Легенды II (антология) - Роберт Силверберг

— Я никогда еще с таким не сталкивался. За все время ни один всадник не застревал в Промежутке на чужом драконе. — Он потер глаза. — Я и вправду не знаю, выйдет ли из этого что-нибудь, но ты можешь попробовать написать Таниэлю послание на земле. Что ты хочешь ему сказать?

— «Приведи Лери. Морита».

— Вежливо, коротко и ясно. Будем надеяться, он это увидит, хмыкнул Марко.

Итак, Морита возвращалась в холд Озерный снова и снова, каждый вечер в одно и то же время, и это стало таким привычным делом, что Таниэль заранее выходил из холда и стоял возле загона Расти, будто поджидая ее. И каждый вечер Морита пугала Расти, а потом писала свое послание на земле. В том, что скакун ее видит, не было никаких сомнений. Он глядел прямо на нее, когда она выцарапывала буквы на земле. Но Таниэль по-прежнему смотрел сквозь нее, и не видел сделанной ею надписи.

На пятый вечер она уже не знала, что и делать, когда из-за облаков вдруг появилась полная луна, и осветила Мориту ровно настолько, чтобы Таниэль увидел ее, выцарапывающей надпись на земле.

— Морита! — ахнул старик и бросился домой с таким воплем, что перекрыл даже визг Расти. Влетев в холд, он резко захлопнул за собой дверь.

— Вот теперь, по-моему, я его достала, — удовлетворенно проговорила она, забираясь на спину Холты.

«И сколько нам еще этим заниматься, Морита?» — жалобно спросила Холта.

«Уже недолго, Холта. — Морита ласково погладила шею старой королевы. — Полетели обратно к Марко в Промежуток».

Когда Марко привел их назад на Райскую реку, она рассказала о достигнутом прогрессе.

— Ты наверняка перепугала его так, что он думает, будто спятил, как и его скакун, — ухмыльнулся Марко. — Думаю, ты почти у цели.

Послание для Лери от Таниэля из холда Озерного было немедленно доставлено в Форт Вейр самолично Главным Смотрителем станции скороходов. Его прочли все:

«Она возвращается каждый вечер в одно и то же время, сразу после захода солнца, когда начинает темнеть. Она зовет Лери. Что мне делать?»

— Ха! Ну не дураки ли мы?! — ядовито воскликнула Лери. — Орлита! Твоя кладка еще не достаточно затвердела?

С Площадки Рождений донеслось ворчание Орлиты, по-прежнему возившейся с аккуратной горкой песка для королевского яйца, чтобы оно возвышалось над остальными. Она действовала так медленно и осторожно, что со стороны казалось, будто она укладывает каждую песчинку по отдельности. И почему-то это выглядело так печально трогательно, что просто невозможно смотреть.

— Она так убивает время, — пожала плечами Лери, когда ей на это указали.

А теперь старая госпожа поблагодарила Главного Смотрителя за то, что он доставил послание лично, и вручила ему за труды целую марку Цеха арфистов.

— Не за что, госпожа. Могу ли я доставить от вас ответное сообщение?

— Было бы очень любезно с вашей стороны, — с достоинством произнесла Лери, и Смотритель Станции поспешно извлек бумагу и перо.

— Поблагодарите его от моего имени и скажите, что мы скоро будем. Он ничего не может поделать, как и мы. Только ждать, пока Орлита сочтет, что ее кладка созрела. Благодарю вас за труды.

Смотритель, откланявшись, покинул Вейр.

Однажды утром, несколько дней спустя, перед самым рассветом Орлита сообщила Лери, что ее детки вылупятся сегодня. Она нежно закатила кончиком крыла королевское яйцо на предназначенную специально для него песчаную горку. Лери, облачившись в самую теплую одежду, терпеливо ждала ее в вейре.

— Не то, чтобы от этих теплых вещей было в Промежутке много проку, — заметила она со свойственным ей ехидством, и заковыляла из вейра, даже не оглянувшись. Выйдя наружу, Лери поглядела на небо. Скоро начнется великолепный рассвет.

— Отличный денек для последнего полета, — заметила она. «Надеюсь, этот день не будет омрачен излишней грустью, Орлита. День, когда происходит Рождение, предназначен для того, чтобы смотреть в будущее, а не сожалеть о прошлом».

В тот день Таниэль пек хлеб. Ему необходимо было чем-то себя занять. От всей этой истории он и так уже поседел, но тем не менее, когда Смотритель Станции скороходов привез ответ от Лери, он понял, что его страдания скоро завершатся. Таниэль был решительно настроен дождаться Лери, игнорируя просьбы детей отправиться с ними объезжать табуны. По предложению отца Мейнар оседлал Расти и умчался на нем со своими братьями и сестрами.

Расти уехал, и Таниэля некому было известить о том, что на озере приземлились дракон с всадником. Но когда он оторвался от своей работы, то увидел величественную золотую королеву и укутанную в меха Лери, восседавшую на ее спине. Таниэль поспешно отрезал ломоть свежего горячего хлеба, налил в кружку кла и отнес старой госпоже Вейра. Лери, поблагодарив, с удовольствием поела. Таниэлю было жалко смотреть на изуродованные скрюченные пальцы женщины и на то, с каким трудом она передвигалась.

— Если вам вдруг еще что-то понадобится, госпожа, позовите, и я тотчас же приду, — сказал Таниэль.

— Мне итак неплохо, — проворчала Лери, возвращая холдеру пустую тарелку.

Таниэль вернулся к работе. Замешивая очередную порцию теста, он постоянно поглядывал на парочку за окном. Он уже заканчивал сметать мусор с пола, когда заметил, что солнце заходит. Тогда он налил себе кружечку кла, размышляя, не принести ли еще кла старой всаднице, и лишь тут сообразил, что уже налил две кружки. Он отнес одну Лери. Та поблагодарила за заботу, но пила так медленно, что Таниэль, у которого после возни на кухне ныла искалеченная нога, вернулся в дом, чтобы немного отдохнуть в ожидании того, что еще преподнесет ему этот необычный денек.

Второй дракон появился примерно через час. Таниэль глубоко вздохнул, услышав радостные крики женщин и громкий рев драконов.

Стоя в дверях, он наблюдал за воссоединением. На глаза его навернулись слезы. Морита, спрыгнув со спины Холты, понеслась к Орлите. Она гладила голову своей королевы, нежно касаясь золотой шеи и с обожанием заглядывая в фасеточные глаза, горящие счастливым голубым огнем. Лери выронила кружку и как могла быстро захромала к Холте. Подойдя, она судорожно обхватила шею своего дракона, словно только что прошедший Запечатление новичок. Позже Таниэль рассказывал, что у него чуть сердце не разорвалось при виде того, как радуется старая госпожа.

— Я уже и не мечтала тебя снова увидеть, любовь моя, — сквозь слезы счастливо бормотала Лери, дрожащими пальцами поглаживая чешуйчатую кожу Холты.

Всадницы тихо о чем-то переговорили между собой в первых лучах восходящей луны. Таниэль так никогда и не узнал, что еще друг другу сказали, но, увидев, как Лери с трудом устраивается на спине своего дракона, поспешил к ним.