Всем врагам назло! - Елена Харькова

«Ну почему я заранее не продумала, что врать в случае провала?! Вот дура! Как мне теперь-то выкарабкиваться? Хотя что я себя ругаю? Я и не могла о провале раньше думать – слишком страшно. Да, но откуда Продюсер узнал о моём плане? Может, Костыль раньше времени раскололся? Или они Аннушку на чём-либо поймали и заставили признаться? Или заподозрили Юльку в слишком поспешном отъезде и догадались, что это неспроста? Так, ладно, не об этом надо думать. Сейчас самое главное – не впадать в панику, тем самым показывая свою вину. Надо отпираться до последнего».

– Я не понимаю, дорогой, что за нападки? В чём я провинилась? – постаралась она сказать как можно спокойнее. – Всё, что говорят твои друзья, – это полная чушь! Я всегда относилась к ним очень хорошо, хотя и видела, что они меня недолюбливают. Но я всё равно старалась с ними подружиться. Очень старалась! Но, к сожалению, у меня ничего не получилось, потому что твои друзья очень злые. И уж если кто кого и хотел убить, то это скорее они меня, чем я их.

– Чё?! Вот врёт-то! – загудели бандиты с возмущением.

– Это я-то вру?! – обиделась Анжелика. – Ничего себе! Это как раз вы последние лицемеры!

– Да это ты лживая тварь! – наперебой закричали парни.

– Нет, это вы двуличные кретины! – парировала Анжелика.

– Нет, это ты…

– Заткнитесь! – заорал Продюсер и, когда все враз замолчали, он вытянул вперёд руку и разжал кулак. – Объясни-ка мне лучше, что это такое?

Анжелика взглянула на маленькие наушники.

«Ах вот оно что! Они решили отремонтировать мою комнату и нашли тайник в шкафу. Что ж, это как раз самый лучший для меня вариант».

– Это наушники, – как ни в чём не бывало сказала она и даже улыбнулась.

– Я знаю, что это наушники! – прорычал Продюсер. – Но расскажи нам, зачем они тебе понадобились?

– Мне?! Мне они совершенно не нужны. У меня же нет плеера. Но если, милый, ты мне его подаришь, я эти наушники у тебя возьму.

– Что ты из себя идиотку строишь?! – взбесился Продюсер и швырнул наушники ей в лицо. – Эти наушники из тайника в твоём шкафу!

– Милый, что ты так кричишь? Зачем обзываешься? – обиженным тоном произнесла Анжелика. – Я понятия не имею, о каком тайнике ты говоришь. Но даже если в моём шкафу и есть какой-то тайник, то почему ты решил, что именно я его сделала?! В этой комнате ведь кто-то жил до меня, значит, этот тайник был его. А я об этом понятия не имела! Честно! Нет, конечно, у меня есть один тайник, где я прячу свои денежки, но он находится не в шкафу, а под… Впрочем, я не скажу, где он находится, а то твоим друзьям нельзя доверять.

– Ты, в конце концов, прекратишь из себя дуру строить?! Всё, спектакль окончен! Я на это больше не куплюсь. Поэтому, если ты сейчас же не признаешься, зачем тебе это было нужно, то очень пожалеешь! Вот они тебе живо развяжут язык! – заорал он и кивнул на своих дружков.

– Нет-нет, не надо мне язык развязывать! Я сама всё расскажу, сама! – залепетала Анжелика. – Только ты мне скажи конкретно, о чём ты хочешь узнать. И я тут же во всём тебе признаюсь! Вот прямо сразу всё и скажу!

– Я ещё раз спрашиваю: зачем тебе это было нужно? – чуть ли не по слогам повторил Продюсер.

– А я всё равно не понимаю: что именно мне было нужно? – чуть не плача, простонала Анжелика.

– Убить меня!!! – заорал на весь дом Продюсер, и его крик эхом пронёсся по этажам.

Всем, включая и Продюсера, стало жутко от этого многократно повторяющегося «Убить меня! Убить меня! Убить меня…». А уж об Анжелике и говорить нечего. Она была вообще ни жива ни мертва.

– Убить тебя?! Какая чушь! С чего ты взял? – заплетающимся языком пробормотала она. – А, я догадываюсь. Это всё происки злобных дураков, которые ненавидят меня, поэтому и сочиняют обо мне всякие небылицы. Интересно, что за кретин внушил тебе эту ерунду?

И она обвела презрительным взглядом бандитов.

– Твоя любимая подружка, – сказал Продюсер и на мгновение улыбнулся. – Она мне всё про твой план рассказала: как ты с самого начала задумала мне мстить за что-то, как ты с этими мыслями приехала в мой дом, как ты нас с Костылём решила завтра стравить, и даже тайник с наушниками показала. Ну, и что ты теперь скажешь? Будешь опять изображать перед нами наивную тупицу или всё-таки признаешься, зачем ты придумала весь этот план?

– Юлька?! – в шоке прошептала Анжелика. – Всё это тебе сказала Юлька?!!

– Юлька, Юлька, – весело заржали парни, радуясь, что обманщицу всё-таки вывели на чистую воду, причём не кто-нибудь, а её собственная подруга.

Анжелика обессиленно опустила голову. Она была сломлена. Такого предательства от «сестрички» она не ожидала.

– Ну, говори. Мне очень интересно узнать, из-за чего ты столько времени вынашивала свой гнусный план. Скажи, ради чего ты вошла ко мне в доверие, опьянила меня своей якобы чистотой и невинностью, заставила меня забыть о предосторожности и открыть тебе свою душу, позволила влюбиться в тебя, в конце концов! – в отчаянии кричал Продюсер. – И всё это, оказывается, ты сделала лишь для того, чтобы как змея подобраться ко мне поближе и ужалить своим ядом, да? Но почему?! Почему?!! Что я такого тебе сделал?

Анжелика продолжала молча стоять с опущенной головой.

«Что тебе сказать? Что я не Ольга, а Анжелика и что я мщу за своих друзей, которых вы тут убили? О, я бы с удовольствием тебе всё это сказала! Но, увы, я не могу себе этого позволить, потому что ты тут же расправишься с Аннушкой. Поэтому я буду молчать».

– Я тебе ничего не скажу! Делай что хочешь, но правду ты всё равно не узнаешь! – вырвалось у Анжелики.

«Ой! Что я сейчас ляпнула-то? Кажется, именно так говорили партизаны перед пытками. О, чёрт! – опомнилась Анжелика и дико перепугалась. – Во я влипла! Нет, я совсем не хочу играть в партизанку на допросе! Мне эта роль совершенно не нравится! Не желаю я никаких пыток! Я боюсь! Я не выдержу! Блин, ну кто меня за язык-то тянул? Выживу – отрежу его на хрен!!!»

– Ах вот как? – зловеще сощурился Продюсер. – Ты у нас такая смелая, да? Ну ладно. Репа, приступай.

Анжелика в ужасе попятилась, но толстяк схватил её за волосы и, развернув к себе, ударил в живот. От дикой боли у девушки потемнело в глазах и спёрло дыхание. Она согнулась пополам, издавая слабые хрипы. Второй удар пришёлся по затылку. Анжелике показалось, будто в голове у неё взорвалась бомба и тысячи острых осколков вонзились с дикой болью в мозг, унося её сознание в тёмную трясину беспамятства. Репа замахнулся своим здоровым кулачищем, чтобы ударить теперь девушку в лицо, но не успел, потому что Анжелика и без того рухнула на пол без сознания.

– Слабачка! – с презрением сказал толстяк, глядя на её распростёртое на полу тело. – Я только слегка её отшлёпал, а она сразу скопытилась. Даже неинтересно.