Забудь его забудь - Ирмина Изфри

мужчина. — Джули, сними линзы, я хочу увидеть твои глаза, — резко поменял тему, продолжая большим пальцем поглаживать её подбородок.

— Что ты сделал??? — страх за дорогого человека взорвался бурей эмоций. Вырваться, прибить этого гада, все что ей сейчас хотелось. Изо всех сил дернулась, но только сделала хуже, мужские пальцы еще крепче сжались на подбородке, и вторая рука пригвоздила ее к стене. Джулиана в ловушке. — Ты бил его????? — хотелось разорвать его в клочья от возмущения — ты ударил Василия???!!!! — руки хаотично забили по захватчику, она не видела не понимала куда попадала, билась пока ладони не начали гореть от сильных ударов.

— Ну все, все, успокойся — после очередного громкого шлепка Алекс обхватил ее за запястья, завел их ей за спину, впечатывая грудью в свой торс. — Все с ним в порядке. — Тяжелое дыхание Волка сводило с ума, этот хриплый голос наждачкой проходился по нервным окончаниям. — Горячая моя амазонка, — усмехнулся, прижимая к ее щеке влажные губы, — заступается за своего мужчину. Я бы тоже хотел, чтобы ты за меня беспокоилась. — Его нос прошелся по мочке уха, заскользил вверх по виску, ноздри жадно захватывали ее запах, возбуждая и посылая стрелы желания в пах. — Моя девочка — шепчет Алекс, сжимая ее в объятиях. — Если б ты знала, как я хочу, чтобы ты была моей, — сиплый голос будоражит, простреливая диким возбуждением.

«Джулиана, ты ненормальная!» — кричит что есть силы внутренний голос. «Тебя взяли в заложники, закрыли непонятно где. Заманивают, соблазняют, а ты ведешься. Еще немного и останешься без трусиков! Возьми себя в руки, верни самообладание!» — голос разума так и не достучался до блондинки, его приглушал манящий, завораживающий тон мягкого баритона.

— Ты сегодня такая сексуальная, даже слишком, я видел похотливые взгляды мужиков в зале. А Величанский так вообще раздевал глазами, ему тоже досталось.

Что? Он что там всех перебил? Как его охрана не выставила из заведения? Мелькнула здравая мысль и снова ее накрыло от того, что губы Волкова оказались на ее губах. Все, вулкан проснулся, раскаленная магма полилась по венам.

Алекс рывком стянул лиф платья оголив ее полные груди с набухшими, возбужденными сосками, смял их двумя руками, и со стоном, как оголодавший младенец губами обхватил сосок. Потом жадно с бешеным взглядом перекинулся на другой, и так по очереди, словно не знал, какой вкуснее. Джулиану размазало, она словно клякса расплылась на поверхности, мозги отключились, сейчас главное было унять возбуждение, получить удовольствие, выплеснуть всю страсть, накопившуюся в ней.

А Алекс уже закатывал подол шикарного платья ей на талию, стягивал по дрожащим ножкам трусики. Сил нет сопротивляться, это сильнее ее, Джули как под наркозом, в глубоком трансе, видит все со стороны.

Сквозь прикрытые ресницы наблюдает как Волков расстёгивает ширинку, его тоже трясет, он даже не стал снимать штаны. Вот он, его член — оружие, сокрушающее Глезер, каменный, толстый, красивый. Она в предвкушении облизывает губы, и ее подкидывают вверх, обхватывая бедра, ноги разводят шире, и заполняют одним резким движением. Сладостный стон разнесся по помещению.

— Моя — член вышел из нее, захотелось плакать. Джулиана захныкала, подавая бедра вперед, зазывая вернуть фаллос обратно. — Моя — рычание Волка рядом с губами, он прекрасно понимает, что ей надо, и толкается внутрь медленно, миллиметр за миллиметром дразня, усиливая желание блондинки. От такого издевательства ее порвет на лоскуточки.

— Быстрее — начинает молить Волкова о пощаде, бедра женщины нервно подергиваются — Алекс. Пожалуйста быстрее, — обхватывает руками его спину и заставляет двигаться.

— Жадная, похотливая сучка — прорычал Алекс и сделал так, как его просили. Увеличивая скорость движений, резко задвигал бедрами, каждый раз вдалбливая Джулиану в стенку.

Стоны, прерывистое дыхание, пошлые хлюпающие звуки наполнили подсобку. Джули уже не ощущает дискомфорт от соприкосновений с бетонной поверхностью, внизу живота расползается томление, разогревается медовая карамель, а Алекс все долбит и долбит, без остановки, еще немного и пробьет её телом дыру в стене. Глезер близка к оргазму, стенки влагалища ожили, затрепетали, глаза закатываются, и она взрывается, видя перед глазами миллионы разноцветных искр. Находит силы приоткрыть веки и любуется, как Волков сжав зубы таранит ее тело, на одном дыхании делает несколько быстрых проникновений, резко входит и останавливается, хрипит, его бьет в конвульсиях удовольствия, и он еще сильнее натягивает ее бедра на себя. Джулиана цепляется за плечи Волкова, так хорошо, легко, хочется еще повторить, но партнер без сил. Блондинка довольно улыбается опускает взгляд на место соединения их тел и вся эйфория испаряется, накрывая женщину холодной волной.

Что Волков себе позволяет? Что за запредельная наглость???? Они снова не воспользовались средствами защиты, а он еще взял и выплеснул сперму в нее!!!!!

— Что ты наделал? С ума сошел???? — вернулось желание поколотить этого великовозрастного придурка.

— Я тебя пометил — усмехнулся Алекс продолжая стоять между ее ног, держа за задницу.

— Отпусти гад — заерзала в его руках, и Алекс, продолжая лыбиться, аккуратно поставил ее ноги на пол. — Мерзавец — еле сдержалась, чтобы не въехать по морде, хотелось быстрее избавиться от этой мерзкой вязкой жидкости на бедрах, спрятать следы их вакханалии.

Рядом на полочке нашлись салфетки она вытирала остатки совокупления и лихорадочно вспоминала, где рядом с их домом находится аптека. Срочно принять таблетку, еще одного ребенка от Волкова ей не надо.

— Джулиана — позвал ее Алекс, когда застегнул штаны, и расправил пиджак. — Джули посмотри на меня. — Он развернул ее к себе. Подтянул все еще спущенный лиф платья вверх, аккуратно поместил в нем ее полушария. Глезер послушно подняла на него взгляд — Я отдам тебе компанию, сам, только будь со мной?

Голос предательски пропал, огромный острый комок резал глотку изнутри, Джулиана закусила губы, чтобы не разрыдаться. Поздно, она хотела этого, но тогда, шестнадцать лет назад. Быть с ним — все, о чем она мечтала. А компания его ей не нужна, ей нужен, вот этот, страдающий Волков, с растерянными глазами полными боли. Наслаждаться его метаниями, наблюдать, как корчится в агонии, как его ломает то того, что не в состоянии что-либо исправить.

— Пошел к черту — только и смогла выдать ему. Хотелось исчезнуть, переместиться подальше от этого мужчины.

Заметалась по каморке, нашла дверь, обхватила металлическую ручку,