СПРАВОЧНИК ПО ПРАВОПИСАНИЮ, ПРОИЗНОШЕНИЮ, ЛИТЕРАТУРНОМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ - Дитмар Розенталь

Умолчание может иметь форму вопросительного предложения, например: И вот одна из идущих посредине вдруг подняла голову, крытую белым платком, загородив свечу рукой, устремила взгляд темных глаз в темноту, будто как раз на меня… Что она могла видеть в темноте, как могла она почувствовать мое присутствие? (Бунин).

Особый тип умолчания — апосиопéза (недоговаривание конца фразы) типа я вас…; смотри мне…; только попробуй и т. п. Это либо стандартные формулы эмоционально-волевой речи, либо незаконченные предложения, произносящиеся с особой интонацией предупреждения, угрозы и т. п.

Примечание. От умолчания следует отличать случаи бессвязной, взволнованной речи, когда человек не может собраться с мыслями, сосредоточиться Например: я… это… как его. Такое построение встречается в разговорной речи и допустимо при ее стилизации в художественной. В публицистике подобные конструкции оцениваются как показатель низкой речевой культуры.

3. Фигурой, противоположной по функции, является упреждение. Эта фигура характеризуется тем, что говорящий всячески подчеркивает, что адресату сообщаемое хорошо известно, но тем не менее продолжает говорить, высказывает все, что хотел, и в то же время полностью снимает с себя обвинение в банальности и многословии. См. традиционные зачины не нужно говорить, что…; нет надобности доказывать, что… и т. п. Эта фигура нередко встречается у Гоголя, например: Покамест слуги управлялись и возились, господин отправился в общую залу. Какие бывают эти общие залы — всякий проезжающий знает очень хорошо: те же стены, выкрашенные масляной краской, (…) тот же закопченный потолок, та же закопченная люстра со множеством висящих стеклышек (…), те же картины во всю стену, писанные масляными красками, словом все то же, что и везде.

Функция фигур этой небольшой группы коммуникативно-содержательная: они связаны с активизацией жизненного, литературного, культурно-исторического опыта читателя.

§ 222. Риторические фигуры

Последняя группа фигур — собственно риторические. Их цель — усиление выразительности речи. Эффект достигается за счет использования синтаксических единиц, имеющих яркую эмоциональную окрашенность.

1. К ним относится прежде всего риторический вопрос — вопросительное по форме предложение, имеющее смысл усиленного утверждения или отрицания. Например: И разве в создании этой общественной атмосферы не сыграло свою роль поведение тех, пусть немногих, а на самом деле их было не так уж мало, особенно среди молодых, кого именно письмо-обращение Александра Солженицына заставило перевернуть свою жизнь, встать на путь решительного и твердого неучастия в вакханалии казенной Лжи? (И. Виноградов); Неужели же эта удивительная революция, вызванная похождениями Чичикова, менее невероятна, чем то происшествие, что нос майора Ковалева, исчезнув с лица своего обладателя, стал разъезжать по Петербургу, одетый в мундир с золотом? (В. Брюсов).

В этих вопросительных по синтаксической структуре предложениях интонационно утверждается (сыграла — в первом случае) или отрицается (не менее невероятна — во втором) то, что подвергается вопросу. На этом несоответствии синтаксиса и интонации основывается воздействующая сила фигуры.

Примечание. Риторический вопрос следует отличать от похожих конструкций, когда вопрос не требует ответа. Сюда относятся уже рассматривавшиеся вопросительные предложения, используемые для построения умолчания, и сегментированные конструкции. В других случаях вопрос и ответ могут быть разделены. Нередко текст или его фрагмент начинается с вопроса, формулирующего проблему, затем проблема рассматривается, а в конце, как итог, может быть дан ответ. Такая форма построения характерна для научных текстов и проблемных публицистических статей. В простейших учебных текстах вопрос и ответ следуют друг за другом, что придает тексту форму беседы и тем самым облегчает восприятие информации. Перенесение этого приема за пределы учебных текстов ведет к подавлению мыслительной деятельности собеседника, не позволяя ему предположить какой-либо иной ответ, кроме предложенного автором.

2. Риторическое обращение создает ситуацию свободного субъективного высказывания, предполагающего возможность разнообразных эмоциональных оценок. Поэтому риторический адресат ничем не ограничен, им может быть и тот, кто не присутствует при акте речи, и что не обладает даром речи (вещи, явления, природа, литературные персонажи и т. п.). Например, в «Слове о полку Игореве»: О Русская земля!, у Гоголя: О моя юность! О моя свежесть! Риторическое обращение широко употребляется в поэтической речи.

Золотое руно, где же ты, золотое руно?Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,Одиссей возвратился пространством и временем полный.

Как видно из примеров, риторическое обращение может быть усилено введением местоимения или синонима.

Воздействующая сила этой фигуры складывается за счет несоответствия между синтаксической единицей (обращение) и ее интонационным оформлением, а также между отсутствующим или невозможным обозначаемым и наличием обозначающих его единиц.

3. Риторическое восклицание — это эмоционально окрашенное предложение, в котором эмоции, даже не выраженные лексическими и синтаксическими средствами, обязательно выражены интонационно. Например. О, Пушкин! Пушкин! Какой пленительный сон снился мне в жизни! (Гоголь); Пред астрономом — только легкие облачка и спирали слабого света. А в действительности это — целые миры, тысячи солнц и планет, миллионы лет всех форм бытия, борьбы, исканий, осуществлений! (Брюсов).

Функция фигур этой группы — эмоционально-коммуникативная. С их помощью автор активно воздействует на адресата, навязывает ему свое восприятие мира, лишая его самостоятельности в оценке.

В реальных текстах каждая из фигур действует не изолированно, а в сочетании с другими фигурами, она может включать в свой состав тропы и другие лексико-семантические экспрессивные средства. Действие фигур может быть локальным (предложение, сложное синтаксическое целое), но может, как и у тропа, при соответствующей организации, распространяться на весь текст (например, антитеза способна связывать весь текст).

Разные типы фигур характеризуются разной степенью активности. Наиболее распространены фигуры первой группы (лексический повтор, преимущественно анафора, и параллелизм) и четвертой (риторический вопрос).

Основные ошибки в использовании фигур связаны: 1) с их чрезмерностью, ведущей к подавлению личности адресата; 2) с неуместностью их использования в аудитории, не подготовленной к восприятию фигур (см. об этом рассказ В. Шукшина «Риторический прием»), а также при подмене научно-объективного анализа эмоциями.

LI. МЕТОДИКА РЕДАКТИРОВАНИЯ ТЕКСТА

ПОНЯТИЕ О ТЕКСТЕ

Текст, по определению И. Р. Гальперина, — это произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью, объективированное в виде письменного документа, литературно обработанное в соответствии с типом этого документа; произведение, состоящее из названия (заголовок) и ряда особых единиц (прозаических строф, см. гл. XLIX), объединенных разными типами лексической, грамматической, логической, стилистической связей, имеющее определенную целенаправленную и прагматическую установку.

Целенаправленность и прагматическая установка текста, обеспечивающие цельность и связность его разных прозаических строф, проявляются прежде всего в формах изложения текстовой информации — собственно авторской или чужой.

§ 223. Формы изложения авторской информации

Собственно авторская информация подается от лица субъекта речи (говорящего или пишущего) в форме первого, второго или третьего лица единственного числа. Форма изложения и его содержание взаимно обусловлены. Изложение в форме первого и второго лица придает тексту субъективность, а третьего — объективность. Первое лицо придает элемент достоверности и в то же время подчеркивает субъективность, односторонность самой оценки. Изложение от второго лица при его во многом субъективном характере придает тексту дополнительный оттенок обобщенности, многократного осмысления и возвращения к теме. Ср.: Не помню, в каком году, но где-то уже далеко после войны я плыл на новом пароходе вниз по Енисею (В. Астафьев); Видишь, например, как стоит бутылка, или идет дождь, или едет мужик на телеге, но для чего эта бутылка, или дождь, или мужик, какой в них смысл, сказать не можешь, и даже за тысячу рублей ничего не сказал бы (Чехов). Изложение от третьего лица сосредоточивает внимание на содержании сообщаемого, например: Посмеивается в бородку Бенуа, темпераментно ораторствует Кузьма Петрович Петров-Водкин, молчалив Мстислав Валерьянович Добужинский, строго сосредоточен Рерих (Полякова).