Вторая Пуническая война - Михаил Борисович Елисеев

На протяжении всей Второй Пунической войны мы сталкиваемся с ситуацией, когда карфагенские полководцы в буквальном смысле слова бездарно распоряжаются как плодами своих побед, так и счастливым стечением обстоятельств, складывающихся в их пользу. Словно боги лишали разума пунийских военачальников и таким образом помогали их врагам. Наиболее наглядные примеры – битва при Каннах и разгром Сципионов в Иберии. Эти победы могли кардинально изменить весь ход войны, но в итоге стали лишь прологом к поражению и просто затянули агонию Карфагена. Действия Гасдрубала после удачного перехода через Альпы не стали исключением.

Беда заключалась в том, что сын Гамилькара решил захватить Плацентию. Решение с военной точки зрения ошибочное, поскольку Гасдрубалу надо было не города захватывать, а как можно скорее двигаться на юг на соединение с братом. Но даже если бы карфагеняне и овладели городом, всё равно они не смогли бы его удержать, поскольку большой гарнизон Гасдрубал оставить в Плацентии не мог, а оставлять маленький не было никакого смысла. Как пишет Тит Ливий, взятием этого города карфагенский полководец хотел устрашить остальные римские колонии в регионе. Но тогда действия Гасдрубала выглядят совершенно бестолковыми, потому совершенно непонятно, зачем ему надо было кого-то пугать. Однако он ещё больше усугубил ситуацию, когда отказался от генерального штурма и стал изматывать город осадой.

Эта первая ошибка автоматически спровоцировала вторую. Но допустил её уже не Гасдрубал, а его старший брат. Ганнибал хорошо помнил, как в течение шести месяцев пробивался в Италию и какие потери при этом понес. Поэтому появление Гасдрубала в столь короткие сроки на итальянском театре военных действий, оказалось для него полной неожиданностью. Тем не менее Ганнибал быстро сориентировался в ситуации и приказал войскам спешно сниматься с зимнего лагеря и идти на север. Но внезапно пришла весть о том, что Гасдрубал осаждает Плацентию. И здесь личный опыт Ганнибала сыграл с ним злую шутку.

Полководец не понаслышке знал, на какой длительный срок может затянуться осада хорошо укрепленного города. Ганнибал помнил, как после победы при Треббии попытался внезапной атакой захватить Плацентию и потерпел неудачу. Придя к выводу, что Гасдрубал надолго застрянет под этим городом, Ганнибал отменил приказ о выступлении в Северную Италию. Что тоже было очень серьезной ошибкой, поскольку никто не мог знать, сколько дней Гасдрубал простоит под Плацентией. А вдруг опять повезет, и он овладеет городом в короткие сроки? Но везение карфагенян уже закончилось.

Полибий оставил яркое свидетельство той паники, которая царила Риме в эти судьбоносные дни: «…Город римлян в ожидании грядущих событий был в таком возбуждении и страхе, как никогда» (Polyb. XI, 1). Тит Ливий объясняет, почему квириты воспринимали всё случившееся как приближение катастрофы: «Теперь в самой Италии две войны, два знаменитых полководца окружили Рим: вся грозная опасность, вся тяжесть войны сосредоточились тут – в одном и том же месте: тот, кто одолеет первым, через несколько дней соединит свои силы с другим» (XXVII, 40). В дальнейшем писатель разовьет тему: «Пугали прежние поражения и гибель обоих консулов в прошлом году. Ведь тогда в Италии было только одно вражеское войско и только один вражеский полководец, а сейчас две войны в Италии, два огромных пунийских войска и, можно сказать, два Ганнибала. Ведь Гасдрубал – сын того же отца Гамилькара и такой же неутомимый вождь: у него опыт многолетней войны в Испании, он прославлен двойной победой и уничтожением двух войск, которыми предводительствовали знаменитые военачальники. Он даже превзошел Ганнибала: как быстро он пришел из Испании, как ловко возбудил и призвал к оружию галльские племена! Он набрал это войско в тех самых местах, где большая часть солдат Ганнибала погибла от голода и холода самой жалкой смертью!» (Liv. XXVII, 40). Римлянам было чего и кого бояться.

Хотя Ганнибал и отказался от похода на север, но армию из зимнего лагеря всё равно вывел. Командующий решил идти на Бруттийский полуостров и пополнить свои войска местными гарнизонами. Успокоенный отсутствием поблизости неприятеля, он не принял элементарных мер предосторожности, что было непростительно для такого опытного военачальника. За что и поплатился, когда карфагенские колонны были внезапно атакованы на марше римлянами. Информация Тита Ливия, придавшего этой стычке поистине эпическое значение, о том, что карфагенские потери составили 4000 человек, мягко говоря, не соответствует действительности. Но здесь уже ничего не поделаешь, преувеличение вражеских потерь и преуменьшение римских является визитной карточкой творчества Ливия.

В это время на театре боевых действий объявился Нерон. Консул набрал себе армию из бывших легионов Марцелла и Криспина общим количеством в 40 000 пехоты и 2500 всадником. Остальные войска Гай Клавдий отослал в Капую, а сам отправился следом за Ганнибалом. Карфагенский полководец получил пополнения и вернулся в Луканию, чтобы вернуть под свою власть города, перешедшие на сторону римлян. Свой лагерь он разбил около небольшого городка Грумента. Вскоре сюда же прибыл Нерон с легионами и разбил свой лагерь на виду у неприятеля. Противников разделяла равнина, на краю которой поднимались холмы, лишенные всякой растительности. Здесь и происходили стычки между отрядами охранения карфагенян и римлян.

Перед Гаем Клавдием стояла конкретная боевая задача – помешать Ганнибалу пройти в Северную Италию. Римский военачальник понимал, что очень скоро карфагеняне постараются это сделать, и решил ускорить ход событий. По его приказу большой отряд ночью ушел за холмы и укрылся там в засаде. Нерон тщательно проинструктировал командиров и объяснил им, в какое время следует начинать атаку, после чего стал готовить легионы к предстоящему сражению

Рассказ Тита Ливия об этой битве, мягко говоря, бестолков. Абсолютно. Поведав о том, как римская армия построилась на равнине, писатель с увлечением рассказывает, что карфагеняне в беспорядке выбежали из лагеря и вступили в бой с легионерами. Пехота шла в атаку вперемешку с конницей, пунийцы «словно скот, беспорядочно разбрелись по равнине» (Liv. XXVII, 41). Обнаружив это, Нерон бросил в бой кавалерию. В это время Ганнибал находился в лагере – и только услышав крики сражающихся воинов, стал выводить на поле боя главные силы. Однако солдаты вновь бросились в атаку без приказа. Воцарились хаос и сумятица, но Ганнибал, пусть и с большим трудом, сумел построить армию в боевой порядок. В этот момент с вершин холмов пошли в атаку, находившиеся в засаде манипулы и пунийцы, испугавшись, что их отрежут от лагеря, обратились в бегство. С тыла на них нападали всадники, с фланга и фронта – легионеры. Бой закончился полной победой римлян.

Разбирать очередные сказки Ливия о непобедимых квиритах нет ни малейшего желания, но иного выхода нет. Античные авторы