'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

решению Роберта Кеннеди и его советников, развертывание крылатых ракет, Советский Союз ответил симметрично, разработав аналоги. К тому же вслед за появлением этих ракет на европейских базах, русские просто поставили их некоторым своим союзникам, в том числе и Кубе. В результате операции «Шок и трепет» силы быстрого реагирования сумели разбить армию Гренады. Которая была самой многочисленной и хорошо оснащенной в своем регионе, но слишком маленькой и слабо вооруженной по сравнению с брошенными против нее частями морской пехоты, парашютистов, авиации и флота. Но потери оказались очень большими, причем скрыть их не удалось. Но достигнутый очень быстро результат сказался. Критика действий правительства велась лениво и столь же быстро утихла.

Немного хуже дело обстояло на Ближнем Востоке и в Иране. Братья-мусульмане у власти ни в Египте, ни в Иордании не удержались. Навязываемая ими исламизация привела к недовольству и широких масс и правящей верхушки. В результате в Египте произошел военный переворот, а военное правительство восстановило хорошие отношения с Советским Союзом. В Иордании же наступило смутное время. Воевали друг с другом мусульманские отряды, королевская армия и отряды палестинских беженцев. Впрочем, армия понемногу побеждала. В Сирии «братья-мусульмане», объединившись с другими исламскими фундаменталистами, активизировали антиправительственную пропаганду и вооружённую борьбу, опираясь на недовольных неудачной экономической и религиозной политикой партии Баас. Планировалось, захватив власть, создать объединенное арабское исламское государство в составе Сирии, Иордании, Египта и Ливана. Начав с агитации, исламисты быстро перешли к тактике террора, убивая чиновников, военных, агентов госбезопасности и простых жителей других конфессий. Однако пришедший незадолго до того к власти в Хафез Асад не испугался, и планомерная борьба с террором привела к поражению исламистов. Не помогли не убийства членов правительства, ни массовые взрывы автомобилей в гордах, ни смертники, обвешанные взрывчаткой. В феврале, в то время, когда Томпсоны решали, куда им съездить на отдых, исламисты, пойдя ва-банк, подняли восстание в городе Хама. Быстро подавленное армией, оно привело лишь к окончательному разгрому движения. По последним данным, оставшийся на свободе один их руководителей «братьев-мусульман» вел переговоры о сдаче полицейским. Теракты прекратились и теперь страна настраивалась на мирную жизнь.

Хуже обстояло дело в Иране. На положение там подействовал общий подъем исламских религиозных движений. Политика европеизации, проводившаяся шахом, привела к недовольству большинства народа. Несколько лет ситуация буквально висела на волоске… Несмотря на репрессии, проводимой шахской службой безопасности, помощь АНБ, пославшей в Иран несколько групп своих агентов, шах на престоле не удержался. К власти в прошлом году пришли откровенные исламские фанатики во главе с аятоллой Хомейни. Они тотчас же объявили Соединенные Штаты своим главным противником, а Советский Союз — второстепенным. Но пока, кроме захвата американского посольства, закончившегося неудачей, иранцы ничем особым о себе не напоминали. Помогли сорвать захват посольства, в котором оставался лишь посол со своим секретарем и неполный взвод морской пехоты уцелевшие боевики из групп АНБ. Посла и уцелевших солдат эвакуировали на авианосец. В воздухе произошло несколько боестолкновений между американским и иранскими истребителями, причем и с той и с другой стороны летали «Фантомы». На этом все затихло. Тишина стояла настолько плотная, что Том ее и относил к причине своей тревоги. Но с другой стороны, если подумать — где Багамы, а где Иран…

В общем, Томпсон нервничал, худел и загорал, стараясь ничего не упускать из виду. И напоминал об этом Брэнду и его напарнику, охранявшим его семью вместо оставшегося на хозяйстве Джимми. Причем Брэнд воспринимал это добродушно, мол чудит босс, но выполнял. А его напарник, тоже индеец по имени Грэм, как заметил Том, воспринимал его указания. Хотя и нес охранную службу как положено, не сачкуя. Вот и сейчас, пока Томпсоны купались, а Брэнд охранял виллу, Грэм исправно сидел чуть в стороне, в тени, и контролировал ситуацию вокруг.

Небольшой транзисторный приемник, который Том принес с собой негромко бормотал, передавая последние новости: «Президент США Роберт Сарджент Шрайвер заявил, что…». Слушать, что там заявил очередной представитель клана Кеннеди, ставший президентом, Тому не хотелось и он повернул ручку настройки. Несколько мгновений невнятных шумов и еле различимых голосов от плохо принимаемых радиостанций и наконец музыка. Странно будоражащая и словно когда-то уже слышанная песня. Том еще раз приподнялся, посмотрел на играющих в набегающнм прибое детей, на жену и прилег. Немного добавил громкость и прислушался.

— Silence's looming over me.

Silent skies are full of rain

Rain is piercing through my bones

Yet, I feel pain no more…

Won my freedom, like a bird up in the blue.

Won my freedom, shook my fear away for good.

Won my freedom, wild and rogue and free like wind.

Won my freedom, this is true, and not a dream…[2]

Интересно, ему почему-то казалось, что эта песня из «тех» девяностых, а такой стиль музыки[3] появился намного позднее. Но и песня, и музыка неожиданно понравились и Том заслушался. Может быть поэтому он не сразу понял, что подошедший Грэм что-то говорит.

— Что случилось?

— Брэнд сообщил, пора обедать, — показав на рацию, повторил охранник.

— Точно, — посмотрев на наручные часы, Том едва не выругался. Похоже, сегодня он забыл завести свои «неубиваемые ударопрочные и водонепроницаемые» и они просто остановились. — Хорошо, пять минут…

Выключив радио, он неторопливой трусцой сбегал за своими.

Пообедали, после чего Эмми с детьми и Брэндом уехали прогуляться по магазинам, а Томпсон остался. Последнее время он неторопливо заносил на бумагу воспоминания о боях на Сицилии и в Нормандии. Как шутила Эммануэль, хотел прославиться больше, чем Риджуэй[4] и Эйзенхауэр. На что Том отшучивался тем, что он тоже генерал. — …и еще не настолько стар, чтобы не успеть стать президентом. Вот тогда-то мои мемуары и принесут нам дополнительные миллионы!

Он исписал уже целый лист, когда его интуиция опять заставила его прислушаться к происходящему на вилле. Вполне ожидаемая тишина, только какая-то странная…

Том взял стола и аккуратно завернул колпачок авторучки. Положил ее на стол, чуть в стороне от стопки бумаги, чтобы в случае каких-либо происшествий чернила не испортили уже написанный текст. Так же неторопливо поднялся, потянулся, словно сбрасывая усталость от сидения за столом. Наклонился, словно на физзарядке. Когда же выпрямился, в правой, убранной за спину руке удобно устроился его любимый «Браунинг». А в левой — запасной магазин. Тишина за дверями сменилась шорохами и звуками, похожими на царапанье. Томпсон вдруг резко присел и, выставив вперед пистолет, мягко катнулся по полу влево от двери. В результате распахнувший