Утопия у власти - Михаил Геллер

Прежде всего тем, что война велась на территории Советского Союза в течение 3,5 лет. Нацисты вели тотальную войну на физическое истребление русского и других народов, населяющих Советский Союз. Многие погибли не только в результате прямых военных действий, но были уничтожены нацистами во время массовых экзекуций населения, в лагерях для военнопленных, в лагерях уничтожения. Неслыханные потери советского народа в 1941—1942 годах были также результатом преступного небрежения советского руководства — Сталина лично, членов высших партийных органов — Политбюро и ЦК ВКП (б), членов правительства — к подготовке отпора гитлеровской Германии. Крайне отрицательную роль сыграла политика сговора с гитлеровской Германией, которую советское руководство проводило в 1939—1941 годах. В результате гибели во время террора 30-х годов почти всех высших офицерских кадров, армия оказалась в руках командиров, чьи знания и военный опыт восходили к временам первой мировой и гражданской войн, либо в руках поспешно выдвинутых малоопытных командиров.

На протяжении всех лет существования советской власти, несмотря на официальные заявления, что самый ценный капитал — это люди, жизнь человеческая в СССР не стоила ни гроша. Еще до войны миллионы людей умерли с голоду во время коллективизации, другие миллионы были обездолены, сосланы в лагеря на принудительные трудовые работы. Они мерли от голода и холода, их расстреливали, а те, кто выживал, превращались в инвалидов.

Военное командование часто думало не о том. как выиграть сражение, не неся при этом ненужных жертв, а как выиграть бой, не считаясь ни с какими жертвами. История войны против Германии в 1941—1945 гг. изобилует многочисленными примерами того, как солдат бросали на убой по приказу вышестоящего командования, как гибли люди из-за торопливости и суеты командиров, как затевали неподготовленные и необеспеченные наступления, а затем отходили, обливаясь кровью. Даже высшие командиры, такие как Г. К. Жуков, А. М. Василевский, М. П. Кирпонос, С. К. Тимошенко, К. А. Мерецков не находили в себе достаточно мужества, чтобы оказывать сопротивление авантюристическим или ошибочным приказам Верховного Главнокомандующего.

На наиболее тяжелых и опасных участках фронта использовали штрафные части. Здесь во время войны отбывали наказание военнослужащие за, согласно официальной версии, уголовные и воинские преступления. Но кроме того в штрафной батальон легко было угодить за неосторожное слово, критику действий командования, за анекдот. Штрафники лишались воинских званий и наград. Мало кто из них выжил. Штрафников было великое множество. Сколько их погибло? Официальная статистика об этом умалчивает, но речь идет о многих тысячах.

Во время войны Сталин с ведома и санкции Политбюро распорядился депортировать в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию десятки тысяч людей из присоединенных в 1939—1940 гг. к СССР Прибалтики, Западной Украины и Западной Белоруссии и Молдавии, многие из них погибли из-за голода и болезней. Более миллиона человек было депортировано с Кавказа и из Крыма в 1943—1944 гг., и здесь погибли десятки тысяч. Никто, кроме официальных органов, конечно, не знает, сколько людей было уничтожено во время войны органами государственной безопасности как «враги народа» и «немецкие шпионы». Вероятно, подавляющее большинство из них не было повинно в такого рода преступлениях. Но оценка работы органов государственной безопасности происходила по количеству обезвреженных «вражеских агентов» и органы госбезопасности старались увеличить их число.

Многие тысячи советских солдат, имевших несчастье попасть в немецкий плен и чудом оставшиеся в живых, потом оказались в советских лагерях как изменники. И здесь их замаривали, превращали в лагерную пыль.

Вот почему справедливо возложить ответственность за огромные жертвы, понесенные советским народом, не только на немецких нацистов, их сателлитов и коллаборантов, не только на превратности войны, на сопутствующие ей несчастья, но и на высшее партийно-политическое руководство страны. Но никто из членов руководства не был судим за эти преступления.

Было много примеров массового героизма советских солдат. В неопубликованных мемуарах полковника Новобранца описан, например, ночной рукопашный бой солдат 6-й советской армии, прорывавшейся из окружения в самом начале войны.

Отчаянно сражались бойцы пограничных отрядов и комендатур, принявших на себя первые удары немецко-фашистских войск.

Героически держался гарнизон Брестской крепости, брошенный на произвол судьбы командованием. Крепость была обложена со всех сторон немцами, но сопротивление продолжалось в течение 28 дней. Немногие уцелевшие защитники, например майор П. М. Гаврилов, после неимоверных страданий в фашистском плену очутились в конце концов как «изменники родины» в советском лагере на Колыме! Они были реабилитированы спустя много-много лет после войны.

Было немало случаев, когда советские летчики, жертвуя своей жизнью, шли на таран, а бойцы грудью закрывали амбразуры дотов врага. Мужественно вели себя партизаны, схваченные немцами. Их обыкновенно казнили после мучительных пыток. Так погибла под Москвой Зоя Космодемьянская. Стойко вели себя многие советские солдаты, попавшие в немецкий плен. Генерал Карбышев, оказавшийся в плену, отказался перейти на сторону немцев и был превращен в ледяной столб: заморожен заживо в лагере Маутхаузен.

Война, как и всякое событие, потрясшее мир, вызвала к жизни мифы и легенды, в которых солдаты наделялись чудодейственной силой, в их уста вкладывались изречения, которые потом прочно входили в историю войны. Появление мифов и легенд о войне неизбежно. Они были и, должно быть, будут неотъемлемой частью истории войны. Например, во всех книгах рассказывается о словах политрука Клочкова, обращенных к горстке солдат дивизии генерала Панфилова на подступах к Москве: «Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва». Кто мог донести эти слова до живых, если почти все защитники на этом участке погибли, а единственный уцелевший, но тяжело раненный солдат вскоре умер в беспамятстве? Эту миссию взял на себя журналист А. Кривицкий, первым опубликовавший статью о Клочкове и панфиловцах. Спрошенный по этому поводу начальником Главного Политического управления Красной армии А. С. Щербаковым, так ли действительно сказал Клочков, Кривицкий многозначительно ответил: «Он должен был так сказать...»

Победа Советского Союза в войне не была следствием мудрого, безошибочного руководства войной Сталиным, Государственным Комитетом обороны и Верховным командованием. Советский Союз победил несмотря на колоссальные ошибки партийно-политического руководства.

Опасная авантюристическая политика советского правительства перед войной привела к созданию общей границы между СССР и сильнейшей военной силой в Европе — нацистской Германией. Это обстоятельство, а также разоружение старой границы (1939 года), незавершенность военных мероприятий дали врагу в начале войны огромные выгоды, колоссальный выигрыш в территории и во времени. Одни только эти ошибки (мы уже не говорим о глупых приказах на наступление, отданных верховным командованием в первые дни войны, приказов, которые привели к окружению и гибели советских армий) стоили нашему народу неисчислимых жертв и бедствий. В первые дни войны СССР потерял территорию, сравнимую с территорией Западной Европы, оккупированной гитлеровской Германией в 1939—1940 г. Уникальные размеры советской территории, наличие глубокого тыла с сырьевой и промышленной базой Урала, Сибири, Закавказья и Дальнего Востока, а также политические и стратегические просчеты Гитлера спасли Советский Союз от поражения летом 1941 года. Советский Союз все еще имел достаточно ресурсов, чтобы в конечном счете превзойти Германию и по количеству дивизий, и по производству военной техники. Будь Советский Союз таких же размеров, как Франция или Германия, ошибки советского партийно-политического руководства привели бы страну к поражению. Достаточно напомнить о том, что германские войска в первые три недели войны продвигались по советской территории быстрее, чем они шли по территории Польши.

Вот что писал, например, главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов: «Если бы вероломно напавшие на нас немецко-фашистские захватчики на рассвете 22 июня 1941 года встретили организованный отпор наших войск на подготовленных оборонительных рубежах, если бы по врагу нанесла бы удары наша авиация, заблаговременно перебазированная, рассредоточенная на полевых аэродромах, если бы все системы управления войсками были приведены в соответствие с обстановкой, мы не понесли бы в первые месяцы столь больших потерь в людях и боевой технике. Не были бы отданы врагу огромные территории советской земли, народу не пришлось бы переносить столько страданий и тягот».