'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Потому что Ардан им так приказал, – нетерпеливо сказал Лун. – Он мертв, а мы не сможем сразиться со всеми земными обитателями в этом городе. Если они подумают, что мы хотим перебить их, то они объединятся против нас.

– А еще потому, что я так сказала, – прибавила Нефрита и отвесила Дрейфу подзатыльник. Она явно была не в настроении выслушивать возражения. Она кивнула Луну, и он вместе с Вьюном толкнул панель, отодвинул ее в сторону, впуская в проход яркий свет из коридора, и первым вышел в него.

Лун набрал полную грудь воздуха, чуть пронизанного смрадом левиафана. После подземья и погребального храма он был рад полированным полам и ярким паровым лампам.

Он вывел остальных из-под лестницы в главный зал. Теперь тот казался еще просторнее – гигантского обитателя вод здесь больше не было, и державшие его цепи висели пустыми. Дверь наружу была закрыта и заперта на засов, но стражников было не видно и не слышно. Большинство из них, если не все, скорее всего, пошли за Арданом. Выжившие, вероятно, отправятся искать себе новый заработок и не вернутся сюда.

– Кажется, тут пусто, – приглушенно сказал Раскол. – Но слуги все еще должны быть в башне.

Лун принюхался. Он уловил лишь запахи разложения с верхнего уровня выставочного зала и остаточную вонь от гигантского обитателя вод.

– Кто-то же должен был открыть Ардану двери, когда он и остальные вернулись бы.

Нефрита приказала:

– Обыщите здесь все, выгоните оставшихся приспешников Ардана и найдите пленников.

Нефрита и Звон остались стеречь Цветику и семя, Утес – охранять дверь наружу, а остальные разошлись, чтобы обыскать башню этаж за этажом.

Лун поднялся по ступеням, открывая каждую дверь, к которой подходил, и ломая при необходимости замки. Вьюн нашел первого перепуганного слугу, и раксура быстро организовались так, чтобы земные обитатели сбегали от них на лестницу, где их ждали Песня и Корень, гнавшие их до самого низа; а уже там Утес следил, чтобы они покинули башню. Они не наткнулись ни на кого вооруженного – должно быть, Ардан взял с собой в храм всех стражников.

Все раксура были голодны и валились с ног от усталости. Молодые воины с трудом поспевали за старшими, и Карсис пришлось буксировать Эсома за собой по лестнице. На третьем этаже над выставочными залами они прошли фойе с работающим фонтаном. Лун шагнул в него и, сунув голову под струи, стоял ровно столько, чтобы смыть с чешуи остатки запаха левиафана. Так он хотя бы немного освежился. Лун уже давно не спал и не ел ничего сытного, и не знал, долго ли еще он и остальные смогут так держаться.

Они прочесывали верхние этажи башни, где находились гостиные, и проверяли комнаты слуг рядом со второй кухней, когда Елея наткнулась на крепко запертую дверь, которая, похоже, вела в отдельное крыло этажа. Они выломали дверь и обнаружили за ней коридор с дверьми, в точности как в гостевых покоях, – только над этими дверьми не было отверстий, впускавших свет и воздух, и на всех снаружи висел замок.

– Они могут быть здесь, – выдохнул Эсом. Он подбежал к первой двери и заколотил по ней, крича: – Негал? Орлис?

Карсис бросилась к другой стороне коридора и стала колотить в каждую дверь. На середине коридора кто-то что-то неразборчиво прокричал изнутри комнаты и постучал в ответ.

– Это они! – Карсис завозилась с замком, и Эсом подбежал к ней.

Елея посмотрела на Луна, дождалась его кивка, а затем подошла, чтобы помочь. Она сорвала замок с ручки и рывком распахнула дверь.

Негал вышел оттуда первым и остановился, потрясенный. Он перевел взгляд с Эсома на Елею, затем на Луна, а затем за них, на Вьюна, выглянувшего из фойе. Орлис и еще шестеро мужчин столпились у него за спиной. Все они были той же расы, что и Негал, с темными волосами и коричневой кожей, одетые в поношенную одежду, и выглядели худыми и изнуренными, как и всякое земное создание, давно не бывавшее на солнце и свежем воздухе. Облегченно улыбнувшись, Негал сказал Эсому:

– Я так понимаю, ситуация резко изменилась?

Эсом объяснил:

– Ардан мертв, а мы заключили союз с ними. – Он махнул рукой в сторону Луна и остальных. – Впрочем, большая часть этого острова, наверное, хочет нас убить…

Карсис воскликнула:

– Но мы живы и наконец свободны! – От переизбытка чувств она обняла Негала, и Лун с Елеей поспешно ретировались в фойе.

– Останься и приглядывай за ними, – сказал Лун Елее на языке раксура, чтобы избежать неловкости. – Убедись, что остальные настроены к нам так же дружелюбно, как Карсис и Эсом. И проследи, чтобы Раскол к ним не приближался.

Елея понимающе кивнула и посмотрела на земных обитателей.

– Хорошо. Раскола в особенности не подпущу.

Лун оставил ее с земными обитателями, забрал Вьюна и продолжил поиски.

На лестнице двумя этажами выше они снова столкнулись с Флорой и Песней.

– Я нашла земных обитателей, прятавшихся в этих комнатах, – сказала Флора. – Женщина и несколько земных малышей. Малыши заверещали, когда увидели меня. Когда я перевоплотилась, они лишь заверещали еще громче. – Со смущенным видом она признала: – Это немного обидно. Я больше не хочу их пугать.

Она, Песня и Вьюн в ожидании уставились на Луна. Песня ободряюще сказала:

– Ты ведь знаешь, как говорить с земными обитателями.

Лун вздохнул. Воины и воительницы были бесплодны и почти не знали, как обращаться с детьми. Они лишь изредка играли с ними и возвращали учителям, стоило малышам устать или проголодаться.

– Ждите здесь. И отойдите подальше от двери.

Лун вошел в фойе. Из стен выступали резные статуи, но они отличались от тех, что Лун уже видел в башне: статуи изображали женщин, изящно закутанных в струящиеся ткани и, в отличие от мужских изваяний, чуть улыбавшихся. Лун принял земной облик, пошатнулся и чуть не упал на колени. Каждый порез и ушиб, каждая уставшая и потянутая мышца разом стали болеть в сотню раз сильнее. Он застонал, с трудом выпрямился и вошел в покои.

Они были обставлены даже богаче, чем другие личные комнаты, которые видел Лун: на полу лежали толстые ковры, а на стенах висели тяжелые гобелены, украшенные орнаментами мягких цветов. Изящная резная деревянная мебель была инкрустирована полированным перламутром, а паровые лампы были выкованы в виде вычурных рыб и морских птиц. Здесь пахло духами, которыми пользовались местные богачи, приторными псевдоцветочными ароматами, смешавшимися с терпким душком страха.

Лун услышал приглушенный плач, пошел на него и, миновав комнаты, оказался в спальне. На