Чародей - Анджей Ясинский

В зале послышался негодующий гул, посыпались вопросы и начались обсуждения. Даймоновские банкиры, несмотря на всю свою сдержанность, не могли сдержать эмоции, многие из них просто не могли поверить, что кордосцы пошли на ТАКОЕ! Ответив на вопросы и разъяснив нюансы, Артаванх перешел к практической части своей речи, к тому, что следует делать и что нужно предпринять…

— Я думаю, вполне очевидно для нас, что этот закон направлен не только против банковских кланов, не только против нашего народа, он против всей банковской системы Кордоса. И это не только и не столько император за этим стоит. Своими указами они убивают у себя всю банковскую систему! Ведь кто там есть из их национальных банков? Несколько карманных для Академиков Искусства, нужных скорее для обслуживания самой Академии и для отмывания нечистых на руку средств и внутренних делишек, пара недо-банков для бедных, позволяющих хранить им свою мелочь куда рискованнее, чем под кроватью, а также банки, обслуживающие жрецов.

— И задались мы вопросами: почему, кто и зачем? Сам бы Император такое не сообразил, тут явно чье-то лобби или влияние его окружения.

— Кому это выгодно и главное зачем? Владельцам банков для бедных и низшего среднего класса? Возможно. Но их влияние невелико, а клиентуру заботят лишь тарифы, а не реальная сохранность своих сбережений. Да, кое-что они выиграют, но не так уж и много, да и решение особо не продавят — позиции не те.

— Академики? — продолжил рассматривать кандидатуры даймон. — У них влияние на жизнь в Кордосе и так доходит до небес и собственные банки тут лишь капля в море. И нужны больше для внутренних расчетов, внешние они проводят через нас: так удобнее, оперативнее, надежнее. И будут ли из-за капли они возиться, создавая себе много неудобств?

Тут по канонам нужно было бы сделать небольшую паузу, давая аудитории обдумать сказанное и заинриговаться, однако Артаванх позволить себе этого никак не мог. Малейшая пауза позволила бы кому-то сразу поднять неудобные и неприятные темы.

— Так что, наши взгляды обратились на оставшуюся реальную силу. Жрецы и церковь. Когда мы начали наводить справки, то оказалось, что большая часть крупных банков принадлежит верующим людям, неоднократно замеченным в храмах. Как только позиции наших банков ослабятся, жрецы сразу наложат руки на местные финансовые потоки. Для верующих банкиров… Для них же нет ничего святого! Нет банковской тайны, нет примата интереса вкладчика, они не ценят надежность его сбережений и не отдают дань традициям и канонам! Когда ты божий раб и у тебя нет чести и достоинства, будешь ли ты думать о вкладчиках и партнерах или по первому же запросу твоего божка или верховного жреца передашь данные о тех, на кого можно оказать давление, взять дань вроде пожертвований на строительство очередного храма или вообще затянуть в храм и заразить мозги верой и прочей гадостью!

— Однако подозрения подозрениями, но обвинять и противодействовать можно лишь имея на руках реальные знания и факты. Мы не какие-нибудь жрецы, которые верят во что-то без всяких оснований. Поэтому мы напрягли все свои связи и возможности. И подозрения оправдались и даже с лихвой! Благодаря нашим партнерам, нам удалось добыть неопровержимые доказательства о жреческом лобби этого указа…

Сказав это, Дхана передал слово Махасе, Истинно Видящему, хранителю и приумножателю знаний древних или просто 'новому даймону', как называли их за глаза. Впрочем, 'просто' тут не подходит. В свое время, только узнав о новом регулировании, Дхана в ярости побежал в представительство 'новых'. Их операции по похищению и взлому жезлов и поиски артефактов древних набрали просто выдающийся размах и именно они, наиболее вероятно, привлекли внимание академиков. Ну и конечно же амулеты, которые мало того, что продавались в Кордосе, уже заполнили все побережье и активно завоевывали оробоские артефактные рынки, а значит ухудшали экспорт и представляли угрозу для искусных артефакторов, не терпящих конкуренции. Как тогда оказалось, возможность поругаться и изъявить свое недовольство выпала не только на главу местного представительства, но и на кого-то из центрального руководства, заехавшего в Белус по каким-то своим делам. Дхана тогда мысленно прокручивал в голове свой набор требований и ход словестной перепалки… Но стоило лишь переступить порог покоев руководства 'новых', как… боевой задор потух как свеча под ливнем. От сидящей напротив фигуры веяло таким могуществом и властью, что все намеки на недовольство и скандал умирали так и не родившись. Разговор же оказался максимально вежлив и уважителен, но перед Артаванхом неожиданно открылось, какая пропасть разделяет его и 'новых', каким мелким он почувствовал себя тогда! Ведь все что у него есть, лишь многовековые каноны, традиции и связи. Как заботливый часовщик, он следит за тем, чтобы все шестеренки крутились исправно и ничего не мешало их устоявшемуся ритму, даже если это что-то полезное и сулит огромные перспективы. И много даймонов таких же как он. Даймоновские торговые и банковские (особенно банковские!) кланы, не за третий глаз заработали свою славу, а за пунктуальность, надежность и традиции. Те, кому не позволял характер, уходили в наемники или в путешествующих торговцев. Так было раньше, так есть сейчас, но в будущем, в будущем такое может не повториться… Новые даймоны пришли и они были совсем другие! Они ни на кого не давили, никому не угрожали, ничего не требовали, но они сломали устоявшийся порядок вещей! И многие, очень многие, особенно торговцы и наемники, пошли за ними, за их чудесами и знаниями. Да, не каждый может и не каждому дано продолжать дела предков. И Дхана прекрасно понимал, что банковская сфера не годится для его старшего сына и младшей дочери, а вот у младшего есть перспективы — подобное случается нередко в банковских семьях. Негодным обычно находят наставников и они потом приумножают славу клана в менее важных торговых и военных направлениях. Так было раньше, но не будет потом. Лучшие наставники сейчас или из 'новых' или подвержены их идеям. Возможно, он будет одним из последних, чьи дети попадут в проверенные руки. Дети, даже младший, не так щепетильны и кто-то из внуков точно загорится какой-нибудь ломающей устои идеей, вроде каких нибудь 'через Душу Мира платежей'. И конечно же он и многие банкиры этим были недовольны, думали о том, как этому влиянию противостоять и остановить. Но только вот теперь он осознал всю мелочность подобных попыток: "новые" — они Сила, Сила, которая ломает и переделывает все на своем пути, не потому что она так сильно хочет все изменить, а потому что с ней нельзя не считаться, и прикасаясь к ней, ты тоже меняешься. Единственный выход, который видел и который Дхана решил реализовать — присоединиться к ним, пытаясь как-то сохранить традиции и себя. Все-таки новое регулирование действительно опасно и кто бы ни спровоцировал его, без "новых" обратно его не отлоббируешь.