Как исправлять ошибки (СИ) - Алексей Веселов

– Потом доворкуете, голубки! Пора бы тебе и честь знать, Шимми. Все ты драконицей занимаешься, а тебя, между прочим люди ждут, да и нелюди тоже.

– Ах да, конечно! – ректор одарил нас слащавой улыбкой. – Ну и кому я что должен? Хоть и не хочется мне у вас на поводу идти. Просил же не играть, так нет, все равно полезли!

– Зато тебе больше не придется поручителем быть, – как‑то слишком уж ласково утешил его Винсент, но тут же добавил: – Если, конечно, сможешь все желания выполнить.

Шимшигал вздрогнул, но предпочел сделать вид, что не услышал.

– Ну‑с, кто первый?

– Я! – вскинулась Леринея, но тут же смущенно обернулась на остальных и пробормотала: – Простите!

– Дамы вперед, – галантно предложил Фелл, и Лера благодарно кивнула.

– Так что у вас за желание, милая? – голос великого мага прямо‑таки сочился феромонами, но на одержимую своим заветным желанием Леринею это никак не подействовало.

– Я хочу… я хочу знать, кто убил моих родителей. И кто заказал это убийство! – решительно вздернутый подбородок наглядно демонстрировал, что отступать девушка не собирается. Вот дуреха! Не могла пожелать, чтобы они сразу коньки откинули? Хотя… Ой, хорошо, что не пожелала! Винс бы сам ее за такое и заказал, и исполнил.

Шимми, тем временем, извлек какую‑то бумагу – судя по вензелю, из Звездного казино – внимательно ее изучил и сочувственно воззрился на Леру.

– Увы, девочка моя, одна из заповедей мага гласит: никогда не делай того, чего можешь не делать. А поскольку в этой команде найдется, кому снабдить вас этой информацией, я имею полное право не отвечать на ваш вопрос. Вот, даже подпись Велиала имеется.

– Что‑о‑о‑о?! – голос Леринеи стремительно набирал децибелы, грозя перерасти в визг. Я предусмотрительно заткнул уши, но все равно продолжал все слышать. Шимшигал, не ожидая такого напора, шарахнулся. – Кто?! Кто эта сволочь?! – я поспешно спрятался за широкую спину Делимора, опасаясь указующего перста господина ректора, но Лера и без него определила виноватого. – Ты! – она сделала шаг к Винсу. – Ты! Ты все время все знал!

– Ничего подобного! – поспешил откреститься вампир. – Сам узнал перед самым перемещением. Можешь у Аси спросить!

Ну, гад! Нет, теперь он так легко со мной не расплатится! Это она сейчас ничего видеть и слышать не хочет, а когда в себя придет да вспомнит… Ой, бедный я! Ну, Винс, ну берегись! Я тебе это еще припомню!

Лера, тем временем, сделала попытку наброситься на Винсента, но вдруг оказалась спеленута воздушной тюрьмой. Подозрительно знакомой воздушной тюрьмой. И лично я сейчас ее не создавал. Я, конечно, дурак, но не настолько. Она же еще громче визжать начала.

– Лера, хватит! – вдруг очень четко, хоть и не громко произнес Дог. – Успокойся, и я тебя отпущу. Ты своими воплями очередь задерживаешь. Перестань плакать и иди к себе. Я загадаю свое желание и тоже поднимусь.

Больше мальчишка ничего не добавил, но Леринея его почему‑то послушалась. Кивнула, передернула плечами, когда Дог снял ловушку, и, опустив глаза, вышла из комнаты. На пару минут повисла тишина. Во дает мальчишка! Я же ему про это заклинание только вскользь упомянул, не объяснял, не расписывал. На лету все схватывает! Не зря Аль говорил, что нам до него далеко.

– Никто не против, если я буду следующим? – спокойно произнес Дог. – Мне бы лучше поторопиться к Лере.

Недовольных не оказалось. А если и оказались, Делимор таким взглядом всех наградил, что вякать никто не рискнул. Мальчик шагнул к волшебнику и, глядя ему прямо в глаза, сказал:

– Я хочу вернуться в свое тело.

– Это тоже не ко мне, юноша, – осклабился Шимми. – Для этого вам всего лишь нужно снова оказаться в своем родном мире.

– Только и всего? – растерялся Дог.

– Представьте себе. Вместо меня это ваше желание уже почти выполнил маркиз в" Асилий.

– Хорошо, – коротко кивнув, Дог развернулся и последовал следом за Леринеей.

– Ну, кто следующий? – сияя, как начищенный пятак, вопросил ректор.

После столь неудачных первых двух попыток прыти у всех поубавилось. Вперед больше никто не рвался. Кевин и Киниада, не обремененные выигрышем, тихонько отползли в сторону. Краем глаза я заметил, что драконица, похоже, сегодня пользуется большим успехом. Этот джентльмен удачи с нее просто глаз не сводил и уже начал что‑то нашептывать. А глазки у самого такие томные‑томные…

Наблюдая за этой парочкой, я проморгал эльфа, который рискнул стать следующим. Трепеща, как девица на выданье, вздыхая и ломая свои тонкие ручки – даром, что тяжелый, зараза! – Фелл просеменил к волшебнику, смущенно оглянулся на присутствующих и что‑то зашептал. Шимшигал изумленно захлопал глазами.

– Что? – недоуменно переспросил он. – Я правильно расслышал? Вы хотите жениться на драконе?!

Феллион заалел, как маков цвет, а единственный присутствующий дракон, похоже, был занят собиранием собственной челюсти. Снова покосившись на обалдевшую Киниаду, эльф гордо вскинул голову и уже твердо и во всеуслышание произнес:

– Мое самое заветное желание в том, чтобы прекрасная Эрридиада согласилась стать моей женой!

Со стороны парочки наших неудачников раздался какой‑то странный звук. Кида зажимала рот ладонью, глаза ее расширились, плечи вздрагивали, а Кевин бережно придерживал драконицу за талию. Все же она жуткая расистка! И чего так расстраиваться из‑за чужого счастья?

Шимшигал, похоже, тоже не был в восторге. Видимо, других претендентов на исполнение этого желания в нашей команде не нашлось. Тщательно изучив свою шпаргалку, похмурившись и пожевав губу, он вздохнул, тихо пробормотал какое‑то заклинание, а потом легонько коснулся лба эльфа.

– Прекрасная Эрридиада, дракон из мира Эмир будет счастлива принять ваше предложение руки и сердца! Желание исполнено! – торжественно произнес он, и на листке что‑то вспыхнуло.

– Правда?! – по лицу Фелла разлилось неземное блаженство.

Даже я испытал прилив счастья от того, что хоть кому‑то будет хорошо. И тут засмеялась Кида. Нет, смех ее отнюдь не был злорадным или безумным. Она веселилась. Она смеялась до слез, до стона, с трудом удерживаясь на ногах от сотрясающих ее конвульсий хохота. Причину своего веселья она, если и пыталась объяснить всем нам, застывшим в недоумении, то у нее это просто не получалось. Вместо членораздельных слов с губ драконицы срывалось невразумительное бульканье.

Однако, как оказалось, не все внимание было сосредоточено на Киниаде. Плотная ткань джинсов не позволила мне почувствовать, как по ноге мазнул кошачий хвост, так что, вспрыгнувшего на стол и утвердившегося прямо перед носом великого волшебника Сириуса я заметил не сразу.