'Фантастика 2025-10'. Книги 1-31 - Макс Вальтер

его бормотаний скрыла дверь. И вот чего приходил? Только с мыслей правильных сбил, со своим: «Эт самое». Ладно, стоит для верности ещё с Цинкиным этот вопрос обсудить. В остальном, большинство из совета за объединение с культом Инай. Из шкурных соображений, по большей части.

А как выяснилось из неких источников, у Хизмэя имеются люди с опытом сплавления по рекам. Они вообще против течения лодки к нам пригнали, а уж с работающим дизелем и винтами за кормой, поди, не хуже справятся. Да уж, слишком всё сладко выходит, впору самому к Хизмэю на поклон бежать и упрашивать. Надеюсь, до этого в самом деле не дойдёт.

— Борис Николаевич, приём, — бросил я в рацию.

— На связи, — сухо отозвался он через некоторое время.

— Загляните ко мне минут за сорок до совета, — озвучил я свою просьбу.

— Буду, — опять односложно ответил он. — Конец связи.

Занят, что ли, чем? Или какие уши посторонние рядом. Ведь он уже наверняка осведомлён о теме предстоящей беседы. Уж как минимум Толя ему должен был рассказать.

Март ознаменовал свой приход крупнейшим снегопадом. Такого я не видел никогда в своей жизни.

Метель началась ещё вечером, а к утру, для того чтобы выбраться на улицу, пришлось откапываться всем городом.

Когда я открыл подъездную дверь, то не сразу поверил глазам, потому как вместо выхода обнаружил сугроб. Дверь оказалась завалена по самое «не могу» и даже хорошо, что открывалась внутрь, иначе её было бы не сдвинуть.

— Ну что, смотреть на это можно бесконечно, — пробормотал я, — а толку будет чуть.

Тут же в углу стояли две лопаты, как раз предназначенные для расчистки снега. Одна из них перекочевала в руки и работа закипела. Первым делом пришлось накидывать снег в подъезд, иначе никак, но через пару минут я наконец смог расчистить небольшой пятачок, выбраться наружу и более или менее осмотреться.

А сугробы действительно выше моего роста, из-за них едва удаётся рассмотреть направление на соседние дома и администрацию. Ох и веселье нам сегодня предстоит…

Вскоре на лестнице послышались чьи-то шаги, а затем показался их обладатель — сосед Иван Саныч. У нас в городе он занимал штатную должность учителя физкультуры в школе. Парень молодой, крепкий, в прошлом ЗМС по боксу. Что мне в нём нравилось, хотя надо признать иногда и раздражало, так это вечный позитив. Ну вот не воспринимаю я людей, которые непрерывно улыбаются и радуются жизни. Иногда ведь нужно уметь и на хер послать, а он нет, всем вокруг добра желает и улыбается во все тридцать два зуба.

— Ух ты ж ёпта! — первым делом высказал он своё мнение о природном явлении. — Доброе утро, Ваша Светлость.

— И вам не хворать, Иван Саныч, — на мгновение остановился я, чтобы ответить на приветствие.

— А ну, подвиньтесь немного, — втиснулся на узкий пятачок тот и заработал лопатой, будто не человек, а комбайн какой.

За пять минут я едва смог продвинуться на метр, а он за две, прочистил почти три. Жаль, что роет совершенно не в ту сторону, а так, конечно, хорошо получается.

Бодрые крики и смех вперемешку с восторженными матами звучали уже со всех сторон. Очередной сосед по подъезду отобрал у меня вторую лопату и не менее бодро взялся за работу.

Где-то вдалеке затарахтел дизель, а значит, скоро по центральным улицам пройдёт трактор. Его мерцающий писк призван предупредить, когда стоит убраться с дороги. Но несмотря на его помощь, работы по уборке снега, скорее всего, продлятся до самого вечера. А завтра вполне может выпасть ровно столько же, но это уже будет стихийное бедствие какое-то.

Да, в любом случае про Пермь на ближайшие дни стоит забыть, а то как бы и не до конца месяца, пока оттепель не прикончит все эти завалы. С другой стороны, основное количество вещей уже там. Бригады по осмотру и восстановлению плавсредств тоже, а значит, стартуем сразу, как только появится возможность.

А небо действительно всё ещё хмурится, так что неизвестно, вся ли порция снега вывалилась на наши головы или это только начало? Весна будто решила отыграться за всю зиму, в течение которой осадки мы видели максимум раз десять. Зато мороз трещал такой, что в угловых квартирах стены льдом покрывались, притом внутри.

После того как от Челябинска осталось мокрое место, в прямом смысле этого слова, жизнь перешла в спокойное русло. Опять же всё относительно, ведь с задуманным нами переездом проблем хватало. Большинству жителей это преподносилось как обыкновенная экспансия, переселение на новые земли части людей. И лишь небольшая горстка знала, ради чего всё затевается.

В Китай всё же ушёл Филин, но отправился он туда по своему собственному маршруту. От провизии отказался, но и мы в итоге её не получили. Как я ни спорил, не тряс бумагой, на которой присутствовала печать Золотовой, правды так и не добился. Мол, твоё войско само приняло решение отказаться от продовольствия и пойти другим маршрутом, а вашу шайку мы кормить не намерены.

В чём-то они, конечно, правы, но вышло обидно, я уже успел присвоить себе немалый кусок продовольствия и боеприпаса. Хорошо, что против наёмной армии они претензий не выдвинули. Переигрывать всё это ещё раз обратно не возникало никакого желания. Да и кем бы я после этого выглядел⁈

Люди Хизмэя оказывают посильную помощь в восстановлении судов. До технической части не лезут, а вот рубить замёрзшую глину, чтобы очистить палубу, вполне себе могут. Занятие, в общем-то, не из лёгких, но ведь справляются — за пару недель успели полностью освободить четыре буксира. С Теплоходами, вне всякого сомнения, сложнее, там объёмы другие, но к началу навигации, думаю, справятся.

Сегодня я как раз собирался в Пермь с проверкой, но видно не судьба. С другой стороны, там с ними Петрович, а у него не забалуешь. Управленец он строгий, хоть и справедливый. А после того, как я принял решение взять с нами Хизмэя с его людьми, он вновь воспылал ко мне любовью. И ведь его поведение банально оправдано женщиной, что когда-то ушла вместе с сыном на сторону верующих. Сделала это она именно из-за ребёнка, потому как тот оказался ярым сторонником проповедей и истинно верующим в Инай.

Вот так, медленно, но верно, Хизмэи поглощали моих людей, даже близкие и здравомыслящие постепенно сдавались. Чёрт, уже в который раз поражаюсь гениальности этой схемы и главное — ничего нового. Кто же этот человек, что всё так грамотно продумал? Даже Золотова оказалась в проигрышной ситуации, а уж она мастер плести интриги и бить в спину.

— Ваша Светлость, готово! — вырвал меня из мыслей Иван Саныч. — К администрации тропинку пробили, но похоже, уроки на сегодня отменяются, ха-ха-ха.

— Благодарю, — кивнул я и указал рукой вправо по дороге, — но это, кажется, ещё не всё. Сейчас трактор пройдёт, он вашу тропинку вмиг опять завалит.

— Ах ты ж ёпта! — выругался тот и хотел было рвануть ему наперерез, но вовремя сообразил, что водитель может легко и переехать, попросту не заметив за такими сугробами.

Я ещё немного понаблюдал за происходящим, а затем вдруг понял, что вполне, на самых что ни на есть законных основаниях, имею сегодня выходной. Настоящий, не тот, что вроде как есть, но я всё равно в каких-то делах. А действительно, полноценный выходной, когда никто не прибежит со своим: «Эт самое» — попросту сугробы не позволят.

Настроение быстрым темпом пошло вверх и я, насвистывая незамысловатую мелодию, отправился домой.

Впервые за всё это время, я проведу целый день с семьёй, а дела и без того снегом завалило, так что подождут, никуда не денутся.

Глава 18

Куда идем мы всей толпой?

Есенин ходил на взводе уже целую неделю. А всё потому, что по его предположениям, в районе Волгограда настало время посадки. Вот только мы всё ещё в Екатеринбурге, из которого только сегодня смогли выдвинуться первые машины с будущими переселенцами.

Март принёс столько снега, что мы просто не смогли в итоге с ним справиться, а затем он закономерно растаял. При этом одно стихийное бедствие сменилось другим — снегу решил помочь дождь. В итоге нас попросту затопило. Даже поднятое от земли сантиметров на семьдесят крыльцо, полностью скрылось под водой.

Бывшие первые этажи и до того вечно «пытались уплыть» каждую весну, а сейчас вода вообще сантиметров на десять затопила площадку перед дверью в подъезд. Мало того что пёрла грунтовая, так теперь ещё всё это