Месть Ронана. Амулет - Джеймс Бибби

— Вы что, парочка заплутавших комедиантов? — гаркнул другой орк, и все рассмеялись.

Звуки их смеха больше напоминали вой схватившихся в смертельной схватке гиен.

— Очень забавно, — сказала Макоби голосом, походившим на угрожающее потрескивание ломающегося льда.

Смех умолк.

— Зачем это старшине Болотному Духу принимать какую-то официальную дегли… дули… дегила… как это вы сказали? — переспросил начальник караула.

— Почему бы вам не спросить у него? — предложила Макоби ласковым тоном.

Орки переглянулись. Хотя их и поставили нести дежурство, никто не удосужился предупредить, как поступить в том случае, если кто-то появится.

— Ладно, — сказал начальник. — Блеб, Мегрим, оставайтесь на посту, остальные следуют за мной.

Он пробурчал еще что-то себе под нос, и группа снова покатилась со смеху, бросая многозначительные взгляды на Макоби. Гларт был рад, что принцесса не поняла смысла отпущенной шутки, иначе, подумал он, ей это не понравилось бы.

Тоннель вел в самое сердце горы.

Он имел ярдов пятнадцать в ширину, ярдов десять в высоту и был освещен вонючими коптящими факелами, закрепленными в грубых каменных канделябрах, тянущихся вдоль стен по обе стороны. Углубляясь в подземелье, Макоби и Гларт слышали несмолкаемый далекий гул, похожий на рев многотысячной толпы. Казалось, что где-то в полумиле от них идет лихая, прямо-таки отвязная гулянка. Впрочем, так оно и было.

В оркском обществе никто не станет тратить время на такие пустяки, как погоня за богатством и накопление имущества. Орков всегда интересовала только одна вещь — веселое времяпрепровождение. Их жизнь — один бесконечный праздник, подогреваемый обильными алкогольными возлияниями. У них есть очень убедительный метод воздействия, обеспечивающий выполнение таких необходимых работ, как строительство, уборка, производство продуктов питания и напитков; более сильные орки принуждают мелких и слабых работать. Пока громилы сами прохлаждаются и пируют, малявки вкалывают, а потом присоединяются к общему веселью.

Звуки, доносившиеся до ушей странников, оказались гулом столичного города орков, обитатели которого пили, орали, горланили песни, жрали, пукали, рыгали и опять пили и еще громче кричали. Чем ближе было поселение, тем слышнее становился шум. Когда Гларт и Макоби наконец достигли первой пещеры невероятных размеров, из которых состоял город, гул сделался невообразимым.

Гларт повернулся к принцессе, чтобы что-то сказать, но она его слов просто не расслышала. Девушка пожала плечами и показала на уши, давая понять, что не слышит. Юноша кивнул. Улыбка не покидала лицо монаха. Его выдержка и самообладание восхищали Макоби. Она считала большим везением иметь такого спутника. В знак благодарности принцесса взяла его под руку и доверчиво прижалась к его плечу.

Орки свернули в низкий боковой проход и ускорили шаг. По пути они сделали еще ряд поворотов в боковые ответвления тоннеля, и Макоби совершенно утратила представление о своем местонахождении.

В конце концов путешественники в сопровождении эскорта очутились в длинном прямом коридоре, который привел их к круглому дверному проему, плотно закрытому хорошо подогнанной дверцей. Последняя удивительным образом смахивала на донышко огромной пивной бочки. Фактически так оно и было.

Шум стал потише, и можно было слышать друг друга, если сложить ладони рупором и что-нибудь гаркнуть в самое ухо.

— Приятное место для отпуска, — заорал Гларт, приложившись к изящному ушку принцессы.

— Я бы предпочла что-нибудь более пустынное, — ответила Макоби.

Рослый орк из их сопровождения остановился перед дверью и, указав на Макоби узловатым пальцем с кривым длинным ногтем, сказал:

— Городской старшина Болотный Дух примет тебя. Без монаха. Он пойдет с нами, пока ты будешь на этой своей аудиенции. Болотный Дух просил тебя подождать здесь. Он придет, как только сумеет.

Макоби посмотрела на Гларта с сомнением, но он приободрил ее улыбкой.

— Идите, — прокричал он. — Я попробую что-нибудь выведать у этих ребят.

Макоби сделала глубокий вдох, но тут же пожалела об этом, потому что орки воняли так, словно в целях личной гигиены принимали ежедневно не душ, а ванны в бочках с тухлой рыбьей требухой. Потом она сделала шаг вперед и, постучав в дверь, вошла внутрь.

Помещение, в котором очутилась принцесса, представляло собой круглую каменную пещеру двадцати футов в поперечнике с голыми стенами, освещенную огарком свечи, прилепленном на шатком стуле. Этот стул был единственным предметом меблировки. Макоби, не понимая, что происходит, хотела было выразить возмущение, но дверь за ее спиной захлопнулась, и она услышала звук задвигаемого засова.

Хорошо, подумала девушка, я дам этому городскому старшине Болотному Духу ровно один час…

Безжалостно отогнав от себя страхи и сомнения, принцесса поставила свечу на пол и, сев на стул, приготовилась ждать, стараясь не думать, сможет ли что-либо сделать в случае опасности.

Прошло около пятидесяти минут, прежде чем дверь открылась и внутрь с милой улыбкой на безобразном лице ввалился огромный орк.

Он был одет в угольно-черные одежды, сшитые из бородавчатой шкуры какого-то создания, происхождение которого Макоби предпочла не узнавать. В левой руке незнакомец держал меч с длинным кривым лезвием.

— Добрый вечер, моя госпожа, — сказал он, протягивая для пожатия правую руку.

Макоби, сжав зубы, ответила на пожатие в соответствии с дипломатическим этикетом, изо всех сил стараясь не выдать охватившего ее отвращения.

— Вас приветствует регент Кумаса, — сообщила девушка. — После недавнего… неприятного происшествия между двумя городами мы считаем, что пора начать процесс оздоровления обстановки и укрепления дружбы между народами. Многие наши люди погибли в сражении. Другие, такие, как я, потеряли своих любимых и не знают об их судьбе. Я прибыла сюда, чтобы навести справки об этих пропавших без вести. Я бы хотела получить ваше разрешение поговорить с теми, кто в тот день принимал участие в сражении, — например, с вашим генералом.

Все это время Болотный Дух ходил вокруг Макоби кругами, и ей пришлось вертеться, чтобы его видеть. Она чувствовала себя лотом на каком-то невообразимом аукционе.

— Боюсь, что это невозможно, — наконец произнес орк с глубоким грудным рыком, что на языке орков выражало высшую степень елейности тона. — Дело в том, что генерал Кала-азар был наказан и понижен в должности. К тому же весьма существенно. Но я передам ему, что вы о нем справлялись.