Вторая попытка - Екатерина Тильман

Евгений почувствовал, что его представления о жизни скоро подвергнутся серьезному испытанию — и не скрывая досады, проворчал:

— А вот и не захотел бы! Особенно, если бы был болен какой-нибудь особо заразной формой чумы…

— Э, нет! — подняла руку Юля. — Все равно захотел бы, пусть в глубине души. Но ведь Сэм ни о чем не просил тебя, не так ли?

— Какого черта он не обратится в СБ? — неожиданно взвился Евгений. Вместо того, чтобы рассчитывать на дилетантскую помощь или бездарно ждать смерти!

Юля едва заметно усмехнулась, потом быстро поднялась и пододвинула Евгению телефонный аппарат.

— Зачем это? — он недоуменно поднял голову.

— Позвони сам. Кому хочешь, тебе виднее! Расскажи про Сэма. Так, мол, и так, есть глупый эспер, впутался в скверную историю, спасите-помогите… Ну, что же ты? Какая разница, кто это сделает? Сэм тебе потом только спасибо скажет!..

Евгений почувствовал непреодолимое желание швырнуть в стену ни в чем неповинный аппарат. Что ждет Сэма, если СБ узнает о его способностях? Участь "особо опасного" подопытного кролика? Жизнь под постоянным наблюдением, без надежды когда-либо обрести свободу? Слишком большая цена за спасение…

…Евгений сердито поднялся, пряча глаза от Юли.

— Черт бы тебя побрал, Жюли! Ну не знаю я, чем можно помочь ему, не знаю! Разве только…

— Что же?! — мгновенно среагировала та. — Ты что-то придумал?

— Как раз ничего особенного, очевидная мысль… Если от мафии нельзя уйти живым, можно попробовать уйти мертвым… Понимаешь?

— Инсценировать смерть? — быстро спросила Юля. — Правильно?

Евгений кивнул:

— Да. Так что мы можем подарить Сэму хотя бы эту несложную идею…

Поздней осенью темнеет рано — в десять часов уже пришлось включить фары. Знакомый горный пейзаж скрадывался темнотой, но Сэм хорошо помнил дорогу и знал, что уже близко то место.

Он усмехнулся, взглянув на перстень: ни проблеска, ни мерцания. Что ж, значит так оно и должно быть! Может, это и к лучшему… Судьба окажется справедливой, преступник будет наказан…

Наверное, он зря не послушался Евгения в ту памятную ночь своего бегства. Ведь не раз и не два Евгений доказывал, что ему можно верить! Но инерция оказалась сильнее, и вот теперь все возможные дороги словно слились в этом шоссе, с которого нет и не может быть выхода…

Впрочем, Евгений уверен, что выход есть всегда. Просто невероятный оптимист, черт бы его подрал… Раз из мафии нельзя уйти живым — надо «умереть»! И способ-то какой предложил: автокатастрофа, машина летит с обрыва, взрыв, огонь… Никто ничего не найдет, кроме номерного знака! И Сэм будет мертв для всех, а главное — для своих бывших «хозяев»…

…На самом же деле управление случайностями должно будет спасти Сэма, помочь ему выпасть из летящей в пропасть машины, не разбиться, не покалечиться… короче, так или иначе, но остаться в живых!

Сэм едва не расхохотался, выслушав этот план. Только страдающий наследственным оптимизмом в тяжелой форме мог предложить такое! Впрочем, Евгений, видимо, что-то чувствовал, потому что очень смущался, излагая свои соображения, и несколько раз повторил, что только Сэм может правильно оценить риск, и что только от него зависит — соглашаться или нет. Разумеется, Сэм принял план без возражений, хотя и был абсолютно уверен в его трагической развязке.

…Впрочем, теперь поздно о чем-либо сожалеть: вот она, финишная прямая! А в конце — поворот над крутым скалистым склоном, почти отвесным берегом реки метров сорок высотой. Поворот, в который уже не надо вписываться…

Последний раз — словно на взлетной полосе! Последний раз — можно не беречь машину! Последний раз — предельная скорость, чтобы с ходу пробить ограждение…

…Сэм не успел увидеть, как перед самым барьером его перстень вдруг ярко вспыхнул пронзительным фиолетовым цветом… Но что зажгло его прощальное вдохновение смерти? Или все же отчаянное и непреодолимое желание жить?..

"Вчера около одиннадцати часов вечера на восемьдесят седьмом шоссе произошла страшная автокатастрофа. На сложном горном участке в районе двадцать третьего километра автомобиль «Мерседес-31 °C» на большой скорости пробил ограждение и пролетел по воздуху около двадцати метров, после чего врезался в скалу и взорвался. Обрыв в этом месте настолько крутой, что прибывшим спасателям потребовалось почти два часа, чтобы спуститься к машине. Обломки автомобиля рассеялись по всему склону, а ее передняя часть рухнула в реку.

До сих пор неизвестно, кому принадлежала машина, и кто мог в ней находиться в момент катастрофы. Спасатели пока не нашли никаких тел, очевидно, они упали в реку вместе с передней частью машины. Не уцелели и номерные знаки. В настоящее время полиция пытаются установить принадлежность автомобиля по частично сохранившимся номерам кузовных деталей.

Полиция считает, что причиной катастрофы стало превышение скорости, которая на этом участке дороги ограничена сорока километрами в час. Данный участок считается одним из самых опасных на восемьдесят седьмом шоссе. Полиция призывает всех водителей быть предельно внимательными на горных дорогах, особенно в темное время суток.

Всех, кто может помочь установить личность владельца разбившегося «Мерседеса», просим как можно скорее обратиться в ближайший департамент дорожной полиции…"

Все освещение в вертолете Евгений перед уходом отключил. Луны не было, и тьма стояла кромешная — единственным источником света оставались дальние фонари на шоссе да фары редких машин.

Юля не боялась темноты, но одиночество в горах никому не добавляет уверенности! Ей казалось, что с тех пор, как ушел Евгений, прошло невероятно много времени, что случилось что-то страшное… Однако, до сих пор она еще не слышала ничего необычного…

В отличие от Сэма, Юля верила в успех их жутковатого предприятия. Смерть можно обмануть только смертельным риском, так говорила еще Тонечка. То, что придумал Евгений было красиво, а Сэм — что бы он там не думал в минуты душевного расстройства — очень хотел жить! Примерно так Юля и сказала Евгению, когда он советовался с ней. Но то, что она сказала тогда, почти забылось теперь, перед лицом темноты и неизвестности…

…Гул взрыва показался каким-то нереальным. Он прокатился над горами, словно разбуженное невпопад эхо. Юля стремительно вскочила вертолет слегка покачнулся — и испуганно замерла, приходя в себя и вспоминая инструкции Евгения.

"Сосчитать до трехсот и включить фонарик!" "Если собьешься, — добавил еще Евгений, слегка издеваясь, — то начни с начала, но считай до ста восьмидесяти!" Как это ни смешно, но последняя инструкция пригодилась — от волнения Юля сбилась-таки!