Общие вопросы этнографии русского народа. Традиция. Этнос. Религия - Олег Викторович Кириченко

своем выступлении в Изборске Н. А. Нарочницкая обозначила в качестве главной проблемы «угрозу раздробленности, угрозу распада страны, которая является в первую очередь проблемой русского народа»[782]. В целом же спектр выступлений участников клуба достаточно однороден, сталинизм как тема нигде не присутствует, даже у космистов и евразийцев, речь идет о конкретном направлении действий в современной России. Сегодня «Изборский клуб» действует как противовес либеральному «Валдайскому клубу», собираясь гораздо чаще последнего, территориально меняя дискуссионные площадки и объединяя более широкий спектр специалистов разного профиля. Чрезвычайно важен его губернаторский уровень общения, позволяющий зафиксировать общественное существование патритического, русского поля на этом государственном уровне. В работе Клуба принимают участие не только патриотические либеральные силы, к каковым мы относим единомышленников А. Проханова, но и православные консерваторы, такие как архимандрит Тихон (Шевкунов) и Н. А. Нарочницкая. У Клуба, безусловно, есть возможность стать объединительным и координирующим интеллектуальным центром для всех русских патриотических сил, но пока в нем слишком сильны и серьезны позиции космистов и евразийцев, слишком неопределенно выглядит общая платформа и слишком велика опасность превращения этого общественного объединения в кузницу псевдоимперских идей, реанимирующих советскую эпоху в какой‐то ее ипостаси.

Православные сталинисты

Свое пристрастие к Сталину сегодня выражает и часть русских православных патриотов. Они компактно представлены в интернете на Русской народной линии (гл. редактор А. Д. Степанов), где есть и отдельный форум, и тема эта одна из основных, сквозных для линии. Первое, что бросается в глаза: у каждого православного апологета Сталина — свой исторический «Сталин». В одном случае — это гений политики, в другом — нравственно безупречный «Марк Аврелий», великий книгочей и мыслитель, полководец и т. д. Авторы отстаивают каждый свою правду об историческом Сталине. И всех их волнует: будет ли исторический Сталин претворен в символический образ, основополагающий для современной России. В общем‐то Сталин, как миф, как творец народной империи, сегодня главный защитник России и русских от либерализма. Это — главное у православных сталинистов.

В этой группе защитников Сталина нет серьезных историков, полемика с противниками сталинизма ведется на публицистическом, нередко эмоциональном уровне, с обращением к фактам, которые должны объяснить причины Победы СССР в Великой Отечественной войне и отразить вершины наших достижений в области промышленной и научно‐технической. Цена Победы и цена достижений авторов не интересует. Звучат обиды: «Но почему мы, православные христиане, жестоко осуждаем человека, крещенного в Православной вере, которого никогда не видели, с которым в одно время не жили, о котором наслышаны только из источников явно антирусских, антиправославных и тенденциозных?» Аргументы в пользу Сталина у автора стандартные для православного сталиниста: «А ведь заключительная часть жизни раба Божьего Иосифа вполне отвечала требованиям самодержца Всероссийского: устранение от власти вплоть до физического уничтожения предательской „ленинской гвардии“ революционеров, добившейся поражения нашей Родины в Первой мировой войне и залившей кровью Россию в развязанной ими же войне Гражданской; восстановление расчлененной и „обрубленной“ территории Российской Империи и присоединение древнерусских Галичины и Закарпатья; коллективизация сельского хозяйства и за 10 лет создание, практически из ничего, практически на пустом месте мощнейшей современной промышленности; подготовка новой народной интеллигенции и офицерского корпуса взамен изгнанных или уничтоженных большевиками во время Гражданской войны; создание могучей Рабоче‐Крестьянской Красной Армии, разгромившей НАТО того времени — объединенную Гитлером Европу, а после и Японию; возврат к вековым русским традициям и в армии, и в литературе, и в искусстве, и в образовании; вывод Советского Союза из политической изоляции и вхождение в мировое сообщество в качестве одного из его руководителей; возобновление Патриаршества на Руси и прекращение гонений на Церковь»[783]. Такие суждения построены на контрасте ленинского и сталинского периодов, построенном на сознательном или неосознанном отрицании самого активного участия Сталина в ленинском периоде, в революции и Гражданской войне. В перечне достижений Сталина автор также абстрагируется от конкретики индустриализации и коллективизации. Е. Алтухов, очевидно, не в курсе и того, насколько серьезным и глубоким было «возвращение к вековым русским традициям». Всё и вся оправдывают «победы Сталина»: в войне, в коллективизации, индустриализации, в мировой политике. Рисуется благостная картина о «спасителе Отечества», без каких‐либо критических заметок по поводу этих побед.

К. Душенов в статье о Сталине‐мифе[784], тем не менее, почти ничего не говорит о содержании мифа, но приводит некоторые редкие данные об историческом Сталине, чтобы показать, что это был оригинально думающий, умный человек. Сама постановка вопроса о Сталине осуществляется автором жестко и провокационно. Сталин — тиран, деспот, язычник, но он строитель государства, какого еще не было на земле. Этим Россия была поднята на небывалую высоту. «Сталин — помазанник Божий», хоть и без церковного таинства помазания. Поражает череда парадоксальных утверждений: «Сталин был деспот, да, но он был ближе к Богу». «Сталин с внешней стороны атеист, но на самом деле он верующий человек». И К. Душенов, как православный патриот, склоняется перед величием «Сталина — избранника Божия». Автор забывает сказать там, где уместно это сделать, что ценою этого избранничества было опустошение русского народа, расхищение и умаление Божьей Церкви и надругательство над православной верой и верующими в стране. Правда, в другом месте К. Душенов пишет, что революция была карой за грехи русского народа, но Сталин в самый тяжелый момент спасает государство и строит более великую империю, чем была. В пафосной форме автор провозглашает еще одну антиномию: «Утвердивший свою власть на гекатомбах русских трупов, бестрепетно заливший русской кровью остолбеневшую от ужаса Европу… и… и… И спасший русское сердце от вражьего плена, вернувший ему жажду всемирного служения, возвративший Кремлю его мессианскую волю и стать». И главный вывод: Сталин как миф учит русских, как надо бороться и как надо побеждать. Вот зачем сегодня нужен России Сталин. Этот миф отделит в России зерна от плевел, отделит овец от козлищ в православном мире России, словом, везде наведет порядок. Нужно поставить в Кремле памятник Сталину и всем русским проникаться его волей к победе, его умением работать, его способностью побеждать. При этом автор не боится говорить, что Сталин не испытывал любви к русскому народу, он лишь использовал его, когда это было нужно. И все равно православный автор кланяется ему. В этой публикации поражает напор, пафос, уверенность, что Сталина‐миф можно отделить от исторического Сталина, уверенность, что добро и зло могут сосуществовать. Однако как православного человека К. Душенова не может не мучить проблема «двух Сталинов», доброго и злого. Но риск, как считает он, оправдан, другого пути у России — нет. В целом же, оценивая позицию данного автора, следует заметить, что он стремится поэтическими, а не аналитическими