Хроники Равалона - Юрий Пашковский

…Дверь отворилась с одного пинка. Со стороны могло показаться, что тот, кто вышиб ее, весьма силен — дверь была сделана из железа и содержала волшебные вставки. На самом деле Вадлар прибегнул к Силе Крови и убрал петли, державшие дверь на косяке. Подтолкнуть дверь и наблюдать, как она падает, — проще простого.

Молодые Живущие в Ночи смотрели на Вадлара, горделиво входящего в тайную комнату, находящуюся глубоко под подземными переходами. Хотя «тайная» — слишком громко сказано для задрипанной комнатенки с неумело нарисованными Знаками и Фигурами Ночи на стенах. Вадлар обнаружил ее в два счета, и можно было только удивляться, как Законодатели Крови ее до сих пор не нашли.

Один из упыренышей оказался сыном третьего заместителя Пятого Главы Законодателей, и Вадлар понял, что за чары скрывали эту комнатенку.

Тьфу, ну как же убого…

Девственница, привязанная к деревянному кругу, была традиционно раздета, традиционно белокура и имела традиционно большую грудь. Хей-хей, была бы она Живущей в Ночи — Вадлар бы уже кружил вокруг нее в традиционном заигрывании. Но девушка была человеком. К тому же в данный момент к плотским утехам Вадлар расположен не был.

«Еще не начали», — отметил Вадлар, не почувствовав ритуального запаха крови.

— Кто здесь главный? — нагло спросил он, обводя упыренышей взглядом.

Среди Живущих в Ночи, в комнату их набилось штук тридцать пять (ты посмотри, сколько придурков собралось Законы Крови нарушать!), началось движение. Придя в себя, вперед выдвинулся Вишмаган. О, это уже посерьезнее! Примерно одних лет с Вадларом, явно тренированный. Нужно внимательно следить за ним, хоть он и молод для полноценного владения Костяной Маской, но получить дозу смертельного яда сегодня днем Фетис не собирался.

— Я главный! — дерзко ответил Вишмаган, глядя прямо в глаза Вадлару.

Это зря. Не за глазами Вадлара ему надо было следить…

Вишмаган вдруг отшатнулся назад, словно баюкая правую руку, которая внезапно обвисла и стала необычайно мягкой, как будто из нее вынули кости.

Вадлар широко и дружелюбно улыбнулся. Применения Силы Крови Фетис на небольших предметах — например на руке — давались ему отлично. Теперь Вишмаган поймет, что с Вадларом лучше не связываться. Но нужно еще что-то, для закрепления…

Из толпы вынырнули два здоровяка. Ирха и Сива. Ну, в самый раз. Самое оно — для закрепления!

Он даже позволил Ирха завершить трансформу. А потом, быстро увернувшись от удлинившихся рук, схвативших воздух за спиной, взял Ирха за два торчащих, будто крюки, нароста возле живота, повернулся, нагибаясь, и впечатал голову Ирха в пол, используя вдобавок его вес. Хо-хо, кровушка потекла…

Частично трансформировав себя, Сива обрушил на Вадлара огромную ладонь: собирался прихлопнуть его как насекомое. Недолго думая Вадлар снова использовал Силу Крови — и Сива завыл, когда его нехилая ладошка оказалась пробитой в десяти местах, а кинжалы, пронзившие ладонь, стали тяжелее камня и пригнули Сива к полу. Мощный удар ногой в голову сразу вырубил его.

«Надо будет в сапоги еще чего-нибудь тяжелого положить!» — Вадлар ухмыльнулся. Два сосунка против прошедшего прикупольную школу сражений. Результат для осведомленного ясен сразу.

— Отныне здесь главный я! — подбоченившись, сообщил Вадлар. — Каждый, кто не согласен, пускай прямо сейчас присоединяется к оппозиции. — Фетис благодушно махнул рукой на Ирха и Сива. — Итак, кто собирается продолжить дебаты о легитимности новой власти? Никто? Отлично!

Он прошел мимо молчаливых упыренышей и принялся освобождать девушку. Удара в спину можно было не опасаться. Он знал: стая признала нового вожака.

«Звери… Какие же мы все-таки еще звери…»

Он взвалил девушку на плечо и, развернувшись, встретился с ненавидящим взглядом Вишмагана. Этот тоже признал — но не смирился.

«Ну слава Ночи!»

— Ты! — Вишмаган вздрогнул, но ответил вызывающим взглядом. — Ты будешь моим главным помощником, понял? А теперь пошли со мной. Все остальные — по домам и спать, ясно? Ах да, и приберитесь здесь. В следующий раз в нашей компании будут гости! Наденьте что-нибудь понаряднее и почистите зубы! До встречи через неделю! Не забывай, ты идешь со мной, — напомнил он Вишмагану.

…Они вышли с нижних уровней Подземного Города, когда Вишмаган наконец заговорил.

— Что все это значит? — требовательно спросил он. — Собираешься сдать нас Законодателям или Братству? А смысл? Половину сразу отпустят, а вторую напоят магически созданной кровью и после этого отпустят.

— О нет, — осклабился Вадлар. — Хрена тебе. Ты когда-нибудь видел, как восходит Глаз Дня?

— Нет, конечно. — Вишмагана передернуло.

— А имеешь представление?

— Более-менее.

— Так вот, дружок… Да, кстати, отныне ты зовешься «дружок» — именно так будут величать моих помощников. В общем, я для вас, детишек, — восход Проклятого Путника. И вы или будете выживать со мной, или…

— Или? Ты нас сожжешь? — ухмыльнулся упырь, уныло покосившись на правую руку.

— Нет, дружок. Будете жить как раньше. Нудно, скучно, из ночи в ночь одно и то же. Возможно, ваши выходки не выйдут за рамки дозволенного и вас никогда не поймают. Но вам надоест. Или вы сойдете с ума и начнете выпивать людей без остановки, убивая при этом других смертных. И тогда вами займутся Братья и Истребители.

— Мы просто хотели попробовать крови с Ночным Благом… — неуверенно произнес Вишмаган. Тихая ярость последних слов Вадлара заставила его подумать о том, что…

Впрочем, Вадлар не знал, о чем подумал Вишмаган.

— Поверь, дружок, если выпить человека, — захочется еще и еще. А потом тебя убьют. И не люди или другие. Нет. Тебя убьют свои же. — Вадлар сплюнул на землю. — Чтобы жить дальше как хочется.

— Откуда ты знаешь… про «выпить человека»?

Вадлар ждал этого вопроса. Он и говорил-то с Вишмаганом только ради этого.

— Потому что выпил. И не одного.

Вишмаган смерил его взглядом.

— И ты жив, — подытожил он.

— Я — да, — согласился Вадлар. — Но не моя сестра и не три деревни, что подчинялись моему роду.

…Лирана выжила. И сошла с ума. Этого никто не заметил: мать и отец были слишком счастливы, Доран был занят, временно исполняя обязанности отца, а Вадлар… Вадлар, восстановившись, сразу же покинул дворец и отправился в город, где и нажрался пивом так, что обогатил семью трактирщика на несколько поколений, благо денег из отцовской сокровищницы взял предостаточно. Он пил и пил, пьянея так, что с ревом бросался на живых, а потом хохотал и заставлял их пить с собой, пил так, что лежа блевал, и, не вставая из блевотины, пил снова.