Очищение нации. Насильственные перемещения населения и этнические чистки в Румынии в период диктатуры Иона Антонеску (1940–1944) - Владимир Анатольевич Солонарь

326

ANI, Fond Sabin Manuilă, X/136, ff. 20–21. Документ задумывался как меморандум, направленный Министерству экономики.

327

См. его исследование от 15 мая 1940 г. в: ANI, Fond Sabin Manuilă, XII/178/1940.

328

Ibid., XII/195, f. 7.

329

Ibid., XII/204/1940, ff. 1–5. Цитата с f. 1.

330

Buletin eugenic și biolopolitic, 12, nr. 1–4 (1941), pp. 1–4.

331

ANI, Fond Sabin Manuilă, XII/213/1941, f. 2.

332

Ibid., f. 1.

333

ANI, Fond Sabin Manuilă, XII/195/1940, f. 2.

334

«Упущенный исторический момент» – так выразился С. Мануилэ по поводу обмена весной 1941 г. При этом С. Мануилэ имел в виду, что первоначально этот обмен задумывался как полное «очищение» Румынии от всех этнических болгар и замена их «румынами по крови» из Болгарии, но эта цель не была достигнута. См.: ANI, Fond Sabin Manuilă, XII/213/1941, f. 1. Выражение «румыны по крови» (români de sânge) было использовано румынским статистиком в августе 1940 г. в одной из его работ, озаглавленной „Politica de populație”. См.: ibid., XII/195/1940, f. 6.

335

См.: Manoilescu, Dictatul de la Viena, pp. 136–137.

336

См.: AMAE, E.9/71, vol. 235, f. 32.

337

Как язвительно отметили болгары, даже используемое румынами название провинции – Кадрилатер – происходит из геометрии, что указывает на отсутствие какой-либо эмоциональной привязанности к региону в коллективной румынской ментальности. См.: Alexandru Cretzianu, Relapse into Bondage: Political Memoirs of a Romanian Diplomat, 1918–1947, ed. Sherman David Specter (Iași: Center for Romanian Studies, 1998), p. 202. (Собственно, «четырехугольником» в XIX в. называлась система османских крепостей, прикрывавших путь на Балканы со стороны Добруджи. «Углы» этого четырехугольника составляли крепости Силистрия (Силистра), Варна, Шумла (Шумен) и Рущук (Русе). Часть этой территории в 1913 г. вошла в румынский Кадрилатер. – Прим. ред.).

338

Manoilescu, DHctatul de la Viena, pp. 164–171.

339

Hudița, Jurnal politic, [1939], p. 50; [1940], pp. 253, 279.

340

См.: Manoilescu, Dictatul de la Viena, pp. 171–174; Carol al II-lea, Între datorie și pasiune, vol. 1, pp. 338, 430, 433; vol. 2, pp. 65–66, 94, 101, 212; Cretzianu, Relapse into Bondage, pp. 130, 162–163; Hudița, Jurnal politic, [1939], pp. 50, 81. По поводу британской точки зрения на возможный возврат Кадрилатера Болгарии см. британские документы ноября 1938 – октября 1939 г. в: Петър Тодоров, Косо Пенчиков, Марин Цуцов, Стела Изворска, Антонина Кузманова (ред.), Извори за историята на Добруджа 1919–1941, т. 2 (София: Издателство на Българската академия на науките, 1993), с. 354–355, 358, 364–368. О позиции Франции, также благоприятной для Болгарии, см. письменный отчет болгарского посла во Франции Н. Балабанова о состоявшейся 1 мая 1940 г. беседе с генеральным секретарем французского министерства иностранных дел в: ibid., pp. 381–382.

341

См.: Cretzianu, Relapse into Bondage, p. 203.

342

См. ноту Риббентропа германскому послу в Бухаресте Вильгельму Фабрициусу от 4 сентября 1940 г., в которой тот сообщал о решении Гитлера и требовал немедленного подписания договора, в: Тодоров и др. (ред.), Извори за историята на Добруджа 1919–1941, т. 2, с. 400–401.

343

Текст договора см.: MO (Partea I), nr. 212 (1940) (цитата из ст. 1, § 1). Болгарскую версию см.: Тодоров и др. (ред.), Извори за историята на Добруджа 1919–1941, т. 2, с. 402–404. О румынской инициативе по введению данного положения см: Cretzianu, Relapse into Bondage, p. 210.

344

Ясное заявление в этом смысле от 29 мая 1942 г. со стороны Михая Антонеску, на тот момент второго лица в правительстве Иона Антонеску, министра-госсекретаря, см.: ANI, PCM-CM, 515/1942, f. 16.

345

См.: Cretzianu, Relapse into Bondage, p. 204. В своих послевоенных мемуарах А. Крецяну, к выгоде для себя, забыл отметить этот факт.

346

См. оценки Субсекретариата по колонизации эвакуированного населения при румынском правительстве от конца декабря 1940 г.: PCM-CM, 31/1940, f. 7; Общи резултати от преброяване на населението в Царство България на 31 декември 1926 год, т. 1 (София: Държавна печатница, 1931), р. 16. При проведении болгарской переписи 1926 г. 83746 человек назвали своим родным языком румынский (материн язик – рум. limba mamei) (ibid., p. 190). Болгарская перепись 1934 г. не включала вопроса об этническом происхождении (народност), а только о местном обиходном языке (говорим язик). На этот раз 16405 человек указали в качестве разговорного румынский язык. См.: Преброяване на населението на 31 декември 1934: общи резултати, т. 1 (София: Главна дирекция на статистиката, 1938), p. 22. Статья в болгарском журнале «Мир» от 14 августа 1940 г. указывала цифру в 55 276 этнических румын, плюс неустановленное количество арумын. Статья ссылалась на болгарскую перепись, не указывая никаких деталей. Мне не удалось установить, о какой переписи идет речь. См.: AMAE, E. 9, problema 71, vol. 235, pp. 63–68.

347

Ibid., vol. 234, pp. 160 и, соответственно, 212–214.

348

См.: телеграммы В. Кэдере от 8 и 14 августа 1940 г.: ibid., pp. 27–34, 159–170.

349

Ibid., vol. 235, f. 126.

350

О беженцах из Болгарии после Первой мировой войны и обмене населением с Грецией см.: Даниел Вачков, „Проблемът на българските бежанци пред обществото на народите (1923–1925 г.)”, Македонски Преглед, 21, № 3 (1998), с. 21–40; Elzbieta Znamierowska-Rakk, „Proces debulgarizacji Tracji Zahodniej po I wojne swiatowej”, Dzieje Najnowsze, 19, nr. 3 (1987), pp. 3-22; Стайко Трифонов, „Судбата на българите в Тракия (1919–1925)”, Известия на Института за история, 25 (1981), pp. 195229.

351

AMAE, E.9/71, vol. 235, pp. 118, 140–141, 166; ibid., vol. 236, pp. 25–28.

352

См. телеграмму А. Крецяну по поводу