Путешествия по Китаю и Монголии. Путешествие в Кашгарию и Куньлунь - Михаил Певцов

По рассказам жителей Гумы, к северо-востоку от их селения и вообще от большой хотанской дороги простирается параллельно ей непрерывная полоса мелких бугров, имеющая от 30 до 100 верст ширины. Близ дороги эти бугры повсеместно покрыты тамариском, а далее к северо-востоку в них растут рассеянно и купами тополевые деревья — преимущественно в котловинах между холмами и в сухих руслах.

Еще далее в том же направлении, за пределом полосы бугров, залегает пустыня Такла-Макан, в которой, по уверению туземцев, нет никакой растительности и животной жизни. Эта мертвая земля только местами покрыта высокими и длинными песчаными грядами, простирающимися почти в меридиональных направлениях, а между грядами залегают обнаженные, щебне-галечные равнины (по-туземному сай) темного цвета. Жители селений, расположенных вдоль большой хотанской дороги, не проникают в глубь самой пустыни, а посещают только сопредельную ей окраину полосы бугров, в которую ездят иногда зимой за тополевым лесом для домашних потребностей. Оттуда, по их словам, с высоты бугров можно ясно видеть темные щебне-галечные равнины этой мертвой земли и покрывающие их местами высокие песчаные гряды, уходящие за горизонт, в неведомую даль.

Из селения Гумы мы вышли на пустынную щебне-галеч-ную равнину и направились по большой дороге почти прямо на восток. Вдали на юге был ясно виден высокий северо-западный отрог Куньлуня — хребет Кош-таг, гребень которого, покрытый свежим снегом, ярко белел все утро, а потом скрылся в легком пыльном тумане. В хребте Кош-таг, по словам наших проводников, встречаются изредка на северных склонах гор небольшие можжевеловые лески, а в высоких областях его есть порядочные пастбища, на которых пасутся стада овец, принадлежащих жителям селений большой дороги. Источники в этом хребте редки и необильны; постоянных же речек в нем вовсе нет.

После небольшого перехода от Гумы по щебне-галечной пустыне, лишенной всякой растительности, мы остановились в селении Мукойлы на дневку. Пользуясь свободным временем, я расспрашивал местных жителей об окрестной стране, о направлении ветров, облаков и об осадках. Они подтвердили сведения, собранные в Гуме, о полосе мелких бугров, тянущейся параллельно хотанской дороге, и о пустыне Такла-Макан, а также сообщили, что в их стране преобладают западные и северо-западные ветры, затем следуют юго-западные и северо-восточные; южные же и восточные ветры дуют очень редко. Облака движутся с юго-запада, запада и северо-запада и почти никогда не приносятся с остальных стран горизонта. Дожди выпадают очень редко, преимущественно в июне и июле; снега зимой бывает тоже мало, и он держится недолго; толщина снегового покрова достигает, однако, иногда почти четверти аршина, но он редко лежит долее недели.

Показания туземцев юго-западной Кашгарии о преобладающих ветрах подтверждаются формою песчаных образований этой страны, которые я старался тщательно осматривать при каждом удобном случае [78].

Близ южной окраины селения Мукойлы находятся небольшие развалины, в которых мы нашли много обломков старинной глиняной посуды, ныне вовсе не выделываемой и не употребляемой в Кашгарии. Около развалин сохранились следы большого арыка и фундамент древнего мазара праведника Османа. К сожалению, жители селения не могли сообщить нам ничего определенного об этих древностях.

От селения Мукойлы дорога по-прежнему идет по щебне-галечной пустыне, простирающейся на юг до соседней плоской высоты, которая тянется параллельно дороге. Пустыня покрыта местами мелкими песчаными наносами и небольшими столовидными лёссовыми высотами, выветрившимися большею частью в глыбы усеченно-пирамидальной формы. К северо-востоку от дороги простирается полоса мелких бугров, поросших тамариском. По осмотре оказалось, что эти бугры также лёссовые, происшедшие, по всей вероятности, от выветривания сплошной лёссовой толщи, отложившейся широкой полосой вдоль окраины пустыни Такла-Макан. На такое происхождение этих бугров указывают их обрывистые повсеместно склоны и обнаруживающиеся в них пласты плотно спрессовавшегося первичного лёсса. Поверхность бугров и промежутков между ними засыпана тонким слоем песка, нанесенного ветрами из пустыни Такла-Макан.

Последние 5 верст перехода мы сделали по лёссовой высоте, распавшейся местами на глыбы, и остановились на ночлег в селении Чода. С 2 часов пополудни начал дуть холодный ветер с севере востока, из пустыни, и вскоре густой пыльный туман окутал всю окрестную местность.

Дальнейший путь экспедиция продолжала по местности, отличающейся таким же характером, как и на предыдущих станциях: дорога идет по пустынной щебне-галечной равнине, простирающейся на юг верст на 15 до подножья плоской гряды, а к северо-востоку от нее тянется непрерывно полоса мелких лёссовых бугров, поросших тамариском.

На пути из селения Чода мы миновали селение Моджа и остановились на ночлег у лянтера Гундулук, расположенного на поляне, среди обширных зарослей тростника. К севе-ро-востоку от него, на лёссовых высотах, находится множество обломков старинной глиняной посуды [79], о происхождении которых обитатели лянгера сообщили нам следующую легенду.

В древности на этом месте стояли роскошные палаты, в которых жил царь, отличавшийся крайнею жестокостью и непомерною скупостью. Аллах хотел наказать его за жестокое обращение с подданными, но царь стал умолять его о пощаде, обещая исправиться. Милосердный Аллах сжалился над ним и назначил ему испытание. Он повелел царю сделать множество глиняной посуды и, когда она была готова, приказал ему разбить ее всю. Царь разбил худшую посуду, а лучшую оставил себе. Тогда Аллах окончательно разгневался на него и, сказав ему: «Ты людей не щадил, а посуду пожалел», — наказал жестокого и скаредного царя лишением царства и всех сокровищ. Обломки же посуды, разбитой царем, доныне сохранились на том самом месте, на которое были выброшены.

За лянгером Гундулук мы пересекли плоскую лёссовую высоту, распавшуюся большею частью от выветривания на сто-ловидные и усеченно-пирамидальные глыбы; потом шли по щебне-галечной пустыне, миновали селение Зангуй и снова очутились в такой же пустыне, покрытой изредка мелкими песчаными наносами, среди которой и остановились ночевать у лянгера Сай. Вода в колодце, имеющем 12 сажен глубины, содержит значительное количество сернистого водорода и издает сильный запах, напоминающий гнилые яйца. Чтобы освободить ее, хотя немного, от этого зловонного газа, надо долго и сильно мешать воду в ведре и переливать ее ковшом.

Мертвая, щебне-галечная пустыня простирается к югу от лянгера Сай верст на 15 до подножия плоской гряды Дува, тянущейся параллельно дороге. С севера же она окаймлена полосою мелких лёссовых бугров, сопровождающих большую дорогу на всем ее протяжении до Хотана. В юго-запад-ной, придорожной части полосы эти бугры покрыты тамариском, а в северо-восточной — низкорослым и редким тополем. Присутствие в этой полосе древесной растительности следует, по всей вероятности, приписать незначительной глубине местных водоносных горизонтов, по которым сочится горная вода с соседнего хребта Кош-таг. Количество же атмосферических осадков в описываемой полосе, как и в других местностях равнинной Кашгарии, столь незначительно, что без живительного действия горных вод, проникающих в нее подземным путем по непроницаемым слоям, в ней не могли бы расти даже столь неприхотливые деревья, как пустынный тополь. На близость к дневной поверхности непроницаемых слоев во всей вообще полосе лёссовых бугров, опоясывающей пустыню Такла-Макан на юго-западе, указывают также существующие в ней источники. Они поддерживают нижние течения многих речек, которые по выходе из окраинных гор теряются в подгорных пустынных равнинах, а потом в области бугров снова собираются из источников и, проникнув внутрь пустыни Такла-Макан, исчезают в ней уже совершенно.