Последний Танцор - M. Поповец

Рамирес посмотрел на экран. Голубые акульи силуэты резко замедлили движение; их тупые рыла стали едва заметно смещаться влево.

— Пора! — выдохнула Гера Сондерс и объявила по громкой связи: — Внимание! Десятисекундная готовность. Включить все имеющиеся на борту генераторы стазис-поля. Ускорение шесть тысяч сантиметров в секунду за секунду.

«Лью Элтон» проскочил сквозь цепочку еще не закончивших тормозить кораблей эскадры на скорости четыреста тысяч километров в час. К тому времени, когда преследователи завершили маневр и бросились в погоню, лайнер успел преодолеть три четверти расстояния, отделявшего его от базы миротворцев.

Джимми Рамирес, полураздавленный навалившейся на него более чем шестикратной перегрузкой, едва разбирал доносившийся до него, как сквозь вату, голос Трента.

— Через пару секунд мы выйдем из зоны их видимости. Базу обогнем впритирку, с зазорам полутора сотен километров. А как шило укроемся за ней, сразу прикинемся дохлым опоссумом. Меняем зеркальную поверхность корпуса на нейтральную, вырубаем инерционный двигатель и отстреливаем антенну радара куда подальше. Пускай себе верещит во всеуслышание свое «буп-буп-буп». Если они вздумают стрелять, ракеты поразят не нас, а никому не нужный радар с омерзительным звуком. Врубаешься, братишка?

У Джимми, задыхающегося под тяжестью шестикратной перегрузки, хватило здравого смысла воздержаться от утвердительного кивка.

То ли Трент плохо рассчитал, то ли у командующего эскадрой сдали нервы, но «Лью Элтону» оставалось еще около трех минут хода до «L-5», когда по нему дали ракетный залп.

Ракеты, выпущенные с ускорением порядка ста пятидесяти "g", быстро сокращали расстояние, и в этот момент лайнер миновал наконец границу базы и укрылся в ее спасительной тени. Капитан Сондерс, только этого и ожидавшая, привела в действие заранее разработанный план. Двигатели мгновенно смолкли, все огни погасли, невыносимая тяжесть перегрузки свалилась с груди Джимми, а секунду спустя легкий толчок и отдаленный хлопок возвестили об отстреле антенны.

— Сколько у нас времени, капитан? — послышался спокойный голос Трента.

— От полутора до двух с половиной минут.

— Ты в порядке, Джимми?

— Вроде бы.

— Отлично. Тогда слушай анекдот. Три адвоката едут по проселочной дороге и случайно врезаются в автомобиль могильщика. Все трое в крови и полной отключке, а могильщику хоть бы что. Он вылезает из своей машины, сокрушенно качает головой и решает их прямо на месте похоронить. Потом отправляется в город, разыскивает шерифа и говорит: «Слушай, Билл, случилась жуткая авария. В мою колымагу влупилисъ три адвоката на шикарной тачке. Тачка вдребезги, все трое всмятку, я в расстроенных чувствах. Что делать? Ну подумал я, подумал и решил их сразу там и закопать. Отдать, так сказать, последний долг». — «Очень благородно с твоей стороны, Джон, — отвечает шериф, — но ты уверен, что они были мертвы?» — «Видишь ли, Билл, — чешет в затылке могильщик, — когда я их закапывал, они кричали, что еще живы, но ты же сам знаешь, это такая лживая порода, что доверять им ни в коем случае нельзя».

Рамирес долгое время смотрел в темноту, потом покачал головой и сказал:

— Я успел позабыть, как ты любил рассказывать всякие байки такого рода. И только сейчас вспомнил почему...

Невесомость.

Тишина.

Джимми Рамирес медленно возвращался в сознание; нижняя губа прокушена насквозь, и кровь уже запеклась; во рту неприятный соленый привкус; в затылке толчками пульсирует боль. Он открыл глаза. Краска на стенах и потолке едва светилась, отчего весь мостик погрузился в сумерки.

В соседнем кресле завозился Трент.

— Почему что? — спросил он с нескрываемым любопытством.

— Что? — Рамирес недоуменно уставился на него. Трент выставил перед его лицом тыльную сторону кисти с прижатым к ладони большим пальцем:

— Сколько штук?

— Восемь. Что произошло?

— Тебя чем-то здорово шандарахнуло по башке. Ума не приложу, чем именно. Должно быть, какая-то железяка оказалась плохо закреплена. Такие вещи случаются, особенно если поблизости взрывается мегатонный заряд.

— Мы от них улизнули?

— Еще бы! Как я и рассчитывал, — похвастался Трент. — Все их ракеты сработали, дружно изничтожив бесполезный металлолом. Правда, они тут еще долго рыскали, но нас, по счастью, не засекли. Да и сложно это. С отключенными системами «Лью Элтон» представляет собой мертвый кусок металла, который к тому же ни один радар не возьмет. Где-то с полчаса назад эскадра убралась восвояси. Сейчас они, наверное, уже всех успели оповестить о том, что разнесли в радиоктивную пыль корабль террористов, возглавляемых самим Неуловимым Трентом. Хотел бы я посмотреть на рожу их командующего, когда завтра утром обнаружится, что он, мягко выражаясь, ввел в заблуждение почтеннейшую публику. Боюсь, мсье Аньела уже никогда не стать адмиралом. Сколько пальцев? Быстро!

— Э-э... пять?

— Уже лучше. Ладно, покайфуем еще полчасика, потом снова запустим движок — и на Венсру!

— Мы никого не потеряли?

— Почти.

— Кого?!

— Тебя. Благодари бога за свою чугунную черепушку. Садани тебя чуть пониже, валялся бы сейчас со сломанной шеей. А так — всего лишь сотрясение средней тяжести.

— Ясно.

— Нет, кроме тебя есть и другие пострадавшие, но это мелочи. Пара сломанных ребер, вывихи, растяжения... Медботы пока занимаются ими, а как освободятся, и до тебя очередь дойдет.

— С вами, гениками, просто рядом находиться, — покачал головой Джимми, — в сто раз опаснее, чем жить на вулкане!

— Не бери в голову, старина! Контузия твоя сама по себе пройдет, а ногу мы тебе на Марсе отрастим. Там прекрасные клиники и замечательные врачи. Что касается всего остального... Не знаю, тебе, возможно, понравится.

— А тебе?

— Мне не очень. Там днем с огнем не сыщешь ни одного приличного дансинга.

— В Поясе лучше?

— Намного. Есть такие злачные местечки, что пальчики оближешь. С Нью-Йорком, конечно, не сравнить, но... — Трент пожал плечами. — Кстати, Малия Кутура тоже там обосновалась. Я тебя познакомлю. Приятная женщина. И только самую малость чокнутая.

— Ты по Земле не скучаешь?

— Скучаю, — вздохнул Трент. — Скоро и ты заскучаешь.

— Что ж, постараюсь привыкнуть, — в свою очередь вздохнул Рамирес.

— Не унывай, братишка, мы еще вернемся!

19

В 8.15 утра 4 июля Мохаммед Венс сидел в одиночестве за столом в своем кабинете, расположенном на полукилометровой глубине, и знакомился с поступающими по правительственным и новостным каналам сообщениями.

Япония, Лос-Анджелес, Сан-Франциско и большая часть Калифорнии находились под контролем мятежников. Отдельные очаги восстания охватывали Восточное побережье от Майами до Мэйна, почти весь Средний Запад и Тихоокеанское побережье от Портленда до Энсенады. Не приходилось сомневаться, что основные усилия повстанцев направлены на овладение всем Юго-Западным регионом. Венс на их месте поступил бы так же. Ограниченные полномочия Министерства транспортного контроля на территории Калифорнии, особенно в районе Большого Лос-Анджелеса, давали мятежникам неоспоримое преимущество. Немудрено, что они так быстро захватили все крупные города, изолировав гарнизоны МС и уничтожив узловые станции Транскона.

Выход из строя ячеек АТС продолжатся все утро. Транскон полностью утратил контроль над округом Вентура и процесс расширился, постепенно захватывая большинство западных штатов. Арсеналы Корпуса миротворцев в Лос-Анджелесе и Сакраменто перешли в руки ОДР. В Сан-Франциско восставшие осаждали последний оплот государственной власти — резиденцию генерал-губернатора. Транслируемые спутниками-шпионами кадры демонстрировали кровопролитное сражение на подступах к космопорту Навахо. Связи с ним не было, и Венсу оставалось только гадать, на чьей стороне перевес, но он был достаточно умудрен опытом, чтобы не предаваться оптимизму. Скорее всего, Навахо тоже будет потерян в ближайшие часы, разделив участь уже более дюжины крупнейших транспортных терминалов.

И с орбиты поступали малоутешительные известия. Японцы при поддержке повстанцев удерживали большую часть лазерных батарей, вцепившись в них мертвой хваткой. Все атаки Космических сил разбивались об их оборону как волны о гранитные скалы. За последние восемь часов им удалось отбить всего одну, да и то ценой неоправданно больших потерь.

Мятежники объявили также, что контролируют всю систему ретрансляционных станций Инфосети в околоземном пространстве, но Венс доподлинно знал, что крупнейшая PC «На полпути» по-прежнему в руках властей и находится под охраной подразделения спецназа Космических сил. Комиссар понятия не имел, кому из дубоватых адмиралов в командовании КС пришла в голову светлая мысль отправить туда морскую пехоту, но дал себе слово, когда все закончится, разыскать инициатора и лично пожать ему руку. Мохаммед Венс отчетливо понимал, что земная Инфосеть держится лишь до тех пор, пока PC «На полпути» функционирует в нормальном режиме, и если с ней что-то случится, это многократно усугубит и без того тяжелое положение. Интеллигентные вонючки из Департамента наблюдения за Инфосетью, вполне возможно, приветствовали бы подобное развитие событий — Венсу в свое время доставили их секретные 'разработки, моделирующие такой вариант, — но ДНИ лишь малая часть всей структуры Миротворческих сил, и комиссар отнюдь не испытывал сожалений по поводу того, что чьи-то там ожидания не сбылись.