Грозовые Земли - Джон Робертс

Позже вечером, когда костры уже догорали и большинство людей заснули, завернувшись в покрывала, Гейл направился к источнику, чтобы наконец смыть с себя дорожную грязь и пот.

Затем он вылез из воды и подошел к статуе, но неожиданно резко отвернулся, намотал набедренную повязку, взял копье и направился к выходу из пещеры. Удивленный охранник уступил ему дорогу. Он знал, что королю лучше не задавать лишних вопросов.

Ночной воздух холодил кожу, однако Гейл привык к суровым зимам в холмистых землях, где обитали матва. Здесь он чувствовал себя как в детстве на родном острове. Король прогуливался около получаса, стремясь уйти подальше от спящих людей и животных.

Это удовольствие редко выпадало ему в последние годы: он никогда не оставался в одиночестве. Отойдя достаточно далеко, он остановился и раскрыл свой разум и душу окружающему миру. При этом он принял привычную для пастухов позу аиста — уперся пяткой согнутой ноги в колено другой, опираясь на копье. Шессины часами могли неподвижно простаивать в таком положении.

Со временем к Гейлу пришло ощущение, что поблизости находятся какие-то создания. На равнинах, в горах или на родном острове с ним не раз бывало нечто подобное, но здесь все казалось иным — в пустыне животных вообще было немного, а в это время года большая их часть затаилась в спячке. Кроме того, многие попрятались, почуяв приближение множества людей и животных. Внезапно он ощутил какой-то сигнал, идущий с юго-востока. Он был довольно слабым, но все же обеспокоил его. Гейл не мог понять, животное это или человек. Король редко мог воспринимать импульсы, исходящие от людей, и только в том случае, если те принадлежали к примитивным народам, по сравнению с которыми даже матва и эмси можно было считать достигшими вершин цивилизации.

Гейл уже двинулся было в ту сторону, но затем остановился: существо, привлекшее его внимание, оказалось намного дальше, чем он предполагал. Он хотел взглянуть на него, но понимал, что это будет неразумно. Со вздохом король повернулся и пошел обратно к пещере.

Вернувшись в лагерь, король вошел в шатер. При его появлении несколько командиров пробудились от сна.

— На юго-востоке я обнаружил что-то непонятное, но оно слишком далеко. Завтра вышлем туда разведку, — устало сказал он и улегся в дальнем углу шатра, завернувшись в покрывало.

Командиры знали, что король, в отличие от других людей, способен чувствовать то, на что остальные даже не обратят внимания. Если он говорит, что ощутил присутствие чего-то чуждого, значит, так оно и есть. Именно по этой причине многие племена, ранее враждовавшие между собой, согласились подчиняться ему. Гейл обладал невероятной внутренней силой. У людей этих племен не было богов, но они верили в различных духов, а Гейл умел общаться с ними.

Наутро король выслал разведчиков на юго-восток и поручил им разузнать что-либо о непонятном явлении. Для этого он отобрал самых надежных людей. В полдень несколько разведчиков возвратились и доложили, что ничего не смогли обнаружить. Это обеспокоило Гейла, поскольку он и сейчас ясно ощущал присутствие каких-то живых существ на расстоянии не более лиги отсюда. Возможно, те за ночь переместились с юго-востока в другом направлении, но королю трудно было это определить в окружении своих воинов.

Днем всадники отдыхали, чистили и штопали одежду, чинили упряжь и приводили в порядок кабо. Они расчесывали их блестящие гривы, полировали на рога, обновляли рисунки, нанесенные на головы и тела животных, которые должны были защитить кабо от злых духов.

Воины собирались перекусить, как вдруг послышались крики. Люди тотчас схватились за оружие.

— Разведчики возвращаются! — раздался голос часового.

— Откуда? — спросил Гейл.

— С юго-востока.

— Десятники! — окликнул Гейл. — Соберите людей, постройтесь и приготовьтесь выступать. А командиры пусть подойдут ко мне.

В лагере началась суматоха. Юный воин подвел к Гейлу кабо, и король тотчас вскочил в седло. Его лук был наготове, в колчане поблескивала оперением сотня стрел, к передней луке седла был приторочен длинный меч. Гейл медленно направил своего кабо сквозь густую растительность. За ним последовали его командиры.

— Они вон за той вершиной, мой король! — доложил дозорный. — Я видел их, когда они были на гребне горы. Затем они спустились в ущелье.

— Сколько их? — спросил Гейл.

— Около полусотни, мой король. И они передвигаются на…

— На чем?

— Смотрите! — закричал один из командиров, указывая в сторону ущелья.

Оттуда выехала группа всадников в свободных развевающихся одеждах, с длинными копьями в руках. Они миновали небольшую возвышенность и сейчас оказались в двух сотнях шагов от людей Гейла. Но самым удивительным было не это: животные, на спинах которых сидели неизвестные всадники, оказались двуногими!

— Что это за твари? — спросил изумленный Йокайм. — Птицы-убийцы? Грязевики?

Птицы-убийцы считались самыми жестокими хищниками Равнинных Земель. Их дальние сородичи грязевики питались только травой.

— Такой породы я еще не видел, — сказал Гейл. — И никогда не слышал о людях, разъезжающих верхом на птицах.

Как зачарованный, он взирал на приближающихся всадников. Их фигуры было трудно разглядеть под просторными одеяниями защитных тусклых цветов. Когда они подъехали ближе, Гейл заметил, что они прикрывают лица полой одежды. Оперение птиц тоже не выделялось на фоне пустыни. Их головы покачивались на длинных шеях, на лапы были украшены длинными когтями. Очевидно, эти создания могли бегать очень быстро.

Всадники приблизились на сотню шагов и остановились одновременно, будто по команде. Вперед выехал всадник на чернокрылой птице.

— Я лично поговорю с ним, — сказал Гейл. — Двигайтесь за мной, но остановитесь чуть поодаль. Не стоит пока его пугать.

Приближенные Гейла последовали за королем, стараясь не делать резких движений, однако держа наготове копья и луки. Гейл знал, что если их попытаются атаковать, то его воины уничтожат и птиц, и людей за считанные секунды, поэтому он мог чувствовать себя в безопасности. Эти люди, без сомнения, никогда не видели ни копий, ни больших луков.

— Стойте! — приказал Гейл, когда они подъехали на тридцать шагов к всаднику на черной птице.

Его спутники придержали кабо, и дальше он двинулся один, пока не приблизился к незнакомцу на расстояние около трех шагов. Кабо двуногая тварь явно не пришлась по душе, но скакун не испугался. Всадник на птице застыл, как изваяние, опираясь на тонкое длинное копье. Он произнес несколько непонятных слов, затем повторил их еще раз, значительно медленнее, и тогда Гейл распознал одно из южных наречий, на котором мог достаточно свободно изъясняться.