеца с нелегкой судьбой. От такого на мгновение у нее проснулась ностальгия, однако сразу же после, она почувствовала сильный удар в области сердца.

Такие ощущения ей приходиться испытывать слишком редко, чтобы назвать обыденностью, но этот случай был по-своему уникален.

— Госпожа?.. Неужели это случилось?.. — с удивленными глазами спросил Асмодей, стоявший подле трона.

Это была особая связь. Ей и так пришлось трижды нарушить законы вселенной ради достижения такой силы, но сейчас… Почему-то она решила отпустить маленькую девочку на покой. Совсем не понятное для нее чувство.

— Лена умерла… Как и было предначертано… — Беатрис стала задыхаться и сворачиваться в клубок сидя на троне.

— С-секунду! Я… Я найду гримуар… — Асмодей было уже начал телепортироваться на рынок, ради спокойствия своей госпожи, но та его сразу же прервала.

— В этот раз не нужно… Оставим их…

— Но…

— Телепортируйся в Империю Лоун… Совсем скоро к тебе придут… — демонстрируя, что ее состояние вполне вменяемое, Беатрис махнула рукой.

— Да…

Это был парадокс, созданный влиянием разрыва временной петли. Нечто похожее на «эффект бабочки», однако для будущей истории это не несло огромных изменений.

В данную секунду будущая Беатрис из этого мира умерла, оставив после себя духовное оружие.

И… По непонятным самой себе причинам, девочка в маске не стала помещать душу Сони в очередной гримуар. Она просто отпустила давнюю подругу в свободное плавание, вопреки своей цели.

— Мне… Стало жалко саму себя? — она начала сжимать правый подлокотник трона, на что тот испустил из себя маленькие трещины.

Как только боль в сердце прекратилась, она мимолетно достала свой особый предмет из пустотного ящика, но всё было как прежде… Кометы не сдвинулись и на миллиметр, что означало правильный ход истории.

Почему? Ведь она нарушила собственные условия. Создала препятствие на своем пути и все равно…

— История не меняется! Ха-ха-ха!

Это лишь означает, что ее роль в новой вселенной с каждым днем становится все меньше и меньше.

Том 1 Глава 24 — Что случилось однажды, повторится и еще четыре раза…

***

[Время 17:52]

Норселан слегка странный город, покрытый мраком. При одном его виде создается такое ощущение, словно он отстранён от мира Вечного Древа. Даже его история куда древнее, чем столица ангелов, ведь Империя Лоун — это самый первый отголосок новой земли, самый первый город, в последствии ставший опорой всех демонов.

— «Рубедо… Кандафия… Кьюга… Кажется здесь».

Однако от былой славы остались лишь почерневшие от магической силы камни, некогда служившие фундаментом здешних домов. Ариана бежала сюда из-за всех сил, но, как только она дошла до городских ворот, которые сейчас напоминала гниющую разрушенную арку, ее ноги сами остановились.

Здесь было до тошноты одиноко.

Едкий запах гари вперемешку со слегка разряженным воздухом из-за близости к краю мира заставляли Ариану пройтись неспешно, в пол шага, наблюдая ностальгические картины. Хоть ей и было три года, когда отец отправил её окольными путями в Империю Хан, однако некоторые образы стали четко всплывать в голове.

Небольшой парк, где она раньше жизнерадостно играла со своей единственной подругой Рубедо. Ветхая палатка с разными пряностями — раньше отец часто здесь был с Арианой, закупаюсь у Кандафии специями для очередного кулинарного шедевра. И бард Кьюга. Даже сейчас в голове играла та самая мелодия, на которую сбегались все