Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

— Мантиллион, ты считаешь, что я уже слишком стар? Это так? Я все еще в расцвете сил и не готов исполнять какую-то легкую работу на Гоноруме и разливать суп новичкам.

— Только ты можешь так разговаривать со мной, Волдон.

— Я это заслужил, Мантиллион. Долгие годы я помогал тебе, а в ответ получаю это бесчестье.

— Ты долго и упорно сражался и вправе нанести на кожу новое прекрасное полотно. Отдохни, пусть кто-нибудь другой займет твое место. Еще будет множество битв, в которых ты сможешь участвовать, — сказал Гальт.

Волдон схватил бывшего ученика за плечо и развернул к себе лицом. Глаза сержанта сузились, вглядываясь в лицо Гальта.

— В чем дело, владыка капитан? Я знаю тебя с тех пор, как ты был мальчиком. Ты что-то скрываешь от меня.

Гальт отвел взгляд, затем вновь посмотрел на Волдона.

— Голос выдает меня.

Волдон улыбнулся.

— Так было всегда. Ты хороший стратег, но до того как ты будешь готов к трону магистра ордена, тебе еще много предстоит узнать о дипломатии.

Гальт кивнул. Он колебался, перед тем как снова заговорить.

— Я пытался не обесчестить тебя, а спасти, задержав здесь, наставник.

Волдон насмешливо взглянул на него и сильнее сжал РУКУ-

— Продолжай.

— Когда мне наносили на плоть последнюю картину, я отправился в Тень Новум. Там меня встретил один из духов мертвых.

— Как и должно быть. Какой мудростью он поделился? Она касалась меня?

Гальт задумался, не солгать ли, но это было не в традициях Новадесанта. Ложь была бы предательством.

— Нет, брат.

— Ну, так что же? — Волдон убрал руку.

— Это был ты.

Волдон сложил руки на груди и посмотрел в пол.

— Понимаю.

— Капеллан Одон сказал, что нет ничего необычного в том, чтобы видеть духи живых, потому что Тень — место, лишенное времени, и там обретаются все, кто служил и будет служить нашему ордену.

— Парень, это мне известно. Так же как и то, что значат такие видения. Значит, ты пытаешься обмануть судьбу? — лицо Волдона было суровым, — такая самоуверенность не пристала человеку твоего положения.

— Я хотел лишь защитить тебя.

— Как? Ослушавшись воли самого Императора? Глупости, — сержант указал пальцем на левую сторону груди Гальта, где располагалось его человеческое сердце: — Принимать решения, основываясь на этом, — опасно. Там лежит искушение. Разве я не повторял тебе этого множество раз?

— Повторял, брат Волдон.

— Здесь, — сержант указал на лоб Гальта. — Здесь твой настоящий голос. Скажи мне, что он говорит?

— Он говорит, что ты самый опытный ветеран в ордене, когда речь идет о зачистке скитальцев. Не взять тебя с собой было бы поспешным решением, которое оскорбило бы твою гордость и клятву, которую мы все дали, — Гальт улыбнулся. — Также он говорит мне, что тебе давно следовало стать капитаном.

Волдон рассмеялся.

— Ха! Я лучше служу там, где я есть, Мантиллион. Если бы я был капитаном, как бы я нашел время, чтобы развеять твои заблуждения? Итак, когда мы выдвигаемся, я тебя спрашиваю?

Гальт передал по воксу новые распоряжения. Затем он сел на скамью собора с человеком, которого считал отцом, и помолился с ним в последний раз.

«Благословенен Бог-Машина и созданное им», — подумал Плоск, когда еще один шаттл, полный технологических сокровищ, взлетел со скитальца и направился на «Экскомментум инкурсус». Магос вновь повернулся к инфопланшету, встроенному в когитационный комплекс контрольного ландо. Плоск внимательно вглядывался в показания, все еще опасаясь, что ошибся. Затем на графике, который двигался в верхнем секторе экрана, появился скачок, наполнивший магоса радостью. Именно этот показатель он искал.

Он улыбнулся.

— Магос Нуминистон, оно там. О, именем Омниссии, оно там!

Нуминистон вглядывался в экран. Энергетическое поле, которое защищало ландо, несколько раз вспыхнуло над их головами. В него врезались микрометеоры. Мусор, который появился после бомбардировки Адептус Астартес, притягивало обратно к скитальцу. В затылок Нуминистона был вставлен кабель, соединяющий его с когитационными машинами ландо. Магос находился в контакте с духом машины и изучал данные, проверяя полученную информацию.

— Сигналы слабые, но они, безусловно, есть. Прекрасно сработано, лорд-магос эксплоратор.

Мясистое лицо Плоска расплылось в широкой самодовольной улыбке. Поверхность скитальца вокруг ландо отражала яростный сине-белый свет Джорсо. Вокруг транспорта стоял кордон скитариев с корабля магоса. Плоск не хотел использовать их: они были слишком ценным ресурсом. Зачем тратить своих людей, когда у него под рукой четыре сотни космодесантников, подходящих для битвы? Но атака генокрадов на поверхность вывела его из равновесия, и Плоск обратился к собственным ресурсам. Он был скупцом в отношении информации и материалов, но не дураком.

— Адепты звезд уже знают об этом?

— Еще нет. Конечно, скоро это произойдет. Но нет нужды посвящать их заранее. Кто знает, какие шпионы и доносчики есть в их рядах? Все, что нужно, — чтобы один из технодесантников обратился к конкурирующему с нами храму. Или чтобы один из их неподкупных слуг оказался вовсе не таким уж неподкупным. И тогда моя находка сразу же будет оспорена.

— Сокровище нашел ты, владыка.

Нуминистон сомневался в правоте Плоска. Технодесантники Астартес готовились вместе и были верны исключительно ордену. Они проводили на Марсе не так много времени и не были достаточно глубоко посвящены во внутренние тайны, чтобы ввязываться в политику разных фракций Механикус. Нуминистон не говорил этого вслух. Осторожность Плоска граничила с паранойей, но в целом сослужила ему хорошую службу.

— Да, да, да, — Плоск взмахнул рукой. — Но дело не в этом, не так ли? Событие такой важности привлечет адептов Бога-Машины со всей Галактики. Они слетятся как мухи. А если так, то я потеряю преимущество. Половина захочет уничтожить судно, как только узнает, что у него на борту. Нет, сокровище необходимо доставить на Марс под моим командованием. Только так я смогу получить выгоду от находки. Если я потеряю исключительное право, то что я скажу своим покровителям? Никто не хочет злить Верховных лордов, Нуминистон.

— Гарм мертв.

— Мертвые опасней всего, мой дорогой друг.

— Когда ты скажешь лидеру десантников об угрозе?

— В подходящий момент. Если вообще скажу. Я всерьез сомневаюсь, что у него хватит ума, чтобы понять, что мы нашли. Его приводят в трепет разговоры о данных СШК, которые мы можем обнаружить. Пусть будет так, пусть он не подозревает о трудностях, которые нас ждут. Насколько мы знаем, корабль безвреден. Капитану Галь- ту не обязательно говорить, что есть и другая возможность. Это дела, связанные с технологиями, и пусть ими займутся те, кто хорошо их понимает. Теперь, когда космодесантники зачистили большую часть скитальца от генокрадов, мы можем заняться тем, что охраняет ядро СШК, если его вообще что-то охраняет, — беззаботно сказал он. — Но сначала нам нужно заполучить его, а корабль уже готовится исчезнуть, если показания верны. Это и впрямь причиняет мне беспокойство, — Магос постучал пальцами по экрану инфопланшета. — Что ж, ничего не поделаешь. Мы справлялись и с большими трудностями, чтобы получить меньшие сокровища.

— Они идут, — сказал Нуминистон. Звезда в небе становилась все ярче и больше и в конце концов оказалась «Громовым ястребом» Новадесанта.

Плоск раздраженно поджал губы:

— Капитан Новадесанта, Гальт. Он, конечно же, настаивает на том, чтобы пойти с нами. Понадеемся, что он не создаст нам помех.

Корабль один раз облетел вокруг механикусов, вызывающе демонстрируя свою силу, затем приземлился, подняв облако пыли.

Штурмовая рампа откинулась вниз. Как и ожидал Плоск, первым показался капитан Гальт. Магос слегка расстроился, когда за Новадесантником вышел реклюзиарх Кровопийц Мазраэль, но это было почти предсказуемо. Оба были облачены в терминаторскую броню. За ними следовало полное отделение в синих и костяных цветах Новадесанта, затем четыре терминатора в красной броне Кровопийц. С обычной для него надменностью Плоск открыл инфосвязь с когитационными машинами доспехов. Их истории проигрывались в разуме магоса вместе с проблесками пикт-потоков и боевых данных.

Последними шли Волдон, Астомар, Милитор, Эске- рион и Галлион от Новадесанта и Тараэль, Сандамаэль, Метрион и Курзон от Кровопийц. Тараэль был вооружен молниевыми когтями, Астомар — тяжелой огнеметной системой, сержанты и Гальт несли силовые мечи и штурм- болтеры, а остальные — штурмболтеры и силовые кулаки. Вооружение десантников не так заботило Плоска, как ауспики Курзона и Милитора. Но магос был расчетлив и понадеялся, что к тому времени, как сенсории космодесантников расскажут им о природе сокровища в глубине, будет уже слишком поздно.