Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том III - Дэн Абнетт

Птица каркнула, но звук больше походил на хриплый лай. Таматика и Велунд починили его тело, но, по-видимому, забыли сменить аугмиттеры.

— Не в этом органе, конечно, — добавил Тарса, кладя липкую почку обратно в чашу. — Свойство или мутацию, способную объяснить это безумие.

Он сел, а птица слетела со своего насеста за его спиной и исчезла в зале Ульраха Брантана. Она опять каркнула, и на этот раз в звуке послышался укор.

— Да, я знаю, — сказал Тарса, услышав, как птица застучала металлическим клювом по контейнеру Брантана. — Если следовать последнему приказу, который Тиро отдал перед посадкой на «Штормовой орел», я должен быть на мостике, но даже последний Железнорукий знает о командовании звездными кораблями больше меня.

Кадм Тиро передал временное командование «Сизифеем» пораженному Тарсе. Строго говоря, кораблем по-прежнему управлял Ульрах Брантан, но обстоятельства вынудили Тиро уступить это право воину не из Десятого легиона. Несуразный и очевидный способ оправдать одновременное отсутствие на корабле и себя, и Сайбуса.

Он вздохнул и окинул взглядом мертвого Альфа-легионера. Воин выглядел даже несколько мирно, если не учитывать вскрытую грудную клетку. Тарса вдруг вспомнил, ка Игнаций Нумен спрашивал у него, действительно ли мертвы те, кто умер на «Зета Моргельде».

Кожа воина сохраняла бронзовый оттенок, характерная мертвенная бледность его еще не коснулась. Меланохром регулировал пигментацию космодесантника, но он, как и все органы, прекращал работу со смертью носителя.

— Даже моя кожа побледнеет, когда я умру, — произнес Тарса, склоняясь над трупом и осматривая его с головы до ног. — Почему же с тобой этого не случилось?

Он задержал взгляд на руке воина, отрезанной прямо под локтем. Таматика охарактеризовал аугментику как временную. Как что-то, созданное в спешке, без подгонки протеза под носителя.

— Тогда почему шрам от ампутации гораздо старше и аккуратнее? — проговорил Тарса, разрезая плоть тонким скальпелем, выдвинувшимся из нартециума.

У Тарсы было несколько возможных объяснений, но птица помешала ему разрешить вопрос, опять каркнув. Он не стал обращать внимания, однако она продолжала верещать. Она все кричала и кричала, наполняя апотекарион скрипучим клекотом.

— В чем дело? — возмутился Тарса, бросая мертвое тело и врываясь в усыпальницу Брантана. — Чего тебе надо? У меня есть дела поважнее, чем…

Его голос пропал.

Стазис-поле, накрывавшее Брантана, было снято. Температурные показатели на панели неслись вверх. Все экраны горели красным и вибрировали, беззвучно сигнализируя о тревоге. Тарса уставился на кибер-орла, сидевшего на пульте управления контейнером. Понять выражение его сапфировых глаз было невозможно.

— Что ты натворил? — закричал Тарса. — Трон, что ты натворил?

Глава 9

Обезглавливание / Казнь / Он спускается

Зиккурат оказался именно там, где указал Таматика. Из гигантского монолитного здания поднимались шпили, рассеивавшие туман, который исходил из углов. По бронзовому фасаду стекали потоки едкого дождя. Он стоял у края открытой платформы, напоминая какой-то жертвенный храм, а рядом с ним находились две исполинские фигуры.

— Титаны, — сказал Тоик.

Сайбус почувствовал пустоту в груди.

Однако эти машины предназначались для работы и промышленных целей, а не войны. Вместо ракетных установок к броне крепились подъемники. Плазменные аннигиляторы и гатлинг-пушки заменили топливными патрубками и грузозахватами.

Шарроукин, наверное, уже был на месте, но Сайбус не видел смысла гадать, где прячется Гвардеец Ворона.

Большую часть платформы занимала заправочная колонна — объединение чудовищно толстых цилиндров из флексостали, уходившее в облака, словно перевитый веревками ствол самого могучего дерева, какое только можно было представить. У колонны держались, ожидая заправочной операции, паровые буксировщики, представлявшие собой невероятно мощные машины с закрепленными на крышах кабинами пилотов. Сайбус еще не видел кораблей Альфа-Легиона, но знал, что те приближаются. В небе уже разыгрывались бури, вызываемые спуском в атмосферу кораблей немыслимых размеров.

Многотысячное воинство адептов Механикум в темных рясах, сервиторов и грузчиков стояло ровными рядами. В них били дождь и ветер, но никто и мускулом не двигал.

Сайбус не обращал на них внимания. Не они были его целью.

— Нам нужно быть там, — сказал он, указав на навесной центр управления, поднимавшийся над верхними ступенями зиккурата. — Наверху.

Тоик кивнул.

— Времени у нас немного, — добавил он, глядя на серпантинную лестницу, уходившую вверх по мокрой от дождя стене. — А до вершины далеко.

Сайбус оглянулся на два захваченных спидера.

— Шарроукин сказал поспешить, — проговорил Сайбус. — Но сначала я попрошу тебя кое-что сделать, Септ.

— Что?

— Выстрели в меня.

Сайбус врезался в бронированные двери, оставив на металле алый след. Из царапины на руке, где ее задело болтерным снарядом, лилась кровь. Всю лестничную площадку позади него занимали воины в помятых доспехах, стрелявшие вниз по пролету. Он замолотил кулаком по двери.

— Откройте! — закричал Сайбус. — Они уже подступают!

В противовзрывные двери ударяли масс-реактивные снаряды. Сайбус пригнулся и дал очередь из трех снарядов, не целясь. Где-то внизу взорвалась граната. Какой-то легионер взвыл, изображая боль.

— Сетар муттакс! — заорал он. — Сетар-чтоб-вас-муттакс!

Он понятия не имел, что эти слова значит, — только что они были какой-то кодовой фразой. Ему оставалось лишь надеяться, что она не подпишет ему смертный приговор.

На площадку перед дверями отступило еще несколько воинов. Их броню, как и броню Сайбуса, покрывали отметины от взрывов, порезы от цепного оружия и пятна крови. Все были нанесены самостоятельно, но менее убедительно повреждения от этого не выглядели.

— Ну же, ну же, — пробормотал Сайбус, падая на колено и стреляя поверх своих солдат.

Внутри зиккурата отключились магнитные замки, и противовзрывная дверь метровой толщины начала расходиться по середине. Перепад давления вызвал ветер, несущий с собой горячий воздух, наполненный запахом ладана и маслянистого конденсата.

Сайбус вскочил на ноги и попятился внутрь, одновременно зовя своих воинов. Едва оказавшись за дверями, он обернулся и сохранил в памяти мысленную карту помещения. Углы атаки, векторы угрозы.

По бокам от открывавшейся двери стояло двое Альфа-легионеров, по одному — в углах, и еще два — в центре полукруга, образованного когитаторами. Вдоль остекленного фасада шли ряды терминалов для управления воздушным трафиком.

Восемь воинов.

— Внутрь! — крикнул он своим воинам. — Пока они не бросились к воротам!

Через открытые двери начали вбегать остальные воины.

Когда все оказались внутри, Альфа-Легионер ударил кулаком по собственному наплечнику. Сайбусу требовалась вся его сила воли, чтобы не оторвать ублюдку голову сейчас же.

— Кто там? — спросил воин.

— Девятнадцатый, — выдохнул Сайбус.

— Гвардия Ворона? — неверяще уточнил воин. — Невозможно.

Сайбус слышал в его голосе тень сомнения. Он практически видел, как идут мыслительные процессы в голове предателя. Если какой-то легион и мог тайно проникнуть на платформу, это был Девятнадцатый.

Воин принял решение.

— Сколько их?

Бронированные двери закрылись за последним из воинов Сайбуса, и на его скрытом шлемом лице возникла ухмылка.

— А Шарроукин еще говорил, что я лгать не умею.

— Кто?

— Тот, кто, надеюсь, сейчас тебя убьет.

Шарроукин оказал ему эту услугу, отправив в голову Альфа-легионера рой кристаллических осколков. Стоявший на пути у Сайбуса воин упал, и Шарроукин немедленно сменил цель. Благодаря ярким ртутным символам на солдатах Сайбуса процесс выбор целей был элементарен. Пожалуй, даже слишком прост.

Шарроукин застрелил двух воинов в центре контрольного пункта: одного через линзу шлема, второго — в горло. Классическая ликвидация стоящих рядом целей. Альфа-легионеры в углах пригнулись и бросились в укрытие, пропав с его поля зрения.

Пусть. Он сделал отсюда все что мог.

Тиро и Медузон разберутся с остальным.

Было искушение остаться на прежнем месте. Вероятность появления внеплановых целей была высока.

Он помотал головой. Такой подход приводит снайпера к гибели. Нужно сменить позицию. Найти новое расположение для стрельбы.

Убить больше предателей.

Сайбус кувыркнулся в укрытие, спасаясь от масс-реактивных снарядов, пробороздивших пол. Встав на колено, он отправил короткую очередь в сторону, из которой пришли выстрелы. Взрывы отражались в металле стен и стоявшего рядами оборудования. Дисплеи лопались, оставляя после себя скопища мутных осколков.