Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

Для ужина после насыщенной программы «Все достопримечательности Варшавы за двадцать четыре часа» и место было избрано особенное — нашумевший ресторан «Бельведер» в Новой оранжерее в парке Лазенки, воспользовавшись удобный случаем познакомиться с национальной кухней, которая в отличие от кухни французской, например, (что, к слову сказать, представляет из себя далеко не только — луковый суп, лягушачьи лапки и круассаны, знаменитые соусы, сыры и вина, а для которой процесс приготовления блюда сродни созданию произведения искусства — ни одна национальная кухня не превзошла французскую в оригинальности и изысканности (за исключением, разве что, кухни китайской), привнося в повседневную кухню настоящую роскошь) ближе к кухням восточной Европы — русской, украинской и белорусской, и более понятна нам, и отведать распространенный суп — «Холодник», напоминающий борщ из-за своего яркого свекольного цвета, но более походивший на окрошку на свекольном квасе или попробовать грибы, обилие которых в лесах делает их частыми гостями на польской кухне. Интересно им было узнать, в частности, что польские «пироги» — это совсем не пироги, а очень даже вареники, с бесконечным разнообразием начинок — с мясом, кислой капустой, с грибами или картошкой, вареные или жареные, но одинаково вкусны в любом виде. Бывают они и сладкими: с вишнями, яблоками и другими фруктами или даже шоколадом! Кому что по душе. Также поляки любят капустные голубцы, считающиеся национальным блюдом — с начинкой из фарша и риса, тушеные в слабом томатном соусе.

Марку невольно вспомнился вкус голубцов, что когда-то довелось пробовать, и те самые вареники с вишнями, что так мастерски готовила в приюте Полина Аркадьевна, вкуснее которых, он, кажется, ничего и не пробовал — уже совсем скоро он сможет снова увидеть её и познакомить со своим отцом и своими друзьями.

А на сладкое можно выбрать один из национальных десертов: печенье с джемом — самый известный из них, рассыпчатые песочные печенюшки, свернутые конвертиком, с радостно-ярким вареньем или джемом, или нежным творожком. А мазурка или мазурек — это не только танец, как можно подумать, а пирог из песочного теста, с начинкой из фруктового джема и слегка присыпанный сахарной пудрой — главный символ польской рождественской сказки. И, конечно же, польская бабка! Среди ингредиентов которой присутствуют водка, изюм, цукаты и сушеные вишни. В последнее время все большую популярность приобретают творожные и шоколадные бабки. Интересно, какую бабку хотелось бы попробовать вам?

Невозможно заканчивать на такой ноте. Хочется писать и писать, да что писать, хочется пробовать, пробовать… А вам? Чем, собственно говоря, и занялись наши герои в этом, одном из лучших ресторанов.

После плотного ужина пришло время выплеснуть свои эмоции! А где это можно сделать? Молодость, всё же взяла верх над переживаниями прошедшего дня.

Ночная жизнь в Варшаве довольно насыщенная, и наши герои отправились на Площадь Трех Крестов, известную своими барами, где можно как следует зарядиться перед вечеринкой, и у каждого из них — своя атмосфера.

Утомленные этой длительной, но такой поразительно интересной, увлекательной и познавательной прогулкой по польской столице, друзья вернулись в отель, чтобы хоть немного отдохнуть перед очередным перелетом.

Как жаль, что им отведено было так мало времени на посещение Варшавы, но, они ещё обязательно вернутся сюда.

После непродолжительного сна, их утром снова ждал самолет: следующая остановка — Украина.

Просто дух захватывающее ощущение — до чего же дошел прогресс человечества: ещё вчера они были в Париже, сегодня они гуляли по Варшаве, а уже завтра их ждет Львов.

Марк смотрел в окно иллюминатора, вцепившись побелевшими пальцами в поручни кресла — что ждет его? Прошло уже десять лет, как он покинул сначала Львов, а потом — и Украину… Как встретит его родная земля?

Отец ободряюще похлопал его по плечу, и стало немного спокойнее — он должен найти в себе силы посмотреть в лицо призракам прошлого, теперь, когда он не одинок, когда ощущает поддержку друзей и отца, сделать это будет намного легче.

Небеса Европы. Made in Ukraine

Наконец, Марк вместе с друзьями сошли по трапу в реконструированном в рамках подготовки города к проведению матчей Чемпионата Европы по «Евро-2012» международном аэропорту Львова имени Даниила Галицкого — легендарного основателя города.

— Я видел блеск Джайпура и красоты Парижа, но для меня этот город — самый лучший на земле — без обид, хорошо? — мягко улыбнулся парень.

— Какие могут быть обиды? — ободряюще похлопала его по плечу Даниэлла, — Это — твой родной город, — Маргарита ласково кивнула, сильнее приникнув к мужу, даже практически всегда серьёзный Джек не удержался от легкой поощряющей улыбки.

— Тогда посмотрим, повезло ли нам, — Марк стал смотреть по сторонам, — работает ли ещё один мой знакомый водитель микроавтобуса. Он, обычно, возит экскурсии, но нас всё равно много для такси. Вот, если бы он был сейчас свободен, — вдруг, на стоянке он заметил автобус со знакомыми номерами, — Ой, да это же он! Подождите, я сейчас, — он торопливо бросился искать водителя, — Дядьку Степане! Вiтаю![70]

— Святий Боже! Марку, чи це ти, хлопче?[71] — потрясенно всплеснул рукам седовласый поджарый дедок с лихими казацкими усами, в задумчивости покрутив пальцами эти самые усы, — Як вирiс, як змiнився.[72]

— Так, я це, я,[73] — парень покрутился, давая старику себя рассмотреть, — Дядьку Степане, а чи не пiдвезете нас?[74]

— То, цi всi iз тобою, юначе?[75] — уточнил он, улыбаясь, когда Марк указал рукой на компанию, — Добре, сiдайте, пiдвеземо.[76]

— Так, зi мною, [77] — положительно кивнул юноша, — Эй, ребята, садитесь, нас повезут, — махнул он им, приглашая занять места в транспортном средстве, — Папа познакомься, это Степан — он спас мне жизнь от беспризорной шпаны, — познакомил он мужчину со своими спутниками, — Это мой отец, — не без гордости представил он Льва Витриченко, — мой родной отец.

— Куди їдемо, синку?[78] — водитель закурил в ожидании, пока загрузили вещи и все расселись по салону.

— Додому, дядьку Стеше. До дому…[79] — в его глазах заиграл особенный, теплый свет, — Соломiї Крушельницької, будинок двадцять три[80], — Марк опустил стекло и вдыхал аромат, который кружил голову, терзал и будоражил душу — десять лет он не ходил по этим улицам, он протёр глаза и обернулся — он уже больше не будет одиноким в этом городе, с ним теперь друзья, и даже дышится сей час этим воздухом совсем по-другому.