Гранатовый сок - Дмитрий и Наталья Соколовы

Если бы я ещё немного подумал, то, возможно, сделал бы правильные выводы, но мне жутко, просто ужасно хотелось спать. Едва моя голова коснулась подушки, я, не успев даже накрыться одеялом, отключился.

* * *

Какой странный сон. Как он не похож на все остальные…

Кажется, я в открытом космосе. Повсюду звёзды, всё такое яркое‑яркое, но мой кристалл меня не слепит. Словно у меня нет кристалла, а в груди, как когда‑то раньше, бьётся человеческое сердце. Я уже и отвык от его ударов, а это, оказывается, так приятно – чувствовать себя живым.

Я лечу на космическом корабле. Лечу долго – не одну и не две сотни световых лет. Возможно, моё путешествие бесконечно, и не было у него никогда начала, а значит не будет и конца.

Я поочерёдно спускаюсь на каждую планету, облетаю её всю вокруг. Вижу сотни живых существ – людей, вампиров, оборотней, гуманоидов, гномов и всяких разношёрстных фантастических тварей и птиц. Как одинокий исследователь, я фотографирую их, а потом, снова взлетев в космос, тщательно ранжирую фотографии по различным папкам на своём ноутбуке, пока космический звездолёт несёт меня к очередной планете. Каждая из многочисленных папок подписана. Благодаря этим подписям я знаю, что побывал уже в системах Сириуса, Бетельгейзе, Веги, Альдебарана, Антареса – облетел каждый закуток, но так и не нашёл там ту, кого ищу…

Её нигде нет. Ни на земном шаре, ни за его пределами. Как же такое могло случиться?! Когда я успел потерять её?

– Стелла! – иногда я, забывшись, кричу в чёрную вакуумную пустоту, но звёздное пространство поглощает мой крик, и даже сам я не слышу своего голоса. – Света! Светочка!.. Василёк!.. Где ты? Куда ты пропала? Мне так тебя не хватает!..

Мою душу охватывает отчаяние. Когда‑то она пугала меня до жути, едва войдя в мой сон. Но как?.. Чёрт возьми, как ей удалось, просто исчезнув, сделать этот кошмар самым страшным из всех?!

– Пожалуйста, не оставляй меня!.. – откидываю ноутбук в сторону, и он со звоном разбивается. Сейчас я готов отдать всё за то, чтобы снова увидеть её. Я даже согласен проститься со своей жизнью, пусть только она придёт! Пусть утопит меня, разрубит на части, сожжёт – только бы она была рядом! Только бы отозвалась!..

Время течёт как разлитое молоко, когда я плыву по млечному пути. За бортом мелькают, ослепляя меня, световые года. И один тягостнее другого. Всё чернее становится разрастающееся, пожирающее меня одиночество.

Нет, не дождётся меня Альфа Центавра. Не увижу я Денеб. Не суждено мне исследовать Альтаир. Больше я не выдержу.

Отключив все системы безопасности, я спускаю трап – прямо в открытом космосе – и его ступени ведут меня в бесконечную темноту. Туда, где нет воздуха, нет света, нет жизни… Сердце, больно стуча, вырывается из моей груди.

Громко пищит монитор дыхания, но мне на него плевать. Не надо останавливать меня. Пусть лучше я умру. В конце концов, возможно, я заслуживаю смерти…

Глава 43. Священная охота

После обеда, в 15:00, колонна служебных «уралов» и «камазов» с прожекторами на крышах не спеша двинулась в сторону Москвы. Сколько их здесь было штук? Даже не знаю, стоя вдоль дороги, они уходили за горизонт, и сосчитать их мне не удалось. Однако масштабы операции впечатлили. Похоже, смоленские охотники настроились серьёзно и решительно.

Перед выездом меня экипировали: выдали военную форму, сапоги, ремень и кожаные перчатки без пальцев. Форма мне досталась чёрная. Видимо, так тут было заведено: обычные рядовые из седьмого отдела носили пятнистую камуфляжную одежду, а ребята из секретного шестого – однотонную чёрную.

По дороге мужчины, сидевшие со мной в «гелике», постоянно поддерживали связь со штабом – получали и передавали какую‑то информацию. Один грозный дядька из шестого отдела не расставался с телефоном, поставленным на громкую связь, два других нервно втыкали в планшет и ноутбук. Только Олег за рулём был невозмутим и сконцентрирован на дороге. Тот, который переговаривался по телефону, держа его как рацию, время от времени спрашивал про некую синхронизацию, и чем ближе мы были к месту назначения, тем чаще его волновал этот вопрос. Я невольно вспомнил красную мигающую надпись над саркофагом. Интересно, с чем они все постоянно синхронизируются?.. Сотрудник на том конце провода постоянно называл разные цифры в процентах. Сначала чаще всего звучало то семьдесят, то восемьдесят с чем‑то процентов, и это явно было предметом для волнения. Когда процент возрастал, ребята в машине успокаивались и некоторое время ничем больше не интересовались. Уже при подъезде к Москве, на хорошей дороге, когда нас, наконец, перестало трясти, синхронизация выросла аж до 98%, и мужчина с рацией, как мне показалось, даже облегчённо вытер пот со лба.

Потом они, наконец, вспомнили про меня.

– Гриша, – обратился ко мне один из них, отложив планшет, – вы стрелять умеете? Любите?

– Не то чтобы люблю, – расплывчато ответил я, – но в последний раз, когда я пробовал, у меня получилось очень даже неплохо.

– Сегодня пойдёте с нами?

– Да, конечно.

– Ну, тогда держите. Это ваше, – охотник достал откуда‑то из‑под сидения небольшой пластиковый контейнер. Сняв крышку, я увидел внутри