Нюрнбергский процесс, сборник материалов - Константин Горшенин

Для более успешного руководства всей разведывательной работой германских войск, предназначавшихся для вторжения в СССР, германской военной разведкой в конце мая 1941 года был организован специальный разведывательный орган под названием штаб «Валли», который дислоцировался вблизи Варшавы.

Кроме того, была подготовлена для подрывной деятельности на советской территории специальная воинская часть — учебный полк особого назначения «Бранденбург-800», подчиненный непосредственно начальнику абвер-2 Лахузену.

В задачу этого созданного в 1940 году специального соединения входил захват оперативно важных объектов: мостов, туннелей, оборонных предприятий и удержание их до подхода авангардных частей германской армии. При этом вопреки международным правилам ведения войны личный состав полка, укомплектованный главным образом за счет зарубежных немцев, широко использовал применение обмундирования и вооружения армий противника для маскировки своих операций.

В процессе подготовки нападения Германии на СССР командование полка «Бранденбург-800» также запасало предметы обмундирования и вооружения Красной Армии и организовывало отдельные отряды из числа немцев, знающих русский язык.

Таковы, в общих чертах, известные мне мероприятия, проведенные отделом абвер-2 к моменту нападения на Советский Союз.

Должен указать и на то, что все намеченные руководством абвер-2 мероприятия в связи с «операцией Барбаросса» адмирал Канарис докладывал фельдмаршалу Кейтелю, который, как мне известно от Лахузена, утверждал их.

Из числа других мероприятий верховного командования германской армии по реализации операции «Барбаросса» мне известно совещание представителей всех видов германских вооруженных сил, под председательством заместителя начальника штаба оперативного руководства верховного главнокомандования вооруженных сил Германии генерала Варлимонта, в котором я принимал непосредственное участие.

Совещание это состоялось в начале мая 1941 года в местечке Крампниц, близ г. Потсдама; на нем кроме генерала Варлимонта и его сотрудников присутствовали начальник отдела пропаганды германских вооруженных сил — полковник (впоследствии генерал) фон Ведель, представители абвера — полковник Рудольф, полковник Лахузен и я, а также представители трех видов вооруженных сил, кто именно — не помню.

Выступая от имени генерал-полковника Иодля, Варлимонт предложил участникам совещания разработать наиболее эффективные мероприятия по маскировке подготовки нападения на Советский Союз.

В ходе обсуждения этого вопроса совещание пришло к выводу, что необходимо замаскировать подготовку нападения на Советский Союз под видом проведения ложных мероприятий по реализации плана «Морской лев», то есть плана высадки десанта на Британские острова.

В этих целях был намечен перевод значительной части германского военно-морского флота в порты на французском и немецком побережье Северного моря, а также концентрация авиационных соединений на французских аэродромах.

Таким образом, концентрация больших контингентов германских войск на советско-германской границе должна была выглядеть как отвлекающая мера, маскирующая мероприятия по реализации плана «Морской лев».

Предложения, выработанные на этом совещании, были направлены Кейтелю и Иодлю, которые их затем докладывали Гитлеру.

Лахузен мне говорил, что предложенный нами план был в основном утвержден Гитлером и принят к выполнению.

Показания написаны мною собственноручно Штольце

ИЗ ЗАПИСИ БЕСЕДЫ БЫВШЕГО ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА РУМЫНИИ ИОНА АНТОНЕСКУ С ПОДСУДИМЫМ РИББЕНТРОПОМ, СОСТОЯВШЕЙСЯ 12 ФЕВРАЛЯ 1942 г.[132]

[Документ СССР-233]

...Я без колебаний подчеркнул, что еще с сентября, когда я взял управление страной, располагая поддержкой только со стороны гр-на Михая Антонеску, я заявил, не спросив у своего народа, что мы должны вести политику присоединения к странам оси; я сказал, что это единственный пример в истории народов, когда два человека осмеливаются сделать открытое заявление и призвать свой народ вести такую политику, которая, несомненно, должна была бы показаться гнусной.

ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА БЫВШЕГО ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА РУМЫНИИ ИОНА АНТОНЕСКУ

[Документ СССР-153]

На поставленный мне вопрос о моей, совместно с Гитлером, подготовке военного нападения Румынии и Германии на Советский Союз могу рассказать следующее:

На всем протяжении своего пребывания у власти в Румынии я проводил политику укрепления связи с Германией и пользовался ее помощью деле переобучения и перевооружения румынской армии. В этих целях я несколько раз встречался с Гитлером.

Первая встреча с Гитлером состоялась в ноябре 1940 года, вскоре после того, как я стал главой румынского правительства. Встреча эта состоялась по моей инициативе в Берлине, в официальной резиденции Гитлера, в присутствии министра иностранных дел Германии Риббентропа и личного переводчика Гитлера — Шмидта.

Беседа с Гитлером длилась более четырех часов.

Я заверил Гитлера в том, что Румыния остается верной ранее заключенному соглашению о присоединении Румынии к «тройственному пакту».

В ответ на мои заверения о верности союзу с Германией Гитлер заявил, что немецкие солдаты гарантируют границы Румынии.

Тогда же Гитлер мне сказал, что венским арбитражем еще не сказано последнее слово, и этим самым дал понять, что Румыния может рассчитывать на пересмотр решения, принятого в свое время в Вене о Трансильвании.

Я и Гитлер согласились, чтобы находившаяся в Румынии германская военная миссия продолжала вести работы по перестройке румынской армии по немецкому образцу, а также заключила экономическое соглашение, согласно которому немцы в последующем поставляли в Румынию самолеты марки «Мессершмитт-109», танки, тракторы, зенитную и противотанковую артиллерию, автоматы и другое вооружение, получая взамен от Румынии хлеб и бензин для нужд германской армии.

На поставленный вопрос, можно ли рассматривать мою первую беседу с Гитлером как начало моего сговора с немцами в подготовке войны против Советского Союза, я отвечаю утвердительно.

Это обстоятельство Гитлер, безусловно, имел в виду при разработке планов нападения на Советский Союз.

В январе 1941 года через германского посла в Румынии Фабрициуса и был приглашен в Германию и имел в Берхтесгадене вторую встречу с Гитлером, на которой присутствовали Риббентроп, Фабрициус и вновь назначенный германский посол в Бухаресте Киллингер. Кроме них присутствовали также представители германских вооруженных сил — фельдмаршал Кейтель и генерал-полковник Иодль.

В начале беседы Гитлер, представляя мне Киллингера, подчеркнул, что последний является его ближайшим другом.

После этого Гитлер, характеризуя военное положение на Балканах, заявил, что в связи с неудачами итальянцев в войне с Грецией Муссолини обратился к нему за помощью, и такую помощь он, Гитлер, намерен оказать Италии. В связи с этим Гитлер просил меня пропустить через Румынию сосредоточенные на территории Венгрии германские войска для того, чтобы они могли оказать быструю помощь итальянцам.

Имея в виду, что пропуск немецких войск через Румынию на Балканы будет актом, враждебным Советскому Союзу, я спросил у Гитлера, как, по его мнению, отнесется к этому Советское правительство.

Гитлер, напомнив мне, что при первой встрече со мной в ноябре 1940 года он уже дал соответствующие гарантии Румынии, взял на себя обязательство защищать Румынию силой оружия.

Я высказал опасение, что продвижение немецких войск через Румынию может послужить поводом военных действий со стороны Советского Союза и тогда Румыния попадет в тяжелое положение, так как румынская армия не отмобилизована. На это Гитлер заявил, что он отдаст приказ оставить в Румынии часть немецких войск, предназначенных для участия в операциях против Греции.

Гитлер подчеркнул также, что находящаяся в его распоряжении формация свидетельствует о том, что Советский Союз не намерен воевать против Германии или Румынии.

Удовлетворившись этим заявлением Гитлера, я согласился пропустить немецкие войска по румынской территории.

Присутствовавший на этом совещании генерал-полковник Иодль охарактеризовал мне стратегическое положение германской армии, подчеркнув при этом необходимость удара по Греции со стороны Болгарии. Моя третья встреча с Гитлером состоялась в мае 1941 года в Мюнхене. На этой встрече, где кроме нас присутствовали Риббентроп и личный переводчик Гитлера Шмидт, мы уже окончательно договорились о совместном нападении на Советский Союз.

Гитлер сообщил мне, что им принято решение о военном нападении на Советский Союз. Подготовив это нападение, говорил Гитлер, мы должны осуществить его неожиданно на всем протяжении границ Советского Союза от Черного до Балтийского морей.