Спасательный круг (СИ) - Гейман

Верховная долго разглядывала букет, трогала, нюхала. Было в нём что-то притягательное, особенно то, как Астарот явно заморачивался. Она случайно увидела, прикоснувшись к нежно-голубой ленте, которой растения были перевязаны, и перед ней предстала картина, которую демон случайно пропустил, накладывая заклинания на цветы. Стоит в расстёгнутой рубахе, чёрных брюках, рукава закатаны. Так много думает, изучает. Она не смогла увидеть много, но то, что удалось лицезреть, вызвало весёлый смех, граничащий с презрением. И почему мужчины вечно думают, что могут бесконечно обижать и изводить, а потом просто задаривать подарками, будто сердце от этого так и заживёт моментально?

Столько лилий. Солнце, нежность, счастье, красота, гармония, беспокойство. Такая гамма эмоций. Она не знала, но Астарот в последний момент испугался, подумав о том, что у них могут не совпасть трактовки, но похоже, девушка всё верно восприняла. Белая хризантема. Такую дарят, когда хотят искренне извиниться. Хорошо, плюс два балла к его карме за то, что не стал делать это своим поганым языком, за креатив. Да и отвлёк он её знатно, потому что смысл чёрной розы она понять не могла. Смерть, больше никакого значения. Да и спрятана глубже остальных. Что он хотел сказать? Теперь это выглядело, как откровенная издёвка: лилии перечислили то, что он в ней видел, а роза будто бы перечёркивает это всё. Словно он говорит: «Смотри, сколько всего хорошего я в тебе погубил». Стал бы Астарот так откровенно смеяться, зная, что это только усугубит положение? Вряд ли. Да и хризантема. Взяв её в расчёт, можно было истолковать: «Я всё это в тебе погубил, но я искренне раскаиваюсь». Чертовщина какая-то. На кой чёрт здесь эта роза? Впрочем, не важно. Букет и букет. Можно сделать вид, что она дурочка и просто порадоваться красоте цветов.

Делия явно сходила с ума. Она не восприняла подарок Астарота всерьёз, он даже разозлил её, в какой-то степени, но вот уже сутки женщина не могла выбросить из головы эту розу. Что это? Незакрытый гештальт? Да, верно. Она чувствовала себя глупой, за неимением альтернатив загналась из-за того, что не может разгадать загадку. Ведьма уже и так повертела, и эдак, но роза явно не вписывалась, только если демон не решил действительно злобно её подколоть. Корделия не хотела видеться с красноглазым, опасалась его поблизости, но и изводить себя тоже не могла.

Астарот вольготно развалился в кресле, закинув ноги на стол, вчитываясь в строчки понравившейся книги. Вдруг в кабинет неожиданно влетела Делия с одним лишь интереснейшим вопросом:

— Нет, ну вот зачем там эта роза?!

Он не сразу понял, о чём речь. Пару минут брюнет вглядывался в насупленное женское личико, вопросительно выгнув бровь. Потом до него дошло, и он заливисто расхохотался.

— Ты так долго думала об этом, Делия? — спросил мужчина, встав из-за стола, чтобы присесть на него и скрестить руки на груди. Чуть переживал. Нет, ну чудо просто. Разве можно ссориться с такой. — Я думал, ты умнее.

— А я думала, ты умеешь делать комплименты, но судя, как ты оцениваешь мой интеллект прямо сейчас, мне стоит уйти, — блондинка надулась и развернулась, выходя в длинный коридор. Астарот вышел следом и нагнал её, двигаясь рядом в неизвестном направлении.

— Делия, судя по твоим же словам, я, — он начал загибать пальцы, — мудак, скотина, ублюдок, выродок, сволочь… Ох, дальше не продолжаю, боюсь, замкнусь в себе, — он улыбнулся. — Так что вполне ожидаемо, что я не всегда думаю, прежде, чем что-то сказать. Ну прости. Я правда очень старался, когда составлял тебе такой подарок. Что тебя так смущает в нём? — даже держал дистанцию между ними, подавив желание положить руку ей на талию. Ему правда было важно, поняла ли она его посыл.

— Чёрная роза. Символ смерти. Что это значит, Астарот? — она внимательно на него посмотрела. — Ты насмехаешься надо мной?

— Да как тебе такое в голову могло прийти, птенчик? Ладно, стоп. Что ты думаешь насчёт лилий? Поняла их значение?

— Если я правильно поняла, — она как-то замялась. Вдруг неправильно. Не хотелось бы показаться дурой ещё раз. — То ты наделал мне кучу комплиментов.

— Верно. И между прочим, каждая из лилий ассоциируется у меня с тобой. Так что это не столько комплименты, сколько констатация фактов. — Ох, как же он был рад, что она наконец-то ведёт с ним полноценный диалог. Вот как заставить Верховную говорить, нужно просто её запутать. Он попытался накрутить её локон на палец, но она отшатнулась.

— Прекрати. А роза значит, что всё это, эти факты, ты во мне убил, получается…

— Нет, вовсе не так. Роза… С неё надо начинать. Она как огромное «но». То есть, что-то вроде: «Ты будто умерла, когда попала сюда, но». Но у тебя всё ещё сохранились те качества, которые обозначают лилии, а синяя говорит о том, что я честно хочу защитить это в тебе, сохранить.

Ведьма собрала всю картину воедино. Да, это было на него похоже, пытаться усидеть на двух стульях, что выражалось даже в букете. Теперь она могла уснуть с чистой совестью.

— Хорошо. Теперь поняла, благодарю. Всё, больше мне ничего не нужно, я пойду?

— Получила, что хотела и пошла? А ты всё-таки хитрая особа, Корделия, знаешь свою выгоду. К слову, я тебя очень хочу. Я пока пытаюсь держаться, но, кажется, приду через пару дней к тебе. И да, приходи на завтраки, пожалуйста. Хотя бы на них.

— Думаю, ты один осилишь завтрак, откажусь, — разумеется, она помрачнела. Предупредил, это так благородно. Впрочем, скандалить было опасно, да и не то чтобы сильно нужно. Она получила какую-никакую уверенность в завтрашнем дне с ним, этого достаточно. Делия хорошо усвоила урок: начнёт сильно выпендриваться — получит.

— Стерва, — рыкнул мужчина, пытаясь выглядеть злобно. На деле просто дурачился. Он тоже что-то вынес, пусть пока и не хотел следовать этому на сто процентов: будет сильно давить — не удостоится даже взгляда.

— А твой букет другое говорил, — ей нравилось выуживать моменты, когда она превосходила его в чём-либо. В ответ он лишь усмехнулся. Быстро учится. — И да, Астарот. Меня до сих пор тошнит от тебя, я не хочу дружить с тобой и что-то вроде того. Но букет мне действительно понравился. Спасибо.

* * *

Ещё неделя. Семь ночей прошло. Корделия каждую из них была уверена, что не будет искать с ним встречи, что это ей стоит обидеться. Но она так хотела поговорить, просто объясниться.