Лавкрафт. Я – Провиденс. Книга 2 - С. Т. Джоши

С середины 1920-х годов Август Дерлет зарекомендовал себя постоянным автором Weird Tales, где выходили его короткие мрачные рассказы. В 1929 году он обратился к стилизациям, которыми в итоге и прославится. За год до смерти сэра Артура Конан Дойла Дерлет придумал цикл «Солар Понс», написанный в стиле историй о Шерлоке Холмсе. Понс впервые появляется в рассказе «Приключения Черного Нарцисса», напечатанном в Dragnet за февраль 1929 года. Дерлет попросил Лавкрафта написать редактору Dragnet рекомендательное письмо, чтобы в журнал чаще принимали его работы. Лавкрафт добродушно согласился и в послании к редактору (опубликовано в номере за апрель 1929 года) отметил, что «„Солар Понс“ достоин занять место в ряду образцовых детективных историй». В Dragnet появился лишь еще один рассказ из этой серии, но карьера Понса уже взлетела, и впоследствии его приключения растянутся на шесть сборников рассказов, одну повесть и различные дополнительные материалы. В начале 1930-х годов Дерлет придумал еще одного героя-детектива, судью Пека, и написал о нем три романа подряд: «Человек на четвереньках» (1934), «Трое погибших» (1935) и «Знак страха» (1935). Лавкрафт догадался, кто убийца, на страницах 32, 145 и 259 соответственно.

Однако Дерлет, подобно двуликому Янусу, одновременно с этими низкопробными произведениями писал и серьезные наброски для небольших изданий о природе и человеческой личности, причем писал бесплатно, начиная примерно с 1929 года. Именно этими работами (включая роман «Юные годы», после множества корректировок вышедший под названием «Весенний вечер» в 1941 году) Дерлет надеялся пробиться в массовую литературу, и в период незадолго до и после смерти Лавкрафта у него это получалось.

Первым серьезным творением Дерлета, изданным в виде книги, стало «Сборище ястребов» (1935) – цикл из четырех взаимосвязанных повестей о разных людях и семьях из Сок-Прери, штат Висконсин, где рассказчиком выступает мальчик по имени Стивен Грендон (это один из псевдонимов Дерлета), наблюдающий за происходящим вокруг вместе со своим дедушкой-врачом. «Сборище ястребов» – проницательная работа, достойная любого автора, желающего занять место в мире популярной литературы. Устами одного из своих персонажей Дерлет, по всей вероятности, говорит о том, что подталкивает его к писательству:

«Каждой весной смотреть, как покрывается зеленым земля, как возвращаются птицы, как небо приобретает более нежный голубой оттенок, с каждым вдохом вдыхать новую жизнь; каждое лето видеть, как зеленеет и созревает зерно, косить и складывать снопами душистое сено, дремать, когда разморит на жаре; каждой осенью собирать плоды с поникших под их тяжестью ветвей, наблюдать за тем, как листья становятся красными, потом коричневыми, а затем опадают, накрывая землю, смотреть, как улетают птицы; каждой зимой глядеть на поля и бескрайние холмы, усыпанные мягким белым снегом, находить банальные детали в унылых серых днях этой чудесной, прекрасной жизни. Это и есть моя жизнь. Больше мне ничего не надо. Я пишу. Как я могу не писать? О том, как в апреле среди холмов гуляет ветер, как в мае фиалки расцвечивают землю, как весенняя ночь успокаивает тебя в своих добрых объятиях. Все это наполняет мою жизнь»41.

Звучит впечатляюще, но и это еще не главное преимущество серьезных работ Дерлета. И в «Сборище ястребов», и в других произведениях того периода он проявляет изумительные способности в изображении характера персонажей и эмоционального напряжения в дружных сельских семьях. Еще в 1932 году Лавкрафт писал Э. Хоффману Прайсу:

«Только посмотрите, что вытворяет Дерлет: этот крепкий молодой эгоист двадцати трех лет от роду на время действительно превращается, в психологическом смысле, в восьмидесятипятилетнюю грустную старушку и со всей естественностью описывает ее мысли, чувства, предрассудки, взгляды, страхи, чем она гордится, как разговаривает. А потом раз – и он уже пожилой врач, или маленький мальчик, или сходящая с ума молодая мать, и каждый раз он с таким понимаем вникает в героя, что на мгновение кажется, будто он разделяет все его интересы, мнения, трудности и манеру речи, забыв о соответствующих качествах Августа Уильяма Дерлета»42.

Лавкрафт, безусловно, завидовал умению Дерлета так выписывать персонажей, поскольку у него эта задача как раз вызывала наибольшие сложности. Он прочитал повести из цикла «Сборище ястребов» еще в 1932 году и предложил несколько мелких правок касательно выбранных фраз и мотивации героев, но Дерлет их отверг (как прежде отвергал изменения, которые Лавкрафт предлагал внести в его «странные» и детективные рассказы), хотя некоторые замечания Говарда были справедливы.

Лавкрафт начал читать «Юные годы» в 1929 году, однако нам неизвестно, сильно ли окончательный вариант («Весенний вечер») отличается от предыдущих черновых набросков Дерлета. Судя по комментариям Лавкрафта, то был роман воспоминаний, написанный в манере Пруста, однако в «Весеннем вечере» осталась только история молодых влюбленных, перемежающаяся совсем небольшим количеством вставок с псевдопотоком сознания, которые, вероятно, читал Говард. На мой взгляд, в финальном виде роман уступает «Сборищу ястребов», хотя после выхода эту книгу назвали значительным вкладом в американскую литературу, а Дерлета признали блестящим романистом (на тот момент ему было всего тридцать два года). Правда, по мнению большинства критиков и читателей, Дерлет не оправдал их дальнейших надежд, и после Второй мировой войны его репутация заметно пошатнулась.

Коллеги Лавкрафта не только публиковались во многих бульварных журналах, но и писали произведения под влиянием его творчества, а также закладывали основы для развития «Мифов Ктулху». После смерти Лавкрафта движение возглавит Август Дерлет, однако на тот момент мифологию в основном формировали Смит, Говард, Уондри и Блох.

Не стану утомлять вас упоминанием имен и множества перекрестных ссылок из произведений Лавкрафта и его коллег; еще в 1930 году некоторые читатели Weird Tales начали подозревать, что все эти авторы черпают информацию из какой-то существующей мифологии. В действительности соратники Лавкрафта начали создавать собственные псевдомифологические циклы, которые пересекались с его творчеством благодаря взаимному цитированию и отсылкам. Без задумки Лавкрафта ничего бы этого не было, так как коллеги всего лишь следовали его примеру, при этом нельзя не отметить некоторые оригинальные идеи. К примеру, Кларк Эштон Смит придумал мага Эйбона (написавшего «Книгу Эйбона»), город Коммориом, бога Цатоггуа и тому подобное, авторству Фридриха Юнцта принадлежат «Безымянные культы» («Unaussprechlichen Kulten»), Блоху – «Тайны червя» Людвига Принна («De Vermis Mysteriis») и так далее.

Главным подражателем Лавкрафта по стилю и манере письма в то время был Уондри, хотя никакого ощутимого вклада в мифологию он не внес. Таким образом, рассказ «Древесные люди М'бва»

(Weird Tales, февраль 1932 года) относится к «Мифам Ктулху» несмотря на то, что в нем не упоминаются никакие книги,