"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Ковалев Сергей Юрьевич

Старик повертел автомат в руках, положил на скамейку.

– А ты что… Не бежишь?

– А, успею, – отмахнулся скаут. – Сейчас немного их пошугаю, а то достали уже, лезут и лезут… Ап!

В его руке откуда-то, старику показалось, что буквально из воздуха, возник большой тяжелый револьвер, блестящий, и даже с виду редкостно смертоносный, и скаут тут же выстрелил.

Не целясь.

То есть скаут, конечно, прицелился, но это получилось так быстро и незаметно, что старику показалось, что скаут стрелял просто так, наугад.

«Ровер», казалось, споткнулся. Он резко затормозил, затем перевернулся, затем покатился вниз по склону, ломая деревья, подпрыгивая и размахивая открытыми дверями.

Старик потер очки. Как он попал? Тут ведь метров четыреста, а он из револьвера… Хотя револьверы, кажется, необычные, стволы толстые, и длинные, и калибр чуть ли не как у подствольного гранатомета…

– А я их предупреждал, – сказал скаут. – Неоднократно. А они меня не слушали. Сами виноваты, ведь правда?

– Наверное… – растерянно ответил старик.

– Точно. Сами виноваты, я их не просил. Ладно, чего уж…

И он стал стрелять еще. И опять он стрелял так быстро, что старик не различал отдельных выстрелов, они слились в один непродолжительный грохот, потом стало тихо, только порохом пахло.

Старик открыл глаза. Скаута не было. На холме горели машины. Все три штуки. Вокруг разбегались люди. Кто-то кричал, кто-то пробовал гасить пожар огнетушителем. Странный день, дурацкий день.

Старик взял автомат, подошел к колодцу, снял крышку и опустил оружие вниз. Автомат булькнул.

С запада из-за реки приближались вертолеты. Много, штук пять, наверное.

В огороде, над грядками с переросшей редиской, покачивалось в воздухе странное, похожее на прозрачную шаровую молнию пятно.

Обои

Они объединились. Англичане, испанцы и французы. Даже пара голландцев откуда-то всплыла. Двадцать четыре судна. Половина, конечно, дребедень, грузовые тихоходные лохани, не способные на неожиданный маневр. Зато способные нести абордажные команды. Команды снайперов с убийственными штуцерами, способными попасть в орех с трех сотен ярдов. Боевых пловцов с липучими минами. Метателей огненных снарядов.

Другая половина была значительно опасней. Линейные корабли, вооруженные по последнему слову военной техники, с вымуштрованной командой, с грамотными командирами. Противостоять этому было сложно. Да что там, невозможно. Форт не успел закончить перевооружение, с батарей успели снять старые оружия и не успели поставить дальнобойные новые. Фактически прикрытием с моря служили восемь пиратских бригантин, с командами насколько безрассудно отважными, настолько и бестолковыми. Противостоять регулярным морским силам, к тому же превосходящим по числу, они не могли.

Лорд пребывал в удивлении. Разведка не сообщала ни о каких перемещениях неприятеля, занятого обыденным трудом: торговлей невольниками, выжиманием соков из заокеанских плантаций, вялой войной друг с другом и с племенами свирепых дикарей. Голуби, прилетавшие со стороны океана, приносили донесения о том, что на дальних рубежах все спокойно.

И вдруг враги объединились. И вдруг они появились, все, разом. Вечером опустился туман, он продержался до утра и в этом тумане недруги подошли практически вплотную. Они явились с севера, и с востока, и с запада, и блокировали форт с моря. Два брига попытались вырваться и пройти сквозь строй, и это им почти удалось. Почти. На выходе они наткнулись на голландский фрегат, и он сжег оба судна греческим огнем. Сжег жестко, в несколько минут, а уцелевших расстрелял из мушкетов.

Лорд был растерян. Греческий огонь – это было серьезно. То есть очень-очень серьезно.

Он пытался достать греческий огонь последние пятнадцать лет. Разными способами. Ловил карибских ведьм и испанских алхимиков, устраивал в заброшенных индейских пирамидах тайные лаборатории, заливал золотом оккультистов, выписывал факиров из Индии и мудрецов из Китая. Бесполезно. Результат был, но это был не тот результат.

Ведьмы разработали способ дистанционной порчи. На противника внезапно нападала неудержимая диарея, и он начисто лишался боеспособности. К сожалению, порчу удавалось транслировать всего на сотню ярдов, что во многом лишало ее смысла.

Факиры расплодили боевых ядовитых ящериц. Ящерицы содержались в бочках, которые катапультировались в приближающегося противника. Деревянные снаряды разбивались, и ящерицы кидались на врагов, вонзая в них ядовитые зубы. И все бы хорошо, только эффект от ядовитого укуса получался совсем не таким смертоносным, какого ожидал Лорд. После укуса у неприятеля развивался мощный отек лица, превращавший физиономию в зверское произведение искусства, смотреть на которое без смеха было практически невозможно. В результате страдали непосредственно нападающие, которых при виде морд обороняющихся пробивал неудержимый хохот.

Оккультисты вывели в хрустальных ретортах зловещих гомункулюсов, которые, впрочем, мгновенно разлагались при дневном свете и при громком свисте.

Подойти к греческому огню даже близко не получилось ни у кого. Супероружие оставалось недоступно и недосягаемо, хотя то и дело появлялись очевидцы, лицезревшие его использование. Якобы испанцы применили его у побережья Ямайки для отражения атаки каперского корвета, и вполне успешно. И вроде бы его секрет разгадал неуловимый мастер Кид, разгадал, но велел вырезать всех, кто оказался причастен к тайне. И был некий пленный британский офицер, утверждавший, что адмиралтейство послало экспедицию в Стамбул и в Малую Азию в поисках секрета горючей смеси, и вроде небезуспешно. То и дело всплывали тайные свитки с обрывками формул, и Лорд платил за них серьезные деньги. Но формулы не вели никуда, в лучшем случае получался клей, в худшем…

Лорд отчаялся добыть греческий огонь, и вдруг он увидел его применение в бою.

Сам бой начался неожиданно, Лорд не успел собрать силы. А ведь были еще резервы, которые, подтяни он их, позволили бы выступить достойно. Если бы, если бы у него было хотя бы три дня, он успел бы. Пришли бы с севера отряды наемников, посланные искать волшебный Элдорадо. С юга на своих остромордых лодках явились бы люди моря, малые ростом, но несокрушимые в ночном бою. Из глубины сельвы поднялись бы дружественные племена пожирателей змей и охотников на ягуаров, которых Лорд защитил как от европейских завоевателей, так и от воинственных индейцев, – и небо потемнело бы от отравленных дротиков, обрушивающихся на врага. И даже драккар кровожадных викингов, с тремя настоящими берсерками, каждый из которых стоил половины всего гарнизона, он бы приплыл.

Да и других буканеров он предупредить тоже не успел, а их помощь не помешала бы.

Не успел.

Предательство. Лорд в этом не сомневался, слишком уж удобный момент был выбран для нападения. Шпионы. Как он ни выстраивал контрразведку, как ни травил лазутчиков возле штаба, сколько ни платил своим шпионам, а предатель прокрался.

И нанес удар в спину.

Бой начался. Англичане выстроились в бухте подковой и вывели свои корабли на продольный выстрел. На форт обрушился огненный ураган, чугунные ядра, гранаты, гранаты со шрапнелью практически с третьего залпа смели батарею и перебили канониров.

Кораблям досталось еще больше, уже пятый залп оказался решающим. Пиратские посудины не были приспособлены к реальному морскому сражению, они горели, взрывались, натыкались друг на друга и шли ко дну. Лорд попытался взять командование эскадрой на себя, но было уже поздно, деморализованные экипажи спасали свои шкуры и сопротивления никакого не оказывали. Флот был разбит и сожжен за несколько минут боя. И только «Багровая скала», как всегда, не подвела; прорвавшись сквозь строй линкоров, она попала между боевыми судами и торговыми и ввязалась в ближний бой, паля с обоих бортов.

Лорд знал, что она обречена, что силы слишком неравны, что, будь врагов хотя бы в три раза меньше, у «Скалы» был бы хоть маленький, но шанс… Но все равно, он завороженно следил за тем, как капитан Рино Альмодовар ведет свой последний и решительный бой. Единственное, чем мог Лорд ему помочь, – это сосредоточить огонь уцелевших орудий на английском флагмане.