Человек с Зелёной тростью(СИ) - Анна Львова

День закончился. Всё закончилось. ВСЁ закончилось…

Лиам забрался на кровать, свернулся калачиком и так сильно зажмурил глаза, как будто хотел заснуть раз и навсегда.

Глава 50. НЕ

ПРИЯТНАЯ

НЕ

УДАЧА

– Ну, чего так руки-то дрожат? – Попытался улыбнуться Эдвин, глядя как Мирком еле справляется со своей овсянкой. – Не на смерть ведь идёшь…

– Я знаю! – Резко оборвал его Мирком, почему-то сильно бледнея. Эдвин пожал плечами.

– А лицо похоронное…

Эльвин и Эмили переглянулись. Никто больше ничего не сказал.

Шёл девятый час утра. Было странно темно и тревожно. После раннего подъёма Мистер Гриф провёл экстренное собрание учеников у очага, на котором объявил, что если сегодня последние ингредиенты не будут достаны, то завтра тьма поглотит всё и найти что-либо будет просто немыслимо. Точнее, осталось найти только водяной цветок Красная Пиранделла, очень редкий и практически мифический, так как даже такой знаток растений, как Лиам, читал о нём лишь в книгах.

Нельзя было терять ни минуты. Мистер Гриф в срочном порядке принёс белую жеребьёвку и выбрал сразу трёх человек. Первым в лес должен был идти Мирком, потом, если понадобится помощь – Эмили; за ней (в экстренном случае и только если без её помощи будет не обойтись) Эльвин.

Выход в лес Учитель назначил сразу после окончания завтрака, на котором в данный момент все и находились.

Избранные молчали, раздумывая над тем, удастся ли бедному Миркому вернуться с задания живым, и придумывая какие-нибудь ободряющие фразы; но никто ничего не говорил.

Лиам сидел, опустив голову, и безэмоционально следил за Кланки, который с аппетитом уплетал кашу в тарелке на коленях хозяина.

Сегодня всё было необычайно странно и немного не так, как всегда. Мистер Гриф, видимо, был так сильно занят своими делами, что даже не стал докапываться, кто же всё-таки перевязал Лиаму руку и принял заготовленный Эдвином ответ о том, что это он помог Лиаму и, что он сделал это только для того, чтобы кисть руки окончательно не отвалилась.

После ночного осмысления окончательного разрыва с Лиамом и воспоминаний об изуродованном лице Тома, Эльвин погрузилась в какой-то транс. Она практически не чувствовала себя живой и иногда удивлённо замечала, что ещё способна управлять собственным телом.

Том спокойно водил рукой по руке своей невесты, разглядывая её тонкие пальцы, и даже не обращал внимания на то, что она никак не реагирует на его прикосновения.

Эмили постоянно вздыхала и очень быстро ела кашу, словно сильно спешила куда-то.

Мирком чувствовал на себе постоянный пристальный взгляд Эдвина, хотя Эдвин посмотрел на него всего пару раз за всё время. Он чувствовал его беспокойство. Он чувствовал недосказанность и тревогу. Что-то случится. С ним что-то случится. Скоро. Это точно. И ничего не сделать.

Скоро уже десять, а всё ещё темно. Мгла всё топит. Что бы это значило? Неужели тьма стала настолько сильна, что не даёт всходить солнцу?

– Ну что, наелись вы? – Нетерпеливо спросил Мистер Гриф, подходя к команде.

Никто не ответил, но все почему-то встали.

Мирком отложил свою тарелку. Его руки дрожали.

– Бери корзину! Хотя она может и не понадобиться. – Учитель вздохнул. – Иди и сделай всё, чтобы отыскать цветок Пиранделлы. Надеюсь, ты помнишь, как он выглядит? (Мирком кивнул)… Хорошо.… И запомни, очень хорошо запомни, что я тебе скажу. Будь осторожен. Думай только о зелье, о том, что ты спасаешь Свет. Всё остальное: дружба, страхи, неуверенность, находятся на втором месте. Ты сосредотачиваешься только на зелье. Другое для тебя не должно иметь значения!!!

Мирком снова кивнул, печально переглянувшись с Эми.

– Думаю, что двух-трёх часов тебе хватит…. Иди!

Избранные всё так же молчали. В абсолютной тишине, Мирком переступил черту и, сделавшись невидимкой, удалился в лес.

Ни с того ни с сего, раздался грохот и Эмили вздрогнула – это Кланки нечаянно уронил тарелку на землю и она, почему-то, разбилась.

Зверёк испуганно запищал. Мистер Гриф злобно глянул на Лиама.

– Ещё не легче! – Закричал он раздражённо. – Я, кажется, уже неоднократно просил следить за этим безмозглым комком шерсти! Или следить, или унести в лес! (Лиам поднял с земли своего сюданфлафа и затолкал его в карман). Он не только совершенно бесполезен, так ещё и ест за троих! Теперь вот тарелку разбил! Твою тарелку, Лиам. Единственную! Другую ты не получишь! Понял меня?

Лиам равнодушно пожал плечами.

– Ты будешь есть с земли! – Ещё больше взбесился Учитель. – Или вообще не будешь есть! Ничего!!!

Лиам опять промолчал и, проигнорировав нападки, просто отсутствующе уставился вдаль.

– Ты почему не слушаешь меня, негодный?! – Гриф грубо пихнул его в плечо. Лиам устало отступил в сторону.

– Слушай, отвали от меня… – Вяло попросил он. – Не лезь…

– ЧТО??? – Круглые глаза Учителя сделались совершенно чёрными. – Как ты смеешь так разговаривать со мной???

Эдвин понял, что надо как-то вмешаться, и рванул к другу улаживать ситуацию.

– Да в чём проблемы? – Всплеснул он руками. – Что за скандал из-за какой-то тарелки? Мы её склеим!

– А тебя никто не просил выступать! – Прикрикнул на него Мистер Гриф. – Заткнись! Я разговариваю с Лиамом, и сейчас же заставлю его…!

– Ой, Эдвин, ты что-то потерял! – Внезапно воскликнула Эмили. – Вон, какая-то бутылочка на земле валяется…

Крики мигом прекратились. Гриф резко развернулся и устремил свой взгляд туда, куда указывала девушка. На траве у одного из брёвен действительно валялась маленькая бутылочка с какой-то розовой жидкостью.

– О! – Удивлённо улыбнулся Эдвин. Хотя на лице его проступил лёгкий испуг. – Да-да, наверное, она выпала у меня из кармана, когда я побежал к Лиаму… – Он быстренько подобрал пропажу, но не успел убрать её с глаз долой…

– Ну-ка, дай сюда! – Строго приказал Гриф. – Покажи!

Эдвин посмотрел ему в глаза.

– Нет надобности проверять, сэр… – Спокойно сказал он. – Я принимаю, как вы и просили…

– Дай сюда! – Пропустив мимо ушей последние слова, снова упрямо потребовал Гриф. Он протянул руку.

Эдвин не стал спорить, но очень неохотно вложил в раскрытую ладонь свою бутылочку.

Учитель приподнял одну бровь и, сделав очень важный вид, поднёс зелье к глазам.

На бутылочке проступила шкала с девятью делениями. Розовое зелье доходило как раз до отметки с цифрой шесть.