История средних веков - Николай Алексеевич Осокин

занять и французский престол. Но это ему не удалось. Всесильное духовенство было на стороне его старшего брата Генриха, который женился на дочери нашего Ярослава. При нем упомянутый нами бургундский летописец Рауль Глабер (1050) записал подробности общественных бедствий, постигших тогдашнюю Францию. Редко несчастья губили какую-либо страну так сильно, как Францию в XI в. Страшный голод начался еще в 1027 г.; даже о насилиях баронов не было слышно при этом всеобщем бедствии. Люди ели траву, всякую падаль, даже человеческое мясо. Ловили путешественников, убивали и тут же жарили. Гостеприимство стали немыслимо при таких условиях. Вкус к человеческому мясу так развился, что его употребляли даже после, когда без него можно было обойтись и когда голод стал уменьшаться. Палач в Турнэ, продававший человеческое мясо, был пойман с поличным. Дело дошло до того, что жизнь животных стала безопаснее, чем жизнь человека. Когда человеческое мясо стали продавать на рынке, продавцов сжигали, но любители тайком добывали трупы и продавали. Три года продолжался этот голод. Люди умирали массами, целыми селениями, а трупы их вместо кладбища зарывали в большие ямы, человек по пятьсот или шестьсот. Этот голод был одной из существенных причин благодетельного учреждения «Божьего мира» (Pax Dei), или точнее «перемирия» (Treuga Dei). Этот союз, как мы уже говорили, был составлен по инициативе духовенства против насилия феодальных разбойников[188]. В самом деле, тогда не было другой власти, кроме духовной. Королевская власть была ничтожна, она не простиралась дальше феода. Чем дальше отстояли от короля известные области, тем незначительнее была в них его законная власть. Даже ближайшие феодалы часто игнорировали короля.

Филипп I (1060–1108). У Капетингов того времени, как у Генриха I и его преемника, короля французского Филиппа I, не было даже стремления к усилению своей власти. Свои постановления Генрих и Филипп считали обязательными только для своих феодалов; дружинные сеймы каролингской эпохи давно вышли из употребления. Учреждения Карла Великого, гарантировавшие порядок, были разрушены, а ничего нового создано не было. Не только у отдельных сословий, но и в отдельных местах были особенные права и привилегии. Прежние писанные законы заменены новыми. Старая французская пословица говорит: «Что ни колокольня, то свой закон». Южные провинции Франции резко отличались от северных, а в последних не могли утвердиться действительные права Капетингов. Тому мешали сильные феодалы, как герцоги Нормандии и Бургундии, графы Фландрии, Шампани, Вермандуа, Анжу и др. Даже в собственном феоде король не мог безопасно ездить из одного города в другой. Между городами и землями короля возвышались гордые замки баронов Куси, Монфор, Монлери, Монморанси. То были бароны, стяжавшие себе громкие разбойничьи имена. Башня замка Куси, разрушенная в XIV в., видна до сих пор; она и теперь еще имеет двадцать пять сажен в вышину и сорок две в обхват. Ее владетель говорил: «Я ни Бог, ни король, ни князь, ни граф, а просто господин Куси». Когда владельцы приобрели права наследия, то им было нечего бояться короля. Теперь феодалы, ничего и никого не опасаясь, грабили даже владения самого короля. Средневековые летописи подробно передают насилия и своевольство феодалов; XI в. имел в этом отношении печальную славу. Например, барон Куси, Эбан, гордый своими походами на мавров, безнаказанно опустошал пределы Реймской епархии, опираясь на родственные связи с домами Шампани и Лотарингии.

Наконец, король вырастил сына, защитника своих интересов; это был Людовик, прозванный впоследствии Толстым. Первые Капетинги, как мы видели, были лишены воинственности; Людовик же с молодых лет обнаружил блестящую храбрость. Он первый из Капетингов обнажил меч в защиту порядка и прав короля. Средства у Людовика VI были невелики; он был окружен лишь сотней преданных рыцарей. Эти рыцари были связаны с ним узами теснейшей дружбы и были постоянными сотрудниками во всех его предприятиях. Он первый обнажил меч в защиту «порядка и мира». Когда Сугерий в главе 13 своей «Vita Ludovici Crossi» записал этот факт, то это значило, что династия Капетингов с этого времени вышла из векового униженного положения. Именем королевского величества Людовик первый стал требовать от вассалов строгого повиновения. Подобные выражения не встречались у его предшественников. Людовик пошел на грабителя и в два месяца разорил огнем и мечом земли барона Куси. Особенно много нужно было бороться с владетелем Монлери, Гвидоном Трусселем. Прежде он обирал путников и не позволял Капетингам проезжать через свои земли. Но после поражения ему пришлось выдать свою дочь за второго сына короля, Филиппа, а в приданое отдать свой замок. Но Людовик оставил приобретение за собой и обменялся с братом другими землями. Такой пункт нужно было держать под особенным надзором. Даже Филипп понимал значение этого замка. «Сын мой, — говорил умирающий Филипп Людовику VI, — береги хорошенько эту башню, которая причинила мне столько досады; я успел состариться, пока приобрел ее». Впрочем, Филипп был малоспособен к труду; он правил государством почти пятьдесят лет. В 1090 г. Филипп удалил свою жену Берту, чтобы вступить в брак с женой Фулька IV, графа Анжуйского, Бертрадой. Он увез ее от живого мужа и обвенчался. Духовенство не признало этого брака, хотя прежний муж не предъявлял претензий за похищение. Напротив, он приезжал ко двору и садился у ног королевы, а Филипп садился рядом с ней. Церковь настаивала на разводе, но Филипп продолжал эту связь. Бертрада ненавидела Филиппа; она пыталась отравить его, но неудачно. Людовик хотел отомстить Берт-раде, но отец помешал ему. Однако старик под конец жизни должен был принести покаяние перед папскими легатами. Это нисколько не помешало ему до последней минуты держать около себя Бертраду. После смерти Филиппа все управление легло на одного Людовика VI. Когда он вступил на престол в 1108 г., то внес в жизнь Франции новые идеи. С этого времени Капетинги начинают проявлять энергию и силу воли. Эти качества благотворно отозвались на дальнейшей судьбе Франции.

Датчане в Англии. В германской и французской истории мы дошли до начала XII в. К этому времени история и других стран получила такой же характер. Внутренний строй стал одинаковым для всех христианских стран, за исключением того, что на английский народ повлияло норманнское завоевание, а на христианскую Испанию мусульманское господство и то сопротивление, которое оно вызвало в христианах.

Сперва остановимся на Англии. Эта страна была раздираема враждой двух германских племен: саксов и скандинавов. Насильственное поселение скандинавов вызвало страшное сопротивление со стороны угнетенных англосаксов. Эта борьба кончилась изгнанием и разгромом датчан и торжеством угнетенной национальности (в 1041 г.). Но эти усилия англосаксов не дали им окончательного торжества, решительного успеха. Пленный пастух Годвин и его сын Гарольд, главные виновники освобождения англосаксов