Прах человеческий - Кристофер Руоккио

– Что вы задумали? – спросил я, обращаясь прежде всего к Лориану.

– Ваш помощник пообщался с флотилией по телеграфу, – ответил за него император. – Они хотят пригнать к городу фрегат, чтобы тот раздавал сигнал вместо связного буя.

– Получится? – посмотрел я на Лориана.

Бравый коммандер взглянул на меня бесцветными глазами и причудливо пошевелил губами.

– Бледные заблокировали все известные частоты, но у Лина есть пара древних перехватчиков «Горгон». На них стоят квантово-механические усилители, которым должно хватить мощности, чтобы пробиться сквозь помехи.

– Я думала, все ваши передатчики были уничтожены? – спросила Валка, обращаясь сразу ко всем.

– Стационарные – да, – ответил невидимый за спиной императора директор Райнхарт. – Но если напрямую подключить к инфосфере один из транспортных кораблей, можно использовать его в качестве передатчика, чтобы связаться с флотом.

– Они выше границы помех? – спросил я, вообразив зашумленность в виде окутавшего планету смога.

Но радиоволны, направленные сьельсинами над Ресонно, не проникали дальше ионосферы, и низкая орбита за границей слоя Хевисайда должна была быть чистой от помех. Если план Лориана сработает и Лину удастся поставить фрегат над городом и ионосферой, то мы действительно смогли бы наладить узколучевую передачу при помощи целого транспортного шаттла…

– Очевидно, – ответил Лориан. – У Лина никаких проблем со связью нет.

Он поднял распечатанную стопку бумаг со стола у стены. Валка взяла бумаги и принялась читать.

– Чтобы получить квантово-механический импульс, не нужно будет держать пусковую шахту открытой? – спросил я.

– Нужно, – ответил Лориан, – но они и так открыты. Будем надеяться, что Бледные не обратят внимания, что из одной шахты ничего не вылетает. Иначе придется заблокировать другой желоб и не выпустить уже загруженный транспорт.

– Группа «Гамма», старт через одну минуту.

Я посчитал в уме. На момент старта группы «Альфа» было около ста пятидесяти действующих пусковых шахт на девятьсот семнадцать транспортных шаттлов. Следовательно, шесть полных групп с небольшим остатком. Четыреста пятьдесят с чем-то тысяч человек. Еще нескольким миллионам суждено было остаться на Перфугиуме и, вероятно, погибнуть, так и не очнувшись от ледяной спячки.

За моей спиной Торас раздавал приказы диспетчерам.

– Какой номер у корабля в Е-двадцать два? – спросил я, имея в виду шахту, где мы оставили герцогиню Валавар.

– «Гамма ноль семь», – ответил Лориан, присмотревшись к настенному монитору.

– Герцогиня в шаттле «Гэ-ноль семь», – передал я ответ Лориана императору и его помощникам. – Кесарь, умоляю вас, разрешите вызвать «Ашкелон». Ваши люди справятся без вас.

Этот вопрос я задал даже более своевременно, чем Лориан рассчитал прибытие аквилариев. Как только слова сорвались с моего языка, старший диспетчер объявила по внутренней системе оповещения:

– Группа «Гамма» стартовала. Повторяю, группа «Гамма» стартовала.

Даже глубоко под землей рев двигателей ощущался как топот сотен тысяч конных всадников у нас над головой. По залу вновь прокатилась волна облегчения и надежды, и на всех мониторах засверкало пламя ракетных двигателей. Почти сразу некоторые номера вспыхнули красным – сьельсины начали сбивать шаттлы.

Лориан сунул в рот палец и поджал под себя ноги.

Император проигнорировал меня. Его руки в перчатках крепко вцепились в край стола, а глаза уставились на монитор напротив. Г-04 покраснел. Г-16. Г-29. 31. 44.

– Бьют нас, как мух, – произнес Вильгельм.

Я до сих пор помню глубокую печаль и усталость в его голосе.

– С воздуха плохо прикрывают? – спросил он.

Но капитан Марсианской стражи не услышал императора. Седрик Торас уже командовал диспетчерам приготовить группу «Дельта». На фоне его речи по радио проскакивали обрывки передач аквилариев отряда «Рапира».

– Что там происходит? – громко крикнул император капитану.

– Ваше величество!

Дверь в штаб распахнулась, внутрь ввалился мужчина и растянулся на полу в десяти шагах от императора. Четверо экскувиторов рефлекторно бросились на защиту кесаря от нежданной угрозы, а лорд Никифор преградил гонцу путь. Но угрозы не было. Мужчина был в красных доспехах и белой тунике Марсианской стражи. Шлема на нем не было, а когда он поднял голову, все увидели, что она в крови.

Красной, не черной.

– Сиятельный Марс! – воскликнул он, держась рукой за раненый бок и едва дыша. – Ниж… нижние ворота. Нижние ворота прорваны! Бледные внутри. Они воспользовались каким-то… плазменным тараном. У нас не было шансов.

Нарушая все известные мне правила поведения императорского величества, Вильгельм аккуратно отодвинул Никифора и опустился на колено перед раненым.

– Нижние ворота? – уточнил он, обняв марсианина за плечи.

Голос его звучал ровно, спокойно, успокаивающе:

– То есть вход на ипподром?

Марсианин кивнул, задыхаясь.

– Нас просто смяли. – Кровь из раны потекла на каменный пол. – Я бежал со всех ног.

– Где коммандер Вотта? – спросил император.

– На Земле, Марс.

То есть мертв. Я обошел императора и марсианина, пытаясь оценить тяжесть ран солдата. Тот зажимал ладонью рану на правом боку, чуть ниже ребер и выше печени.

– Воистину, – произнес Вильгельм, застыв лишь на мгновение.

Вы наверняка слышали истории об императоре и его марсианах. Все их знают. Говорят, хотя я и подозреваю, что это не так, что первых марсианских стражей набрали еще детьми из марсианских тюрем, когда Старая Земля близилась к своему концу. Что им с детства внушали, будто Мать-Земля сделала их своими избранниками в награду за страдания. Их учили быть фанатично преданными императору, в надежде, что фанатизм не позволит им, в отличие от древнеримских преторианцев, покуситься на престол и жизнь самого кесаря.

Но, наблюдая, как император держал себя с этим марсианином, я почти уверовал в эти истории.

Некоторые легенды правдивы.

– Приведите ему медика! – скомандовал император.

– Сию минуту, – сразу сорвался с места Никифор.

Райнхарт поспешил императору на помощь.

Вильгельм помог уложить раненого на спину и поднялся. Императорский нагрудник вымазался в алой крови, а вот плащ был непроницаем; капли просто скатывались с него.

– Вы! – Кесарь уставился на меня и ткнул влажным пальцем. – Это вы привели их на ипподром!

– Я пришел по вашему приказу! – Я даже не поклонился. – Вы меня вызвали!

– Идите! – Кесарь указал на открытую дверь, откуда появился раненый марсианин. – У нас еще есть незаконченные дела! Я никуда не полечу, пока их не завершу. Идите и отбейте ворота, которые вы же и открыли, милорд!

Я снова не поклонился, но и не возразил. Посмотрел на Валку и князя Каима. Скрытый под маской Олорин кивнул мне.

– Да будет так, – ответил я, крепко сжимая пальцы на рукояти императорского меча. – Да будет так.

Глава 40

Врата преисподней

Трудно было не восхищаться этим человеком. Все его недостатки я хотя бы однажды – а обычно чаще, чем