Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

восьми. Торговец начал накладывать соты, нарезая их ножом, потом они немного поспорили, о том, что мёд в сотах и чистый мёд несколько отличаются по весу.

Торговец досадливо крякнул, и с уважением посмотрев на Сергея, добавил ещё один ломоть сотового мёда. Наполнив сшитую из коры коробочку, он закрыл её крышечкой и, перевязав веревкой, с поклоном отдал её Никитину. Никитин уже хотел уходить, но внезапно увидел в одном из корыт фиолетовую массу.

— А это что такое, тоже мёд?

— Да это тоже мёд. — подтвердил торговец. — Только это не от пчёл. Этот мёд приносят такие небольшие маленькие мотыльки.

Торговец ложкой зачерпнул фиолетовую массу и дал ему попробовать Никитин слегка капнул себе на руку и попробовал. Это действительно сильно напоминало мёд, но с очень сильным привкусом ванили.

— Да забавно, но это не для всех.

— Точно! — согласился с ним торговец.

Никитин кивнул ему на прощание и направился к выходу, коробка мешала ему нести посох и он, не долго думая, отдал её Грате.

Отойдя немного от дома, он не вытерпел, вытащил из коробки большой кусок, и разломил его на две части. Одну часть он сунул в рот Граты, который она с большой готовностью открыла, её руки были заняты коробочкой, другую часть положил в рот себе.

— Эх, хорошо! — вслух сказал.

Грата невнятным урчанием подтвердила его слова. После такого куска мёда жизнь показалась ему намного веселее.

— Как хорошо! — думал он, неторопливо пережёвывая воск, — А то у меня уже совсем мозги без глюкозы засыхать начали.

Так блаженствую, и потихоньку поедая соты, они весело пошли дальше. Сергей кормил Грату из своих рук, против чего она не возражала, процесс поглощения сладкого настолько их захватил, что они едва не прошли лавку оружейника. Только стук молота по наковальне заставил его вспомнить, куда они шли.

— Это здесь? — Сергей вопросительно кивнул на дом, откуда доносились эти звуки.

Девочка кивнула головой и невнятным мычанием подтвердила, что они пришли. Её рот к этому времени был полностью забит воском, который она с упоением жевала. Никитин выплюнул воск и, наскоро обтерев руки измазанные мёдом о траву, вошёл в оружейную лавку.

Грата попыталась пройти за ним, но торговец так на неё взглянул, что она попятилась назад на крыльцо. Никитин хмыкнул, здесь, так же как и в его деревне, похоже, не любили когда женщина, находится рядом с оружием, тем более касалась его. Воины боялись, что если женщина прикоснется к оружию, то оно может подвести своего хозяина в битве, так считали в деревне. Эти же суеверия видимо разделяли и горожане.

Оружейник мрачно на него поглядывал недовольный, что он притащил в его лавку женщину и не хотел, начинать разговор первым, демонстрируя, таким образом, своё недовольство. Никитин, в свою очередь не торопясь, начал рассматривать образцы оружия, но ничего особенного для себя не увидел. Наконец он, обернувшись к мрачно глядевшему на него торговцу, и приветливо улыбнувшись, сказал:

— Я хотел бы продать кое какой товар.

— Показывай! — гулко бухнул тот, после недолгого раздумья.

Никитин развязал свой мешок и начал вытаскивать свой арсенал. Торговец долго разглядывал трофейные ножи и оружие из клада, сжимая и разгибая клинки своими могучими с многочисленными ожогами руками.

— Значит, так. — вынес он свой вердикт. — За эти — он небрежно сдвинул в сторону два ножа отобранных им у бандитов — по десять золотых.

Нож лесного разбойника он оценил в тридцать золотых, за всё оружие из клада он был согласен выложить двести тридцать монет.

Никитин не стал особо торговаться. После совершения сделки торговец заметно подобрел к нему. Он отсчитал Сергею два больших толстых куска рубленной золотой проволоки — по мере золота каждая и добавил кучу мелких золотых. Куски золота он при нем, взвесил при нём на весах-коромысле, показав ему в качестве противовеса свинцовую болванку с выдавленным на ней знаком. Здешний эталон веса.

Правда, в конце купец попытался немного схитрить и вместо восьмидесяти монет попытался ему всучить семьдесят восемь, но Сергей быстро раскусил его и он с кислой миной добавил ещё две монеты. Никитину пришлось освобождать ещё один внутренний карман для денег.

— Если так пойдет и дальше то мне скоро, деньги в землю в пору самому зарывать — уныло подумал он.

Золото слишком много весило и носить его на себе было тяжело, с другой стороны не оставлять же его в гостинице! Кто здесь станет слушать пришлого подростка о том, что его ограбили в гостинице?

— Что-нибудь купить хочешь, парень? — спросил оружейник.

— Да хотелось бы, что-нибудь, ну легкий доспех с бронзовыми бляхами.

Оружейник замотал головой.

— Нет, такого не продаём, делаем только на заказ.

— И сколько стоит.

— Не меньше десяти мер и то тот только грудь защищает! Спереди. — ошарашил его торговец.

— А ты что думал, — заметил он его удивление, — знаешь, сколько бронзовых пластин на это уйдет? Да из такого количества металла пару-тройку хороших топоров можно сработать, да и работа здесь кропотливая, одна подгонка доспеха чего стоит. Мне за пять лет только три таких заказа и досталось, — добавил он.

Никитин, перекладывая свои вещи и засовывая золото в карман, неосторожно приподнял полу куртки, и глаза торговца впились в его кинжал.

— Ооо, какая вещь! — протянул он. — Дай посмотреть.

Никитин вытащил кинжал из ножен и отдал торговцу, тот долго его гнул и так и эдак. Потом уважительно сказал.

— Банская ковка, у нас они редко встречаются, очень хорошая бронза. Вот смотри, — он показал у основания рукоятки — где поперёк была проведена еле заметная волнистая линия. Хорошая вещь, я могу дать тебе за этот кинжал три меры.

Никитин пожал плечами:

— Хорошее оружие стоит дороже денег.

Торговцу видимо очень хотел заполучить эту вещь, и он продолжил торг.

— Четыре меры — предложил он.

— Нет.

Глаза торговца начали загораться опасным огнём, он явно не хотел отдавать кинжал обратно. Тем более, что перед ним был не взрослый человек а мальчишка. Никитин это почувствовал и, взглянув ему в глаза, четко произнес:

— Я не хочу продавать его, — произнося эти слова, он использовал мощный энергетический посыл в соответствующую чакру.

Глаза торговца безвольно потухли, и он вяло протянул ему кинжал обратно. Мальчишка вышедший в это время из глубины дома и слышавший их торг, с удивлением уставился на своего хозяина, видимо не ожидал, что тот так просто отступится от своего.

Никитин поклонился и, торопливо распрощавшись, вышел на крыльцо.

— Ну что пойдём домой? А то уже скоро смеркаться начнет — Грата сидела на крыльце и болтала ногами