Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

— Мир вокруг действительно огромен и великолепен, — вздохнул Цин Шуй.

— Иногда это не совсем так. Например, в некоторых странах некоторые великие роды и могущественные секты работают вместе на благо страны. Все источники и блага страны там поровну разделены между всеми членами, а территориальные границы четко определены! Когда наступает внешний враг, все они объединяются.

— Хе-хе, Цин Шуй, ты должен работать в поте лица. Я надеюсь скоро увидеть, как ты вступаешь в ряды защитников и делаешь своего Мастера счастливым, — дразня, сказала Ие, в то время как Цин Шуй чуть не упал в обморок от ее просьбы.

— Мастер, все эти защитники — только ученики секты, которые достигли Сяньтянь?

— Почти все из них, но есть и несколько сторонних культиваторов Сяньтянь, которые захотели присоединиться к нашей секте. Если их прошлое не вызывает подозрений и у них есть рекомендация от учеников нашей секты, мы рады принять их в ряды наших защитников. Поэтому ты должен много работать. Между защитниками и старейшинами есть еще 20 запасных старейшин. Эти 20 — самые сильные из 100 защитников уровня Сяньтянь. Запасной старейшина существует для того, чтобы если один из настоящих старейшин не сможет выполнять свои обязанности по тем или иным причинам, он начнет выполнять их вместо него!

— Мастер, на каком ты сейчас уровне силы? Ты можешь сказать мне? — с надеждой спросил Цин Шуй.

— Хе-хе, на 4-м уровне Сяньтянь. Я — самая слабая среди десяти старейшин, и самая одинокая. Они имеют около 10 учеников каждый, а у меня — только ты. Поэтому ты должен работать, не покладая рук! — засмеялась Ие.

Ее смех был неописуемо элегантен. Можно было разглядеть ее идеальные, жемчужно-белые зубы. Цин Шуй отвел взгляд, боясь неправедных мыслей.

— Мастер, ведь Небесный Речной Город не станет снова охотиться на род Юй и род Цин, правда? — с беспокойством спросил Цин Шуй. Он боялся мести Гунъян Сюаньтун.

— Расслабься, я объявлю во всей стране Цан Лан, что ты ученик нашей Секты небесного меча. Я также проверю, что происходит в Небесном Речном Городе, — мягко ответила Ие.

Она продолжила:

— 100 лет назад я услышала, что предложение, сказанное Сектой небесного меча, никогда не осмелятся игнорировать или презирать. Но раны моих старших братьев говорят об обратном… Если бы не это, сила нашей секты поднялась бы на новый уровень.

Ие вздохнула и внезапно посмотрела на Цин Шуй, думая о чем-то.

— Ах, да, Цин Шуй, я чуть не забыла тебя спросить. Как ты убил того культиватора Сяньтянь из рода Гунъян? — красивые глаза Ие сверкнули.

Впервые Цин Шуй видел такое сильное изменение в ее лице. Ее лицо было словно неподвижная вода, в которую вдруг кто-то бросил камень.

— Почему ты думаешь, что именно я убил культиватора Сяньтянь, а не дедушка Юй? — смущенно спросил Цин Шуй.

— Интуиция!

От этого слова Ие Цин Шуй захотелось то ли смеяться, то ли плакать. Эта богиня была к тому же женщиной, а женская интуиция всегда была самой опасной.

— Использовал иглу, — Цин Шуй достал семидюймовую золотую иглу, сияющую золотым блеском.

Ие и Байли Цзинвэй беззвучно уставились на золотую иглу. Это маленькое оружие в самом деле убило культиватора Сяньтянь? Звучало очень неправдоподобно, словно фантастика.

— Ты уверен, что эта штука убила культиватора Сяньтянь? — невольно спросил Байли Цзинвэй.

Цин Шуй оставалось только нести новый бред, мешая его с правдой.

— Я — врач, эта игла — один из моих медицинских инструментов, которыми я лечу пациентов, — смущенно ответил Цин Шуй.

— …

— Старец, я помогу вам восстановить ваше тело до изначального состояния, — уже и так пораженные и потерявшие дар речи, эти двое, услышав это, изумились еще больше.

Цин Шуй нравились изменения в лице Ие. Например, ее теперешний изумленный вид был бесценен.

— Я с самого начала хотел помочь дедушке Байли, с момента, как мы впервые встретились. Но тогда у меня не было уверенности. Но теперь нет никаких препятствий, — Цин Шуй продолжил удивлять их.

— Ты можешь видеть состояние моих ранений? — озадаченно спросил Байли Цзинвэй.

— Я — врач, конечно, я могу видеть. Зрение, смешанное с предположением и интуицией, — Цин Шуй сейчас чувствовал, что ему трудно сказать им правду.

Ие словно спала. Культиватор, не достигший Сяньтянь, способен видеть ранения культиватора 8-го уровня Сяньтянь и говорит, что может исцелить то, что не смогли исцелить многие врачи уровня Сяньтянь.

Ие уставилась на Цин Шуй и увидела, каким честным он выглядел. Не похоже было, что он лжет.

— Цин Шуй, ты уверен в своих словах?

Цин Шуй горько улыбнулся и добавил еще одно предложение, заставившее их поверить ему.

— На самом деле, дедушка Юй был калекой на протяжении десяти лет, и не так давно он был исцелен загадочным алхимиком. Не было никакого загадочного алхимика…

— То есть ты говоришь, что ты и есть тот самый загадочный алхимик?

Цин Шуй наконец снова получил возможность полюбоваться изменениями в лице своего красивого Мастера!

Может быть, потому, что взгляд Цин Шуй был слишком ясным, но это спровоцировало Ие бросить на него несколько длительных взглядов. Пока Байли Цзинвэй чувствовал лишь удивление и радость, услышав, что Цин Шуй был загадочным алхимиком.

Этот раз можно было считать третьим, когда Цин Шуй использовал свою технику иглы. Его движения стали очень плавными и уверенными. Ие серьезно стояла рядом и смотрела, как ее новый ученик применяет свою технику. На душе у нее было много сложных чувств…

На Байли Цзинвэй были длинные брюки, и, хотя его борода уже была белой, его кожа была гладкой, как у младенца. Возможно, это было из-за невероятного несоответствия возраста, но Ие не избегала смотреть на полуобнаженного Байли Цзинвэй!

Даньтянь Байли Цзинвэй был искривлен в форме «W», но все еще был в лучшей форме, чем у Юй Дун Хао. В конце концов, Даньтянь Юй Дун Хао был полностью покалечен, в то время как у Байли Цзинвэй был поток Ци через Даньтянь, хоть и в очень ограниченном количестве.

Введение иглы и использование исконного огня было очень эффективно, восстанавливало поврежденные энергетические потоки и постепенно расширяло ранее атрофированные потоки.

Восстановление тела и Юань Ци до своего изначального состояния было делом техники исконной нити. Используя исконный огонь, усиливая технику иглы и размышляя о пяти элементарных свойствах травмы, Цин Шуй быстро помог Даньтянь Байли Цзинвэй исцелиться. Он всего лишь немного помог, остальное должен был в будущем завершить сам Байли Цзинвэй, используя свою Ци из Сяньтянь.