Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

В этот день защитники Нанавы отразили 14 вражеских атак. Семь боливийских самолётов, на борту которых находился немецкий офицер-корректировщик, буквально висели над районом артиллерийских позиций, сбрасывая на него бомбы, но пушки Генерала Роа не замолчали. За три дня ожесточённых бомбардировок и жестоких обстрелов весь район расположения парагвайской артиллерии был буквально изрыт воронками. К концу 5 июля не получившие поддержки из тыла полки северной колонны начали отход на исходные позиции. Принимая такое решение, Кирога опасался оказаться изолированным от основных сил. На следующий день боливийцы атаковали позиции III корпуса восемь раз. Не добившись успеха, они отошли на исходные позиции.

Всего в боях 4-6 июля 7 дивизия лишилась четверти своего состава, из котороых пятьсот были убиты. Парагвайские потери составили примерно 600 человек, из которых четверть полегла на поле боя. Основная причина неудачного штурма Нанавы заключалась в отсутствии у генерала Кундта общего резерва, при помощи которого он смог бы развить успех колонны Кироги. Тем не менее, атаки продолжались: 6 июля 3 боливийский пехотный полк в очередной раз безуспешно атаковал Isla fortificada. Одновременно на северном фланге развернулись стычки за подбитый боливийский танк Виккерса «6-тонн». Он находился недалеко от первой линии парагвайских окопов на открытом, простреливаемом обеими сторонами пространстве. Боливийское командование, считая, что парагвайцы могут его захватить, отдало приказ уничтожить его. Для этого на прямую наводку была выдвинута 75мм пушка Шнейдера. Однако рельеф местности не позволял быстро поразить цель. Парагвайцы, посчитав пристрелку боливийского орудия за подготовку противника к атаке, во время которой танк будет эвакуирован, предпочли его подорвать. Сохранившаяся после взрыва башня этого Виккерса установлена на постаменте перед Военным Музеем в Асуньсьоне. Таким образом, боливийское командование повторяло свои прежние ошибки. Последние боливийские атаки и радиоперехват разговоров генерала Г.Кундта с командирами дивизий и колонн ясно свидетельствовали о том, что боливийцы стали выдыхаться. На основании этих данных, командование III корпуса начало подготовку наступлению. 14 июля позиции посетил Х.Ф.Эстигаррибия, который был поражен полем боя. Командующий, неравнодушный к чужой славе, имел довольно острый разговор с Л. Иррасабалем, который купался в лучах славы после второй Нанавы. Из разговора с ним он вынес мнение, что командир III корпуса является его главным соперником на военном поприще, и сделал соответствующие выводы. По возвращении в штаб, Ф.Х.Эстигаррибия попрасил возвращением своего прежнего конкурента К.Фернандеса на фронт и его назначенил его командиром 4 дивизии.

Неудача второго штурма Нанавы, где в общей сложности было потеряно 2000 солдат, впервые поставила под вопрос компетентность генерала Г. Кундта, которого вызвал для дачи объяснений президент. В беседе с Д. Саламанкой немецкий генерал с апломбом указал на ряд недостатков боливийской армии, которые, по его мнению, мешали победе. В беседе с президентом, требовавшим прекратить кровопролитные атаки Нанавы, немецкий генерал в качестве аргумента неудач приводил некомпетентность и безынициативность старших боливийских офицеров, а также то ужасающее положение, в котором он застал армию. Ему удалось убедить президента в собственной правоте и, сохранив в своих руках всю военную власть, генерал стал готовиться к возобновлению атак парагвайских позиций. Несмотря на то, что 9 дивизия, атаковавшая Арсе 4 июля, также не добилась успеха, генерал Г.Кундт решил перейти на этом направлении от демонстративных действий к решительным операциям. Он исходил из предположения, что основные силы противника связаны на юге, и парагвайскому командованию станет сложно удержать позицию. Овладение Арсе позволяло окружить 2 парагвайскую дивизию в Фернандесе. Прорыв в полосе I корпуса привел бы к расчленению парагвайского фронта в центральном Чако на два изолированных района и вызвал бы неминуемо очищение района Толедо. Для усиления 9 дивизии из-под Нанавы были взяты 7 пехотный и 7 кавалерийский полки.

Тем временем, Х.Ф. Эстигаррибия собрал совещание своих командиров корпусов и дивизий в Исла-Пой. На совещании обсуждался план перехода в контрнаступление на Платанильос и Корралес последующим выходом к Бальивиану. В ходе операции I и II боливийские корпуса должны были быть изолированы. 4, 7 и 9 дивизии противника оказывалась прижатыми к берегу Пилькомайо, а 3 и 8 дивизии оттеснены в район северного Чако и окружены. Командиры I и III корпусов полковник Г.Нуньес и подполковник Л.Иррасабаль считали активизацию операций преждевременной и требовали усилить свои части. Идею наступления поддержал только командир II корпуса полковник Х.Б.Айяла, который брался решить поставленную задачу. Он предлагал усилить его корпус 2 артиллерийскими группами и 60 грузовиками. В ходе обсуждения оперативной обстановки командир 1 дивизии Р.Франко выдвинул альтернативный план наступления. Он предлагал скрытно сосредоточить три дивизии в районе Гондры и нанести удар в юго-западном направлении. Овладение дорогой Арсе – Сааведра позволяло прервать коммуникации 4 и 9 боливийских дивизий с тылом. При благоприятном исходе наступления часть боевых сил противника могли попасть в окружение. Присутствовавшие на совещании русские и аргентинские советники поддержали план Р.Франко и убедили Х.Ф.Эстигаррибию утвердить его. Данное решение шло в разрез с планами Генерального Штаба и сильно уязвило его начальника.

Чтобы подсластить пилюлю, парагвайский президент, как Верховный Главнокомандующий, поручил И.Т.Беляеву пригласить русских офицеров на парагвайскую службу. При участии брата Николая и парагвайского консула X. Лапьера, в Париже возник «Колонизационный центр по организации иммиграции в Парагвай», начавший вербовку бывших чинов белых армий в парагвайскую армию. Почетным председателем центра был избран известный деятель Белого движения донской атаман А.П. Богаевский. Два раза в месяц начала выходить газета «Парагуай», девизом которой стали слова: «Европа не оправдала наших надежд. Парагвай – страна будущего». Первая партия русских офицеров была завербована очень быстро. Когда они прибыли в Парагвай, то почти сразу были распределены по частям. Так, один из вновь прибывших капитан Емельянов, который получил эскадронв полкуБутлерова и уже 6 августа оказался в бою под Нанавой. Получили повышение и многие «старослужащие» белогвардейцы. Так, командирами полков были назначены майоры Сергей Салазкин и Николай Ширков. Прибытие группы военных профессионалов в парагвайскую армию и их назначение на командные должности повысило качество управления войскаи на этом этапе войны, но сказалось на положении генерала Беляева. Многие парагвайские офицеры, обойдённые назначением, затаили недовольство против него.

Утром 11 июля патрули дивизии Р.Франко, просочившиеся сквозь боливийские позиции выяснили насколько тонкой является оборона 5 и 15 пехотных полков 4 боливийской дивизии. Их донесения окончательно склонили парагвайское командование к нанесению удара от Гондры. На следующее утро силы 1 дивизии неожиданно атаковали позиции 15 полка. Вскоре боливийские части оказались охвачены с юга, а их связь с тылом прервана. Для спасения своих солдат Пеньяранда бросил все наличные дивизионные резервы: