Бескрылый дракон - Big wolf

что, когда выходила после него из ванны, воздух казался холодным. Но сейчас, стоя в душе, вместе с облегчением пришли и мысли, что она старательно откладывала всё утро.

«Что значил этот его взгляд? Эти его долбанные глаза!»

«Может ли быть такое, что он чувствовал что-то ко мне?»

«Что между нами было что-то большее, чем игра?»

«Мерлинова седина! Гермиона, прекрати! Хватит! Ты снова за своё? На те же грабли дважды не наступают!»

«Просто ты изменилась! Стала холодной. Его это заводит. Он просто играет. Снова»

.

«Он твоя беда! Сплошная проблема!»

После этой мысли в голову пришла дурацкая песня, что постоянно крутилась по радио и слышалась со всех углов. Магловская попса. Одна из тех песен, что надоедливо вертелись в голове. Гермиона нанесла шампунь и, зажмурившись, начала напевать:

Саундтрек:

Taylor Swift — trouble

      Once upon time

Когда-то, давным-давно,

A few mistakes ago

Несколько ошибок назад,

I was in your sights

Ты обратил на меня внимание,

You got me alone

А я была одинока.

You found me

И вот ты нашел меня,

You found me

Ты нашел меня,

You bound me

Ты связал меня.

I guess you didn`t care

Думаю, ты был безразличен,

And I guess I liked that

И, наверное, мне это нравилось.

And when I fell hard

А когда я упала, больно ударившись,

You took a step back

Ты шагнул назад —

Without me, without me, without me

Без меня, без меня, без меня.

And he`s long gone

Тебя давно и след простыл,

When he`s next to me

Хотя ты стоишь рядом со мной.

And I realize the blame is on me

И я понимаю, что виновата я сама.

Cause I knew you were trouble

Ведь я поняла, что ты моя беда,

When you walked in

Как только ты появился.

So shame on me now

Поэтому стыд мне и позор!

Flew me to places I`d never been

Ты подарил мне невиданное блаженство,

Till you put me down

А затем спустил на грешную землю…

I knew you were trouble

Я поняла, что ты моя беда,

When you walked in

Как только ты появился.

So shame on me now

Поэтому стыд мне и позор!

Flew me to places I`d never been

Ты подарил мне невиданное блаженство,

Now I`m lying on the cold hard ground

А теперь я лежу на холодной, твердой земле,

Oh, oh, trouble, trouble, trouble

О-о, моя беда, беда, беда,

Oh, oh, trouble, trouble, trouble

О-о, моя беда, беда, беда.

Она во всё горло вскричала, но на последней строчке подавилась водой.

«Пора заканчивать с этими концертами!»

Откашлявшись, она смыла шампунь и, повязав тюрбан на голову, обернулась в полотенце. Дверь ванной открылась, выпуская в комнату клубы пара. Гермиона судорожно выдохнула, увидев на кровати слизеринца. Он сидел, опираясь на руки. Белая льняная рубашка и тёмные брюки. Штормовые глаза не отрывались от неё.

      — А ты всё так же голосишь в душе? — улыбнулся он, облизнув губы.

      Гермиона придерживала полотенце. Серо-голубой омут глаз жадно поглощал её. Всю.

      — Что ты здесь делаешь? — как-то сипло выдавила она.

      — Принёс тебе маску для вечера, но решил дослушать песню, — слизеринец встал с кровати.

      Сердце заколотилось.

«Прекрати! Не реагируй так!»

— Знаешь, я тут подумал про «

невиданное блаженство

»… — протянул блондин строчку из песни. — Ты ведь признаёшься, что

лучший

секс у тебя был со мной? — шторм в глазах потемнел, когда он ступил к ней.

«Он играет! Просто играет!»

— Нет, — пискнула она.

«Это было убого! Слишком! Скажи увереннее!»

— Бывало и получше! — Гермиона вскинула подбородок.

      — С Голдстейном? — улыбка перешла в оскал. — Не смеши меня. Между вами нет ни единой искры.

«Это твоё самодовольство! Хочешь соблазнить меня, а потом дальше издеваться над этим?»

«Не бывать этому!»

— Ошибаешься. Между нами полно искр! Целый

фейерверк

! — махнула рукой Гермиона.

      Длинные пальцы тут же сомкнулись на запястье руки, и её вмиг прижали к двери ванной комнаты.

      — Ты что-то путаешь. Это было со мной, — прошептал Малфой у самых губ.

«Боже! Этот запах… хвои»

.

      Голова закружилась, а глаза слизеринца прожигали насквозь. Одна рука Малфоя стащила с головы полотенце, и по плечам легли влажные пряди волос. Её взгляд скользнул к его губам. Лёгкая ухмылка.

«Беги! Гермиона, беги! Ты не сможешь. Ещё шаг. Ещё одно движение, и ты сдашься»

.

«Не могу! Мерлин, я не могу!»

— Я помню, какой ты была… — выдохнул Малфой.

      Сердце уже как ненормальное грохотало в груди. Она застыла. Вдыхая пьянящий аромат. Всё внутри сжималось.

«Как же я скучала по тебе»

.

«Как же сильно!»

«Борись, Грейнджер!»

— приказывал мозг.

      Но наперекор ему девушка прикрыла глаза и обречённо выдохнула. Секунда. Губы соприкоснулись. Мягко, но через мгновение настырнее.

«Боже! Спаси меня! Я снова падаю! Снова!»

Но тело не слушалось. Рука поднялась и зарылась в платиновые волосы. Рычание парня в поцелуй.

«Он же просто играет тобой! Грейнджер!»

— сознание кричало.

«Да. Да. Я знаю»

.

      Малфой притянул её ближе. И, отпустив запястье другой руки, положил её на свою шею. Она провела по ней ногтями. Шипение.

«Что ты творишь? Уходи! Оттолкни его!»

«Да. Да. Сейчас. Ещё немного и всё»

.

      Они тяжело дышали. Страсть распалялась, а поцелуи становились отчаяннее. Горячие губы спускались укусами по шее, оставляя засосы на плечах. Гермиона выгнулась навстречу и простонала.

«А как же все те года, что ты пыталась забыть его? А как же гордость? Сразу после этого ты отправишь её гореть от стыда!»

«Не могу. Я просто не могу остановиться. Лечу без тормозов»

.

      Малфой резко развернул её спиной. Полотенце упало на пол, оставляя девушку абсолютно голой, пока он рядом был полностью одет. Было в этом что-то безумно возбуждающее, что порвало самоконтроль на кусочки. Сознание улетело к чертям. Остались только два разгорячённых дыхания и эти прикосновения, что натягивали все ощущения, как струну. Грудь прижалась к двери, а губы Малфоя спускались по спине. Ниже. Ниже.

«Боже, я сдаюсь. Плевать, что будет после»

.

«Гермиона…»

— приглушённо и отдалённо послышался голос разума.

«

Плевать

! Молчи! Прошу, молчи! Я так скучала по нему. Пусть делает. Пусть снова уничтожит меня. Но я не могу. Просто не могу остановиться сейчас»

Последний поцелуй был у самой поясницы. Выдох.