Песнь моряка - Кен Кизи

она, она потом. – На секунду Айк подумал, что страх перед мокрой смертью все-таки утопил добрых ангелов Грировой натуры, а среди них и самого доброго – херувима-харизматика, что заправляет рыцарством. Однако Грир не выглядел таким уж испуганным. – Айку будет трудно управлять и трапом, и рулем. – Голос звучал ровно и даже властно. – Нельс, ты первый. Будешь страховать и натягивать. Потом Вилли.

Грир был прав. Цепь узких ступенек провисала под Нельсом по всей длине. Парню приходилось болтаться под натянутыми веревками, пока Айк одной рукой выравнивал трап, а другой правил «зодиаком». Если бы нос «зодиака» высунулся слишком далеко, его захлестнуло бы водой; слишком близко – маленькая лодка ударилась бы о корпус «Кобры», и ее затянуло бы под днище. Когда Нельс наконец плюхнулся в надувной плот, Грир снова велел Вилли подождать. Он сказал, надо спустить с «Кобры» на плот еще один бакштов и протащить «зодиак» немного вперед, – так будет стабильнее. Он бросился к ящику с тросами до того, как кто-нибудь успел затеять обсуждение. Кармоди сиял от гордости за косматого члена своей команды.

– Пока не припрет, никогда не знаешь, от какого матроса чего ждать.

Со вторым Грировым буксирным тросом удерживать лодку стало немного легче. Когда начала спускаться Вилли, ее тоже стряхнуло с трапа, но она удержала ноги на ступеньках.

– Как в стременах на перевернутом мустанге, – успокоила она Кармоди. Она слишком рано прыгнула на дно плота, копчик протащило по воде, активировав люмаф. На борт «зодиака» она переместилась в туго надутом ярко-зеленом костюме. – Я себя чувствую деревенской девахой на восьмом месяце, – засмеялась она, – с запором.

– Ты следующий, Арчибальд, – приказал Грир, выступая вперед.

Пацан не прекращал бормотать свои литургии, пока не плюхнулся на плот рядом с братом.

– Видишь, – сказал он, – молитвы работают.

– Теперь ты, Эмиль, – сказал Кармоди. – Ты все сделал по первому классу. Отвяжи свой бакштов, и пусть мальчики внизу натягивают провисы. Давай…

– Нет-сэр, капитан. – Грир потряс копной дредов. – Теперь вы.

– Капитану полагается уходить с корабля последним, мистер Грир. Главный морской закон. Традиция…

– Джентльмену полагается сопровождать свою леди. – Грир кивнул на светлую голову, торчащую на плоту из переливающегося костюма. – Главный морской и сухопутный закон всех времен, мон, и сейчас самое время ему следовать.

Кармоди открыл рот, но так и не смог придумать возражение. Грир, похоже, выходил победителем в их старых дебатах о рыцарстве. Кармоди отсалютовал, застегнул молнию на костюме и закачался на штормтрапе. Капитан был так тяжел, что, повиснув вдоль борта, подтащил «зодиак» прямо под себя и с легкостью в него спрыгнул. Протолкался локтями, уселся на среднюю банку рядом с раздутой Вилли и захихикал над ее интересным пневматическим положением:

– Многовато закваски для такой сдобы, осмелюсь предположить.

Ее руки раздуло так сильно, что она даже не смогла ткнуть его локтем.

Айку у кормы пришлось добавить газу – нос нагруженного плота до середины окунулся в воду.

– Тебя зальет до фальшборта, – крикнул Грир. – Отплывай и разгружайся. Я подожду. – Он отдал бакштов, не успел Айк возразить, надувной нос отнесло в сторону, и им не осталось ничего другого, кроме как отпустить трап.

– Ладно, комрад. – Айк старался говорить весело. – Я скоро вернусь.

– Жду, – помахал Грир.

Яростно газанув, Айк отчалил от лодки, и эта внезапность выдала его беспокойство и дурные предчувствия.

– Цел будет, как тот Моисей, – обернувшись, заверил его Кармоди. – Бог бережет дураков.

Вилли обернуться не смогла.

– Особенно галантных дураков, – сказала она в небо.

Айк рассчитывал, что успех его смелой спасательной экспедиции помирит его со старпомом «Чернобурки». Уже направив «зодиак» к решетке у рампы шлюпочного отсека, он понял, что недооценил мистера Абу Джа Сингха. Этот человек ждал его там с двумя лишними волосаторукими охранниками, крюками и веревками. У самого волосатого висел на бедре большой пистолет. Айк бросил этой горилле конец раньше, чем кто-то из них сообразил пустить в дело крюки.

– Отставить, помощник, пока мы не высадили женщину.

Разумеется, до того, как раздутая женщина смогла выбраться из маленькой лодки, это пришлось сделать всем остальным. Как только она ступила на край гофрированной рампы, Айк отдал конец и включил двигатель на реверс. Глядя на физиономию Сингха, можно было предположить, что от такого надругательства над морским протоколом она сейчас разбухнет и лопнет.

– Саллас! Если вы не прекратите подвергать опасности наше судно, у меня не будет другого выхода, кроме применения оружия! Вы меня поняли, мистер?

Переключив двигатель на нормальный ход, Айк крутанулся, словно на каблуках, и нырнул в брызги.

– Очень хорошо, мистер Саллас, очень хорошо. Мистер Смоллет? Один предупредительный, будьте любезны…

Быстрее, чем ожидаешь от человека с такими корявыми и волосатыми руками, мистер Смоллет отправил пулю в пенные брызги прямо по курсу. Айк добавил газу.

– А? Это ваш ответ, мистер Саллас, надо понимать? Тогда по готовности, мистер Смоллет, по готовности…

Айк упал на ребристое дно, хотя вряд ли надувной корпус представлял собой подходящую броню. Но выстрела не последовало. Вместо выстрела Айк услышал испуганную ругань, перекрывающую шум мотора и воды, потом визг, плеск и снова ругань. Высунувшись из-за транца, Айк увидел, как мистер Смоллет выгребает из-под кормового подзора, а Кармоди в боковом отсеке просит у всех прощения и одновременно перегораживает всем путь.

Грир на «Кобре» с пренебрежением отверг необходимость бакштова – хватит ему и штормтрапа, уверил он Айка.

– Я когда-то в Белизе ел обезьяньи железы.

Не успел Айк возразить, Грир перебросил брезентовую сумку через плечо неопренового костюма и повис на качающихся ступеньках. Те железы, видимо, были крепкими. На борт «зодиака» Грир забрался с ловкостью гиббона. Айк отчалил от «Кобры». Но на этот раз он не стал разгонять двигатель. Он медленно двигался по воде, пока оба переводили дух. Сам он не торопился за дожидавшейся на «Чернобурке» пилюлей, да и Гриру, судя по виду, не повредит прогулка. Грир сидел на средней банке лицом к корме, и обычно разноцветное его лицо было сейчас как пепел. Поверх плеча Айка он смотрел на удаляющуюся «Кобру»:

– Я увидел его сразу, Айзек. Мы только собрались выбрасывать невод. Я был в клети и случайно посмотрел наверх. Оно пришло с севера, потом поменяло курс, прошло над нами и растворилось в море. И это была, мать его, вовсе не электрическая буря, мой друг. Можешь мне поверить.

Айк кивнул и ничего не сказал. Что-то странное было в голосе Грира – Айк такого не слышал ни разу за все эти годы, при всех акцентах и диалектах.

– Ни грома, ни молнии. И ни звука, пока оно не прошло. Только немного пошипело, когда исчезало. Сссссззззззл…

– Что, по-твоему, это было, комрад? – От предыдущих пассажиров Айк мало чего смог добиться. – На что похоже?

– Как будто жарят бекон. – Грир бросил взгляд на Айка, проверяя реакцию. – Ломоть фиолетового бекона