Император и шут - Дэйв Дункан

– Не выйдет, – решительно мотнул головой Маленький Цыпленок. – Нет татуировок! Колдовством посадить метки на лице – тоже не годится. Гоблины, как и моряки… не любят колдовства. Татуировки магией – мошенничество!

– Именно об этом вот уже битый час я и говорю! Тебе необходимо честно заполучить свои татуировки. Любой, кто хочет чтолибо изменить в старых обычаях, должен добиться, чтобы люди его слушали, а для этого ему придется делом доказать уважение к старым порядкам. Это правило относится не только к гоблинам, оно верно везде и применимо для всех народов. Так что ты должен забрать меня в Тотем Ворона как пленника, чтобы отвоевать назад свою честь и заслужить почетные знаки, долгими и изощренными пытками доведя меня до смерти. Ты должен устроить превосходное зрелище – зрелище, о котором будут слагать легенды, зрелище, память о котором останется в веках.

Инос стояла и слушала, не смея шелохнуться и отчаянно борясь с приступами дурноты. Ей хотелось бежать, кричать, но она была вынуждена молча слушать эти страшные речи.

– Я обещал тебе великолепное зрелище, – тихо промолвил Рэп, – и я сдержу слово. Пытки продлятся много, очень много дней. И соплеменники пойдут за тобой. Через год ты станешь вождем Тотема Ворона. Вот тогда ты сможешь начать настоящую подготовку. Продвигаться вперед придется не торопясь, по шажочку. А это долго, ох, как долго! Но однажды ты возглавишь объединенные тотемы и двинешься через перевал против легионов Империи.

– Воевать Империю? Хочешь этого? – полюбопытствовал гоблин.

Инос затаила дыхание, желая услышать ответ.

– Нет, не хочу, но этот вопрос я не вправе решать. Такова твоя судьба и таков круговорот мироздания. Это столь же неизменно, как историческое прошлое. Здесь решаю не я, а Боги.

Гоблин скорчился в своем кресле в три погибели.

– Не буду! Не хочу убивать тебя, Рэп.

– Мне казалось, я звался Плоский Нос?

– Выбирай любое прозвище, какое хочешь! – рявкнул Маленький Цыпленок. – Ты стал мне другом! Ты мне нравишься, Рэп, я восхищаюсь тобой. Пожалуй, даже люблю тебя! Теперь я понимаю, как неправильны наши обычаи. Они плохи не только для самой жертвы, они вредны для всех гоблинов, для самой их жизни. Мне очень хотелось, чтобы с подобной кровавой жестокостью было покончено. Я отказываюсь пытать друга. И никто никакими способами не заставит меня изменить решение! Вот и все.

Инос вздохнула с глубоким облегчением и дрожащей рукой отерла взмокший лоб. Однако ее колени все еще подгибались, поэтому она продолжала цепляться за ручку двери.

– Тебе придется выполнить предначертанное, – настаивал Рэп. – Это твоя судьба.

Гоблин огрызнулся, но Инос не разобрала, что он сказал, скорее всего, Цыпленочек непристойно выругался.

– Боги дали тебе судьбу, а я дал тебе обещание!

– Ааа! Да пропади оно все пропадом! Вот тебе назад твое обещание… и впредь не заикайся об этом!

Рэп сразу рассмеялся, так знакомо, так звучно, что у Инос навернулись слезы на глаза. Этот смех фавна она бы узнала везде. Вот только вспомнить не могла, когда последний раз ей доводилось слышать, как он смеется.

– Увалень ты зелененький, чудище неразумное! – заговорил Рэп. – Сколько же несчетных недель я из кожи вон лез, чтобы добиться от тебя хоть одного доброго слова, а ты только глазами посверкивал. Теперь же ты пренебрегаешь самими Богами ради меня?

– Сколько же несчетных недель, – откликнулся гоблин, – я с трудом сдерживал острейшее желание выцарапать тебе глаза! Все пальцы в кулаки сжимал и мечтал о том, как стану копаться в твоих внутренностях. Только потому в здравом уме остался, что измышлял, какими такими особыми пытками я потешу себя и соплеменников в концето концов… но теперь все! Я передумал. Пусть твои кишки останутся в твоем брюхе. Для негоблина ты уж очень приятная падаль, Рэп.

– Неужели ты не хочешь стать верховным вождем гоблинов?

В библиотеке повисла тишина…

– Не на этих условиях, – буркнул Маленький Цыпленок.

– Кошмар! – всплеснул руками Рэп. – Простодушного дикаря развратили пороки цивилизации!.. Послушай… если я теперь Рэп, то это, должно быть, Плоский Нос.

Новоприбывший бесшумно вылился из теней, сгустившихся за спинкой кресла гоблина. Инос, затаив дыхание, вытаращила глаза. Маленький Цыпленок, в отличие от Инос, отреагировал на появление еще одного существа весьма бурно. Он сначала подозрительно посопел, а потом глянул через плечо и… прыгнул из кресла столь стремительно, будто его пружиной подбросило. Гигантским скачком одолев добрую половину комнаты, гоблин приземлился по другую сторону камина далеко за креслом Рэпа, вопя: «Ааа!»

Сейчас в библиотеке находилось два Рэпа. Дубль был и пониже ростом, и постройнее, да и одет в испачканные жиром и сажей скверно выделанные оленьи шкуры. Подбородок и скулы грязного лица украшали пучки растительности, которые вообщето принято считать бородой. Инос вспомнила прошлую весну и Рэпа близ Пондага – новичок был его точной копией. Хорошо, что девушка стояла далеко от камина библиотеки – запах прогорклого медвежьего сала с прокисшим потом был незабываем. Дубль приблизился к краю каминного коврика и замер неподвижно, как статуя. На его губах блуждала слабая, добродушнорассеянная улыбка, точно такая же, какую Инос видела ежедневно на лице Анджилки.

– Колдовство! – прошипел гоблин.

– Разумеется, – поддакнул Рэп, критически изучая дубля. – Это существо лишь внешне походит на человека – настоящих людей дано творить лишь Богам. Но этот типчик вполне годится для твоих нужд: и кровью будет истекать, и корчиться, и даже кричать. Правда, знает он всего одноединственное слово «спасибо».

– Злое колдовство! – процедил сквозь зубы Маленький Цыпленок и, бочком подобравшись к дублю, ткнул лжеРэпа толстым, коротким пальцем… никакой реакции, только безмятежная улыбка и пустые глаза.

– Нет в этом никакого зла, – не согласился Рэп. – Убедись сам. Видишь его глаза, Птица Смерти? Личности как таковой в этом создании нет. Нет разума и нет души, зато со стороны будет казаться, что оно и страдает, и умирает. А главное, у столба пыток оно будет держаться долго, очень долго, все время повторяя «спасибо», и закричит только перед самым концом.

– Я же сказал тебе: пытать не буду – я так решил. Кроме того, это ведь мошенничество, как и магические татуировки.

Но чтото в тоне гоблина подсказало Инос, что он борется с соблазном.

– Мне казалось, что я достаточно доходчиво объяснил тебе, как ты можешь покончить с отжившими обычаями. Вот он, инструмент, перед тобой! Надеюсь, ты все еще помнишь те экстравагантные идеи, которыми ты меня развлекал?