Врата Бальдура - Мария Трещёва

 – Ага. Недавно узнали, – подмигнул сёстрам Эрик.

 – Это уже не важно. Нам нужна помощь, мальчики. Сколько осталось среди вас людей, верных Эльтану и скорбящих по Шраму?

 – Достаточно.

 – Собирайте всех, кого сможете. Встречаемся завтра на закате в переулке напротив штаб-квартиры.

 Дверь открылась, и в комнату вошёл Борк.

 – Они здесь. На центральном диване.

 Равена лишь кивнула ему.

 Борк повёл наёмников Пламенного Кулака к выходу. Названые сёстры остались в общей зале. Их цель вальяжно развалилась на диване и медленно потягивала вино.

 – Он один, – вскинула брови Имоен.

 – Обойди его в тени с боку. Оставайся вне видимости.

 Равена пошла прямиком на убийцу.

 Выходя из «Стыдливой Русалки», Эрик задержался у дверей.

  – В чём дело, дружище?

 – Не знаю, Эл, правильно ли мы сделали, что ушли и не помогли девчонкам.

 – Мы не можем им помочь, как представители Пламенного Кулака.

 – Зато мы могли бы им помочь, как друзья.

 – Эрик, ты же видел их в деле. К тому же они дали нам задание. Оно чрезвычайно важно, и выполнить его можем только мы. А они сейчас выполняют своё задание. Если бы они не были уверены в своих силах, разве они не попросили бы о помощи? Тем более с ними же их команда.

 – Да, да. Ты прав. Я просто беспокоюсь. Они всё-таки девчонки.

 – Я тоже беспокоюсь. Пойдём.

 Равена чувствовала себя кораблём, рассекающим воды Моря Мечей. Она шла вперёд, а люди отступали в сторону, старались убраться подальше, будто понимали, что сейчас может произойти. Сидящий на диване мужчина посмотрел на неё поверх бокала с вином.

 – Привет, красотка… Эй, я знаю, кто ты такая.

 – Неужели.

 – Какая серьёзная девочка. Правда, Кристин?

 – О, да, Слис. Очень серьёзная, – ответил воздух справа от полудроу приятным женским голосом.

 Равена скосила глаза.

 – Ах, это моя Кристин. Она такая милая, что ей приходится оставаться невидимой, чтобы к ней не приставали парни. Хотя они и так не рискнут – ведь я же рядом, – Слис отхлебнул вина.

 – О, Слис, ты просто душка, – ответила Кристин.

 – Так что тебе нужно, серьёзная девочка? – Он сел поудобней, боком к Равене.

 – Ты знаешь, что мне нужно, убийца.

 – Знаю, – холодные глаза смотрели на неё. – Но не отдам.

 В тот же миг в девушку полетел бокал с вином. Каким-то шестым чувством воительница предугадала это. Убийца целился ей в лицо, поэтому она просто присела, выдёргивая меч из ножен. Потом перемахнула через низенький столик и очутилась на диване почти верхом на мужчине. Свободной рукой она прижала его руку, в которой Слис держал короткий меч отличного качества. Другой приставила к его сердцу кончик Погибели Пауков.

 – Не с той девочкой связался, Слис, – прошипела дочь Баала, и серебристое лезвие с хрустом прошло сквозь тело и спинку дивана.

 – Ах ты, стерва! – Крикнула невидимая Кристин.

 Магия заискрилась в невидимых руках. Воздух рассекла стрела. На пол упала миленькая девушка. Стрела вонзилась точно между злых голубых глаз. С противоположной стороны вышла Имоен, всё ещё держа лук наготове.

 Борк появился уже после того, как названые сёстры обыскали убийц. В ножнах на поясе у Имоен покоился меч Слиса.

 – Прости, Борк, я испортила обивку дивана.

 – Ничего – её всё равно пора было менять.

 Из писем, которые были обнаружены у парочки, стало известно, что Слис и Кристин должны были присоединиться к доппельгагенам в день коронации Саревока. Вместе с ними они нанесли бы удар по оставшимся в живых Великим Герцогам. К письмам прилагалось приглашение на празднество.

 – Нам нужно помешать этому, – нахмурилась Равена. – А для этого мы должны как-то проникнуть во дворец. Но как?

 – У нас же есть приглашение, – пожала плечами Джахейра.

 – И это у меня-то сумасшедшие идеи…

 – А чем плоха моя идея, Равена?

 – Тем, что наши морды знает весь город. Приглашение не спасёт нас от местного правосудия.

 – Джахейра права. Это единственный путь во дворец. А наши «морды» я закрою иллюзорными личинами. Они ведь уже давно готовы, – спокойно рассудила Дайнахейр.

 – Это выход. Будем надеяться, что у входа не будут стоять маги, снимающие иллюзии.

 – Это вряд ли. Некоторые аристократы нанимают магов, чтобы они «освежили» их постаревшие лица. Не пристало так поступать с влиятельными людьми, – задумчиво проговорила друид.

  – Хорошо, если бы так. Коронация Саревока будет через два дня. У нас есть ещё время подготовиться. А пока что стоит заняться спасением Эльтана.

 – Вы поговорили со своими друзьями?

 – Да, Джахейра. Они соберут единомышленников. Мы с Имоен встречаемся с ними завтра. Вы с нами?

 – Конечно с вами! Если вас не сдерживать, вы разнесёте полгорода!

 – Ну да. Такая уж твоя задача – сдерживать меня.

 – Э-э-э… Я не об этом, Равена.

 – Я знаю.

 На следующий день кровь с пола Логова была тщательно отмыта. Обивку дивана, как и говорил Борк, начали менять.

 Равена волновалась перед проникновением в штаб-квартиру Пламенного Кулака чуть ли не сильнее, чем перед штурмом Крепости Гноллов. И в тот, и в этот раз они должны пробиться сквозь воинственных защитников, чтобы попасть в внутрь вражеского стана.  И тогда, и сейчас они должны спасти человека, и они не знают, жив ли он ещё. Прошлый раз это была незнакомая женщина, ставшая потом верной подругой. Теперь им придётся спасти одного из правителей Врат Бальдура, города, где их готовы казнить за несовершённое преступление. Человека, которого они уважали, и который нужен этому городу.

 Беспокойство названой сестры передалось и Имоен. Девушка несколько раз проверила стрелы, натяжение тетивы и беспрестанно бормотала себе под нос формулы заклинаний.

 Когда подошло время, шесть искателей приключений вышли из Логова в канализацию через потайную дверь.

 – Вы уверены, что ваши подружки придут, салаги?

 – Уверены, – кивнул Элиендр. – Они обещали.

 Группа наёмников Пламенного Кулака из восьми человек затаилась в переулке. Молодой мужчина и Элиендр рассматривали свою штаб-квартиру, словно хотели найти в ней негатив и возненавидеть её. Но трудно было почувствовать ненависть к месту, где живёшь с друзьями, которые стали тебе братьями и сёстрами, к месту, ставшее тебе домом. Все они недавно потеряли человека, который был им, как отец. Память о Шраме была ещё жива и царапала их сердца, оставляя кровавые полосы. Герцога Эльтана они не отдадут. Если будет нужно, они отдадут жизни за него.

 Решётка канализации сдвинулась с места, показалась лысая голова Минска. Одни за другим искатели приключений поднимались наверх. Равена тут же оказалась рядом с вперёдсмотрящими и весьма удивилась, узнав в мужчине старослужащего, которому когда-то сломала нос.