Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Идите! Я догоню!

Князь одарил его слабой улыбкой и приказал солдатам отходить. Спустя несколько мгновений стена опустела. Стало необычно тихо. Поглядев на четвёрку гномов, Феликс осознал, что в этот момент он, должно быть, единственный представитель рода человеческого на стенах Праага. Он гадал, сколько времени потребуется зверолюдам и дикарям, чтобы начать подъём по лестницам, очевидно, не так уж и много.

Чего они ждут? Откуда у него это ощущение неотвратимой угрозы? Посмотрев по сторонам, он ничего не заметил, а затем краем глаза уловил что — то массивное, летящее к ним по воздуху. Нет, не к ним, а туда, где недавно находился князь со своими людьми. Инженер какого — то из требушетов наконец рассчитал дистанцию.

Феликс вздрогнул, когда огромный камень начал опускаться на них. Снаряд врезался в укрепление едва ли в дюжине шагов от Готрека, разметав в стороны снег и осколки разбитой каменной кладки. Когда место столкновения прояснилось, Феликс увидел лежащего Истребителя, возле головы которого снег окрасился кровью. Топор выпал из его разжавшейся руки. Бросив взгляд на остальных истребителей, Феликс увидел, что они потрясены, равно как и он сам. Возможно, все они разделяли некую тайную веру в непобедимость Готрека. Было видно, что они шокированы.

«Проклятие, — подумал он, — это же один из самых глупых и крайне недостойных способов умереть».

Серый провидец Танкуоль уставился в красное небо. Он почувствовал, как где — то впереди, не столь уж и далеко, высвобождаются огромные магические силы. Сколько бы энергии не собрали с Пустошей Хаоса, теперь она растрачивалась с невероятной быстротой. Он притянул к себе немного, решив не дать ей ускользнуть полностью, и использовал, чтобы послать своё сознание перед армией. Ещё никогда это не было настолько легко. Словно его дух был подхвачен потоками энергии и увлечён к водовороту, в который они засасывались.

Танкуоль был очарован и потрясён тем, что открылось его взору. Он видел могучую армию Хаоса, штурмующую стены Праага. Он видел, как катятся вперёд огромные башни, преисполненные демонической силой. У их колёс Танкуоль видел множество воинов. Если бы в сей момент он находился в своём физическом теле — выпрыснул бы мускус страха. Танкуоль всегда полагал, что соединённые орды сообщества скавенов, несомненно, должны представлять самую многочисленную армию мира, однако теперь он не был столь уверен. Орда Хаоса выросла с того момента, как он повстречал её на марше по тундре северного Кислева, и стала ещё мощнее.

Серый провидец хотел отправить свой дух воспарить над городом, дабы разведать, что происходит внутри, но лишь только тот достиг стен, некая таинственная сила, причинив боль, отбросила его. Защитные чары, разумеется. Возможно, это к лучшему. Будет лучшим направить свой дух парить на большей высоте, за пределами возможностей обнаружения магов, присутствие которых Танкуоль ощущал внизу. Двое из них обладали такой силой, что привела в замешательство даже серого провидца Танкуоля. Никогда в жизни, даже в зале Совета Тринадцати, он не встречал столь мощных аур. Танкуоль был вынужден признать, что наряду с ним самим те два находящиеся внизу существа — самые могущественные маги мира. Ужасающая мысль. Гораздо более ужасающая теперь, когда он опознал их. Это были близнецы — альбиносы, которых он встречал в лагере Арека Коготь Демона.

Танкуоль постарался утешиться мыслью, что они сильнее его в магии лишь потому, что пронизаны энергией, притянутой из демонических земель севера, но почему — то мысль сия его не обнадёжила. По — прежнему страшно признать тот факт, что существуют два создания, способных быть проводниками такой энергии, что под стать божествам. Танкуоль был уверен, что даже ему не под силу повторить сей подвиг. Он уже было собрался вернуться в свою телесную оболочку, чтобы исключить всякую возможность обнаружения этими магами, но что — то его удержало.

Для его острого магического чутья было очевидным: осуществляемое заклинание столь сильно и сложно, что всё их внимание должно быть поглощено этим процессом. Танкуоль окинул взором поле боя и подсчитал количество появившихся демонов. Впечатляет. Он не поверил бы, что подобное возможно столь далеко к югу от Пустошей. Как видно, он заблуждался. Ужас пронял его до потрохов. Вот угроза всему сообществу скавенов, а возможно, даже благополучию и планам на будущее самого серого провидца Танкуоля. Любой ценой нужно как — то разобраться с этим. И лучше бы чужими руками.

Он заметил, что начался массированный штурм, и в нём взяло верх природное скавенское любопытство. Для него казался невозможным исход, при котором люди на стенах не ударятся в паническое бегство при виде могучих осадных машин и окружающих их орд людей, демонов и чудовищ. И снова у него возникла привычная мысль, что непроходимой глупости безволосых обезьян нет предела. С огромным изумлением он следил, как люди умудрились огнём катапульты замедлить и уничтожить одну из массивных демонических конструкций, а затем, с куда большим изумлением увидел, как другая была уничтожена заклятием развоплощения. Но ещё сильнее Танкуоля встревожило то, что он опознал магический почерк волшебника, который это сделал. Он противостоял тому волшебнику в двух сражениях у обиталища конных солдат. Похоже, с тех пор силы мага даже возросли. Как такое возможно, в чём его секрет? Танкуоль заставил дух свой воспарить ещё выше. Обнаружилась ещё одна персона, избегать которую следует любой ценой.

Танкуоль удовольствовался наблюдением за главным событием с высоты птичьего полёта. Находясь почти у нижней границы облаков, он смог получить широкий обзор тактических действий армии Хаоса. Большая часть войск Хаоса была сосредоточена для лобовой атаки на северные ворота, украшенные гаргульями, но отдельные значительные силы штурмовали восточные и западные ворота. Столь велика была численность орды, что стало возможным осуществить все эти атаки, выстроившись изогнутым полумесяцем, по — прежнему превосходя защитников числом на каждой позиции. «Тактика массированной атаки подходит и для любой армии скавенов», — подумал Танкуоль.

Он наблюдал, как человечишки внизу гибнут, подобно муравьям. Что никак его не трогало. Он скавен, и смерть представителей низших рас ничего для него не значит. По правде говоря, равно как и смерть большинства скавенов. Единственной эмоцией, которую вызывала у него чья — либо смерть, было ощущение победы, если это происходило с кем — нибудь из его заклятых врагов. Яростный бой развивался. Боевые машины обменивались выстрелами. Стрелы заслоняли небеса. В схватку вступили демоны. Танкуоль с изумлением следил за происходящим, когда произошло нечто непредвиденное.