Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

выпиравший тупым углом пол тоннеля, образованный пересечением стен нижних лучей пятиконечной звезды. Столб света вырвал из темноты пробитый в стенке «луча» треугольной формы проход, который вывел разведчиков в небольшое помещение уже прямоугольной формы, занятое решетчатой конструкцией с пятью лепестками, покрытыми сетью стеклянных на вид прожилок.

Кроме сооружения в центре помещения у стены стоял похожий на гроб длинный ящик глубокого чёрного цвета, высотой в метр. В сечении он имел форму трапеции с выпуклой верхней стороной, из-за которой и напоминал гроб.

– Крышка? – постучал Редошкин по выпуклой стороне стволом карабина.

– Похоже.

– Откроем? Тут и ручки есть.

Действительно, крышка имела две отблёскивающие металлом ручки в форме английской буквы «S». Максим мимолётно подумал, что приспособлены эти ручки не для человеческих рук.

– Не стоит.

– Да брось, командир, этому бункеру тыщи лет, здесь ни химия не сохранилась, даже если была, ни электроника. Не откроется – ломать не станем.

– А если рванёт?

– Не рванёт, зуб даю.

Максим взялся за одну «букву S».

– Берись. На счёт три: раз, два, три!

Оба рванули ручки вверх и откинули довольно тяжёлую, килограммов под тридцать, крышку.

– Пся крев! – вырвалось у Редошкина.

Внутри лежал человек.

Конечно, при более тщательном осмотре в теле лежащего нашлось много отличий от человеческого, но первое впечатление было – одетый в подобие рыцарских лат человек!

Его рост достигал не меньше двух метров, ширина в плечах – около метра, талия отсутствовала, так как в этом месте тело трупа расширялось, распадаясь на две доли, будто позвоночник существа состоял из двух веток.

Уложенные вдоль тела руки трупа напоминали щупальца, не имеющие локтевых суставов, а то, что у человека являлось ладонью, описать одним словом было невозможно. Пальцы этой с позволения сказать «ладони», количеством семь или восемь, расходились веером, образующим очертания буквы «S», и стало понятно, почему ручки на крышке гроба тоже имели такую же форму.

Ноги существа, охваченные слоем металлических чешуй, походили на паровозные тяги и одновременно на двойные берцовые кости человеческих ног, увенчанные граблевидными ступнями.

А вот голова существа, вросшая в плечи, была почти человеческой, хотя пропорции лица больше соответствовали морде быка со множеством неаппетитных «хитиновых» выступов и щелей.

– Хищник… – пробормотал Редошкин.

Максим понял лейтенанта: тот имел в виду облик фантастического существа, созданный воображением художников американского фильма «Хищник». Пришла мысль: всё, что может вообразить человек, имеет во Вселенной воплощение.

– Закрываем.

Опустили крышку, породив гулкий лязг.

– Такое впечатление, что его положили в гроб вчера, – сказал Редошкин. – Бальзамировали, что ли?

– А ведь это и есть хозяин Крепости, – задумчиво сказал Максим. – Не будут же владельцы хоронить у себя чужаков?

– Наверно.

– В таком случае этот тип – один из Демонов Войны.

Редошкин оглянулся на ящик, поскрёб макушку.

– Точно! Я не сообразил сразу. Кстати, он не похож на инопланетянина-торговца, труп которого мы нашли в чёрном лесу. На аэробайках летали другие уроды – помесь кенгуру с кузнечиками.

Максим не стал возражать, он думал о том же.

Уселись на мотоцикл, направили луч фонаря в тоннель, уходящий, казалось, в бесконечность.

Максим увеличил скорость, повинуясь нетерпению и не желая застрять в начале пути на долгое время.

Тоннель по-прежнему тянулся стрелой вперёд, в невероятные дали, но уже через сотню метров впереди вдруг появился быстро приближавшийся световой луч, за ним – мчавшийся навстречу точно такой же воздушный мотоцикл, и майор едва успел затормозить перед столкновением, обнаружив, что тоннель впереди перегорожен зеркальной плитой!

Редошкин выругался.

– Вот собаки бешеные! Устроили аттракцион! Так же и полысеть недолго!

Максим слез с аппарата, с любопытством осмотрел препятствие, и в самом деле представлявшее собой идеальной чистоты зеркало.

– Всё-таки хозяева Крепости оставили защиту.

Он потрогал пальцем плиту, почуяв холод металла.

Редошкин тоже приложил к зеркалу ладонь.

– Стекло? Или композит?

– Скорее сталь.

– Хорошо отполирована. У меня осталась граната, рванём?

– Вряд ли такую плиту можно пробить гранатой.

– А «теннисным мячиком»?

– Жаль тратить без особой нужды.

– Давай попробуем бронебойным. – Редошкин взвесил в руке карабин.

– Сначала попробуем найти запорный механизм.

Максим приблизил лицо к зеркальной плите: показалось, что за ней что-то движется, – и в тот же момент плиту прочертили пять прямых линий – по числу углов коридора, сложились в пятиконечную звезду, и дольки этой звезды плавно разошлись в стороны, исчезая в стенах и открывая проход.

Напротив, буквально в трёх метрах, стоял человек в камуфляжном спецкостюме типа «хамелеон», но без шлема, и держал направленный навстречу гостям ствол карабина.

Редошкин, проявляя недюжинную реакцию, вскинул свой карабин.

Максим пригнул ствол к полу.

– Спокойно, Жора!

– Лопни мои глаза! – хрипло проговорил лейтенант. – Софа?! Живой!

– Он, – заулыбался Иосиф Матевосян, лейтенант из группы Максима, компьютерщик, электронщик, технарь и «хакер на все руки», как он сам себя называл.

Больше двух месяцев назад (в прошлой жизни, как любил повторять Редошкин) Матевосян (оперативный псевдоним Софа) входил в группу «Маугли» и участвовал в операции в африканском Баире по освобождению археологической экспедиции ЮНЕСКО, захваченной баирскими «повстанцами». Как и вся группа Максима, он попал под действие иномерианы и оказался в Большом Лесу. Максим после долгих поисков разбросанных по большой территории бойцов посчитал, что Матевосян погиб, как и Хасан Керзоев. Получается, Софа выжил! А главное – набрёл на гигантский провал-кратер, нашёл Крепость и расположился в ней как квартирант, сумев оживить кое-какие системы жизнеобеспечения сооружения.

– Чёрт кривоногий! – облапил его Редошкин.

– И я тебя люблю, рыжий, – ухмыльнулся небритый, черноволосый, черноглазый и на самом деле кривоногий армянин. – Думал, уже не увижу никого!

– Рассказывай, – потребовал лейтенант. – Как ты здесь оказался, как сумел пролезть в Крепость, ну и поподробней.

– Куда я пролез?

– Командир общается с Большим Лесом, который и назвал этот бункер Крепостью.

– Как это – общается с лесом? – вытаращился Матевосян.

– Потом всё объясним. Сначала ты, колись.

– Подожди, вас двое? Остальные где?

– Хасик погиб, его африканцы замочили.

– Это те, которые были в Баире? Они что, тоже здесь?

– Говорю же, позже всё расскажем. Мир нашёлся, он с нами, остался в лагере с вертолётчиками.

– А Чуб где?

– Ни малейшего понятия, наверно, бродит где-то. Нас разбросало друг от друга на сотни километров. Наших из группы трое, а всего шестнадцать человек.

– Шестнадцать?! – поразился Матевосян.

– Экипажи двух «вертушек», посланных за нами, и две группы – нашего полковника и генерала Плащинина. Ты со «шмелями» и летучими «крокодилами» не встречался?

– Не приходилось. Тут и крокодилы водятся?

– Из будущего, – усмехнулся Редошкин.

Матевосян посмотрел на него с сомнением.

– Это долгая история, – нетерпеливо сказал Максим. – Твоя очередь делиться инфой. Ты давно здесь?

– По моим раскладам, почти