За гранью добра и зла - Владимир Батаев

Я решил подстраховаться и выбрал Эшли Юникона.

— Он не участвует! — возразила Мирэ.

— А что, юный Единорог таки относится к категории девчонок? — вскинул бровь я.

На это внятных возражений у неё не нашлось, и Эшли изготовился к бою против вампира. Увидев такого противника, о котором уже был наслышан, Рейф заметно расслабился. Вампир нагло ухмыльнулся, демонстрируя клыки, и поманил оппонента свободной рукой. Юникон напротив был напряжён и сосредоточен, сжимал эфес обеими руками и готовился сражаться в полную силу.

Рейф двинулся в атаку, двигаясь быстро и плавно, будто танцуя вокруг Единорога, постоянно делая быстрые колющие выпады, прощупывая его оборону. Учитывая зачарованные доспехи, я бы не назвал такую тактику удачной, но понадеялся, что вампир использует её как отвлекающий манёвр.

— Ты не на танцплощадке и на сцене, а он тебе не шест! — крикнул я.

— Отвяжись, Джест, — отмахнулся вампир. — Как ты там говорил Ворону? Я сильный, я матёрый… кстати, что это значит?

— Это значит опытный и сведущий в своём деле, — поведал Эшли, он-то явный любитель просиживать задницу в библиотеке.

— А слово «поражение» ты тоже знаешь? — попытался поддеть его Рейф.

— Знаю, — согласился Единорог, отражая очередной выпад.

Внезапно он резко перешёл в атаку. Шагнул навстречу вампиру, который двигался в одном и том же темпе, не пытаясь сбить предположительно слабого противника с толку, и вонзил меч Рейфу в живот.

Контратака вампира бессильно разбилась о броню. Эшли выдернул меч и отступил.

— Больно же, — сообщил Рейф, зажимая рану руками.

— Ты же вампир! Исцелись и дерись! — велел я.

— Я голодный вампир, — сообщил он, после чего зашатался и опрокинулся на спину.

Вперёд тут же выбежала Стрейф и преградила путь Юникону. Впрочем, чрезмерно благородный Единорог и не собирался добивать лежачего. Поняв это, воительница присела рядом с упавшим вампиром, положила его голову себе на колени, закатала рукав и чуть ли не силой сунула своё запястье ему в зубы. Глотнув крови, вампир сразу очухался, летальный исход ему явно не грозил.

— Это определённо нарушение порядка поединка, — нахмурился Экхард.

— Да проиграл кровосос, проиграл, — махнул рукой я.

Недооценил я Юникона. И полбеды в том, что я недооценил, но ведь и остальным внушил то же мнение. А он успел научиться нескольким новым трюкам у своих приятелей. Конечно, если бы вампир не был так небрежен, то не попался бы на такой простой приём. Но Рейф оказался растяпой, причём наполовину по моей вине.

Счёт один-один, всё должен был решить последний бой. Хорошо, что Мире не в курсе про поломку силовых полей Дика, а то непременно выбрала бы его. А так жребий пал на Инса. Я же снова ткнул пальцем наугад.

В моём видении инсектоид свой бой проигрывал, и мы так ничего и не придумали, чтобы это исправить. Разве что теперь он был предупреждён, но будет ли с этого толк. Хотя, полу-титаны всё же немного подустали, отмахиваясь от киборга, так что результат не предопределён.

— Давай, покажи ему месть жукоглазых звёздному десанту, — подбодрил я Инса.

Противники сразу схватились в полную силу, я с трудом успевал следить за мельканием клинков. Инсектоид старался бить в одни и те же точки, надеясь ослабить и, в конце концов, пробить доспехи гвардейца. Хитиновая броня Инса поддавалась магическому клинку, из ран выступала зелёная кровь, кожа слезала кусками, стирая человеческий облик.

— Скидывай маскировку! — посоветовал я, надеясь, что внезапное преображение собьёт полу-титана с толку.

Инс послушался. Одежда и кожа разлетелись в разные стороны, когда он предстал в истинном обличье. Я уже видел его таким, но только в видении. В целом, облик был даже более-менее гуманоидным, исключая разве что пару дополнительных клешней, прежде прятавшихся под панцирем. А так, две ноги, две основные передние лапы, в которых он по-прежнему держал меч. Морда жуткая, особенно эти жвала…

Жаль, под забралом выражение лица гвардейца не видно. Но судя по тому, что он невольно отшатнулся, зрелище впечатлило и его.

Инс не упустил момента и обрушил меч на противника, стараясь бить в область шеи, защищённой не сплошной бронёй, а кольчужной бармицей, но магия делала её не менее прочной, чем остальные части доспехов.

Полу-титан оправился от шока довольно быстро и кинулся в контратаку с удвоенной яростью, подстёгиваемый отвращением к нечеловеческому облику противника. Инс, как ни крути, великим мечником не был, в обычных условиях при наличии волшебного меча это не требуется. Несколько ударов он отразил, но очередной выпад пропустил.

Гвардеец вонзил меч Инсу в живот. Из раны почему-то потекла синяя кровь, не зелёная, как раньше. Двойная кровеносная система?

Инс взревел от боли, но не отступил. Приблизив морду к шлему противника, инсектоид плюнул ему прямо в забрало. Полу-титан завопил от боли. Видать, у Инса ещё и слюна едкая. Воин скорчился, сбросил с руки перчатку и поднял забрало, судорожно пытаясь протереть глаза.

Инс, не обращая внимания на торчащую из тела рукоять меча, клешнями прижал противника, не давая встать и, ухватив эфес клинка обеими лапами, принялся работать им на манер пилы, упорно пытаясь перепилить бармицу вражеского шлема. Гвардеец попытался сбросить инсектоида, но тот держал крепко, давил всем весом. Тогда полу-титан попытался отмахнуться рукой, позабыв, что скинул латную перчатку. Инс не упустил момент, и отсечённая кисть сына Эриха полетела на землю. Он снова заорал, теперь пытаясь зажать второй рукой рану, из которой хлестала кровь.

— Надо остановить бой, — внезапно заявил Экхард. — Оба ранены, им требуется помощь.

— Да, думаю…

— Нет, — вмешалась Пакс. — Тогда получится ничья и всё вернётся к всеобщему уничтожению. Джест, игры закончились, а на войне солдаты иногда гибнут.

— Я не приемлю термина «приемлемые потери», — возразил я.

Но спор был уже бесполезен. Пока мы дискутировали, Инс закончил пилить, бармица не выдержала, а перерубить шею «драконьему когтю» было не сложнее, чем руку.

Инс поднялся над телом убитого врага, вскинул лапу с клинком в воздух в салюте и даже прошёл несколько шагов нам навстречу, и только после этого упал.

— Он однозначно победил, — заметила Пакс.

— Нет, он тоже умирает! — возразил король.

— Эй, жук навозный, не вздумай окочуриться! — я склонился над лежащим инсектоидом. Рукоять меча с обломком лезвия выпала из раны, синяя кровь разъела зачарованное лезвие. — У тебя двойная кровеносная система? С зелёной и синей кровью? Не молчи, не спи.