Попаданец на максималках 1 - Тампио

зачем этим кочевникам кирпичные здания? Собственно хазарских городов только два, а немногочисленные остальные, расположенные на восточном побережье Каспия, были завоёваны в древности. Но и там, кроме Дербента, как рассказал посол, смотреть не на что. Кочевники… одно слово. Стоит добавить, что городом Саркел могу назвать лишь условно. Он чем-то похож на многие города в Восточной Финляндии, представляющие собой административно соединённые деревни. Так что столицу каханата лучше назвать значительным населённым пунктом, в котором имеются две цитадели: одна для пребывания военных, а вторая — для правителя и его двора.

На улицах, если так можно выразиться, поскольку видимую строительную планировку не заметил, ожидаемо не заметил жриц древнейшей профессии. Это не значит, конечно, что их здесь вообще не существуют, но вот так в открытую они не навязывают свои услуги. Видно много ремесленников — кузнецов, кожевенников, гончаров, — но на вид они почти неотличимы от обычных земледельцев, с весны до поздней осени пропадающих на своих полях. Удивительно, но на местных двух базарах я не заметил продавцов овощей и фруктов. Хотя, возможно, это связано с тем, что ещё середина лета.

В целом вид хазарской столицы поверг меня в уныние. Если каханом или с его министрами поговорить не получится, то надо отсюда поскорее уезжать. Вот только куда? Можно будет снова встретиться с Илигом, и напомнить об его обещании подыскать мне аргамаков. Неплохо бы и с другими купцами поговорить об этом, и не только о лошадях, но и о поставках товаров из Индии и Китая.

Я поймал себя на мысли, что снова уделяю много внимания на вещи, напрямую меня никак не касающиеся. Видимо, такова моя натура, что и неудивительно, учитывая, откуда я сюда попал. Нельзя, нельзя одному влезать во всё, даже если это кажется заманчивым и прибыльным. Как минимум, люди не поймут, как максимум — надорвусь.

Последующие четыре дня я старался наладить контакты с местными купцами, но несмотря на все старания особого успеха не добился, поскольку надо было сохранить инкогнито. А раз я никто и звать меня никак, то купцы лишь на словах соглашались с моими попытками купить аргамаков, но далее дело не продвигалось. Даже Илиг, с которым почти месяц провёл время бок о бок, после моего явного нежелания расставаться с захваченным корабликом, почти потерял интерес. Более того, он засобирался в Крым и, как я думаю, наше еле начавшееся сотрудничество не принесёт свои плоды.

— Как дела, Петр Григорьевич, — задал я вопрос Минчакову, — желая узнать о перспективах неофициальных переговоров на высшем уровне.

— Сожалею, Ваше Высочие, но никаких подвижек нет. Это, конечно, в обычаях Востока никуда не торопиться. Может пройти и месяц, пока что-то станет известно. Если бы визит был официальный, то могли бы принять и на третий-четвёртый день, а так… — посол неопределённо развёл руками. — А так могут вообще не принять.

— Ладно, спешить пока некуда. Подожду недельку, — слегка скривился я. — Обижаться не на кого, сам, можно сказать, виноват, что явился без предварительного уведомления.

От расстройства, что всё могло быть зря, пошёл в порт, взяв с собой Алексея Белякова, ещё одного недавно произведённого сержанта и троих капралов. Хотя какой-то вид законности и порядка в Саркеле был, но никогда не знаешь на кого напорешься в случайном месте. Что забыл в порту? Подумал, что может действительно отправиться в Крым или в Итиль? В Крыму можно будет попробовать познакомиться с ромейскими купцами или мастеровыми. В Итиле можно встретить купцов из Персии и других земель. Да и мастеровых там тоже должно быть немало. В любом случае, больше, чем здесь, в Саркеле.

В духане — местном подобии трактира — расселись на ковре в одном из углов. Это место порекомендовал Илиг, сказав, что хозяин-кавказец старается держать хороших поваров, чьи блюда привлекают своей необычностью и вкусом многих небедных жителей столицы. Так оно и оказалось, нам предложили нечто похожее на манты, чуду и плов. К сожалению, середина лета не благоприятствовала разнообразию овощей и фруктов, но и так было очень даже неплохо. Поскольку ислам в этом мире тоже не появился, в наличии имелся хороший выбор вин.

Мы сидели и не спеша поглощали пищу, вполголоса обсуждая блюда, которые периодически заказывали. Капралы, давно привыкшие к тому, что наследный принц ест с ними из одного котла, совершенно меня не стеснялись и начали травить различные байки. Я слушал их вполуха, строил дальнейшие планы и размышлял о том, что сделал неправильного за последнее время.

— Господин лейб-гвардии полковник, — еле уловил я тихий шёпот Белякова. — Вон, мужик вроде бы знакомый сидит.

— Какой мужик? — недовольно спросил я сержанта, оторвавшего меня от самокопания. — Откуда здесь наши мужики взялись?

— Ну, не мужик… — извиняющимся тоном продолжал шептать Беляков. — Тот, с которым мы во Владимирграде за одним столом сидели год назад.

Я посмотрел туда, куда указывал сержант, но никакого знакомого не увидел.

— Тебе показалось, — отмахнулся я. — В полумраке всякое может привидеться.

— Как же так?.. — почти обиделся Беляков. — Я ещё приглашение на бал приносил для той барышни. Спутать не могу, он же передо мной тогда сидел и глазами чуть ли не по живому резал.

Я снова взглянул в указанном направлении. Вроде бы сержант прав. Мужчина, что сидел там, мог быть одним из сопровождающих Ханны. Я, конечно, на них особенно не смотрел, но вид у тех головорезов был действительно непростой. Да, он, точно.

— Уважаемый! — подозвал разносчика блюд. — Возьми такого же вина, — я указал на один из кувшинов перед собой, — и отнеси вон тому мужчине в синем халате. Скажи, что это угощение от нас.

Официант, ну или как их тут называют, поклонился и побежал выполнять, а я краем глаза наблюдал, что будет. Вот тот «спецназовец» удивлённо посмотрел на поставленный перед собой кувшин, потом выслушал объяснение разносчика и бросил быстрый взгляд в наш угол. На его лице отразилось небольшое удивление от узнавания, — но он быстро приобрёл невозмутимый вид и благодарственно кивнул. Беляков ему ответил, а капралы, не поняв, что случилось, продолжали рассказывать небылицы. На какое-то время я отвлёкся, слушая их, а когда снова взглянул на то место, где был мужчина, то его там не оказалось.

Из духана мы ушли поздно,