Врата Победы (Мв-9) - Влад Савин

Подполковник Цветаев Максим Петрович, 56-й гвардейский Зееловский самоходно-артиллерийский полк. Берлин, 29 апреля 1944.

Ну вот, мы в Берлине! Дошли наконец!

А в остальном, сплошные минусы. Бой в городе, это проклятие для танка - а тем более для самоходки: пушку не развернуть, пулемета нет, и вынос ствола вперед намного больше, только и смотришь, как в переулок вписаться. Зато из каждой подворотни может стрельнуть фаустник, тут им раздолье, в отличие от поля. И боковые переулочки опасны - запросто могут оттуда, из артиллерийской засады, влепить в борт! Короче, без пехоты, причем обученной взаимодействовать с броней, нам в городе нечего делать, кроме как геройски гореть!

Но были мы в городе нужны! Уж больно хорошо немцы подготовились, тут во многих домах оборудованы долговременные огневые точки, с бетонными или броневыми колпаками, и баррикады, из цельных бетонных блоков, и пушки, на прямую наводку выдвинутые. Танков в самом Берлине было на удивление мало - а вот пушек, зениток и самоходок, как грязи! Калибр 128, причем не только зенитки, но и тяжелые противотанковые, на нормальном лафете, две станины, два колеса. И опять же, за укрытием, лишь ствол наружу - не город, а сплошной укрепрайон! И вот тут мы были нашей пехоте гораздо более полезны, чем танки - наш калибр сто двадцать два любой дот выносит одним попаданием! Тактика была давно отработана - двигаемся по улице, побатарейно, или даже повзводно, и при каждой батарее рота пехоты - один взвод по улице впереди, к стенам прижимаясь, и взвод слева, взвод справа, двигаются дворами, позади самоходок БТРы, пулеметами обвешанные, на них в первую очередь крупняки ДШК ставили, а не на самоходки, в бою у заряжающего своей работы хватает, чем из верхнего люка высунувшись стрелять, а ПВО на марше колонны свою актуальность утратило, давно мы немцев в небе и не видели. Ну и совсем позади минометчики, а если "тюльпан", один или два, то совсем хорошо!

Гладко на бумаге. И отлично работало в маленьких городках (или это деревни в Европе так выглядят?), где дома двух- ну трехэтажные, не слишком большие, и дворами легко пройти можно, на крайний случай все эти сараи и заборы гусеницами снося. Так и в Берлине, предместья прошли мы, не сильно и устав. А ближе к центру, где настоящий каменный город, многоэтажные дома с дворами-колодцами, вплотную друг к другу, и улицы петляют и сходятся, да еще каналы и набережные, и не всякий мост наш вес выдержит? И как во всем этом лабиринте полком как единым целым управлять, и с соседями взаимодействовать? Хорошо, у пехоты рации "шитики" сейчас даже в ротах по две штуки. И о позывных сговорено, слышу я и своих всех, и соседей. Но все равно, частью в городском бою управлять, это искусство! Мы уже привычные, а вот как в самом начале было?

И снайперы повсюду, черт бы их побрал! Эти дома хрен быстро проверишь, все их квартиры, подвалы и чердаки! Тем более что фрицы, замечено, часто в гражданском воюют - очень удобно, оружие спрятал, и "их бин мирный житель". А из окон стреляют - и иногда довольно метко, как людей жаль, Победа уже скоро, и похоронки писать?

Ну и жестокостью приходилось, куда деться? Кого ловили в штатском, но с оружием - к стенке, без разбирательства! А еще, помню, на Зееловском плацдарме, довелось мне говорить с одним из разведки, имя у него было странное, "Брюс", или позывной такой - и он сказал, как верфольфов узнать можно. Нет, не только по татуировке группы крови, не все же у них СС - а по характерному синяку на плече, благо немецкая винтовка "лягается" гораздо сильнее нашей трехлинейки. Интересно, что после я это в наставлениях увидел, когда Берлин уже пал. А тогда просто приказал мотострелкам, немцев раздевать и плечо смотреть - синяк, значит ясно кто ты! Есть возможность в тыл отправить, тогда пусть с тобой Особый отдел разбирается, ну а нет - по обстановке, обычно до ближайшей стены.

Два раза наступали "прорывом" - на скорости, проскочить и занять удобное место, и держаться там, пока наши не подойдут. А чаще - медленно и неумолимо, зачищая территорию, квартал за кварталом. За два дня потеряли семь машин из двадцати - одну Тимофеич обещал восстановить, три оттащили в рембат, две сгорели, и одну вытащить так и не смогли, уж больно место было поганое, и простреливалось насквозь! Но опять же, благословение "святого полка" - ни один экипаж полностью не погиб, даже из тех самоходок, что сожгли. До того дня.

Зато трофеями прибарахлились. Немецкие самоходки, с какими мы у Нойлевина на Одере дрались - убожество полное, на легкое шасси с противопульной броней поставлена сверхмощная пушка от "королевского тигра", даже без башни, лишь со щитом, расчет в бою с земли работает. И расчет легко выбивается минометами или близко подошедшей пехотой. Две штуки и подобрали, фрицев перебили, машины в порядке - решили, что держать их во второй линии, вполне сойдет, и два ствола лишних точно не помешают, экипажи на них нашлись из "безлошадных", снарядов на разбитой немецкой зенитной батарее набрали, целый грузовик.

Одним из таких "безлошадных" наш Скляр оказался, из первой батареи. Как на Днепре когда-то на "тигре" катался, так теперь на "безбашенной". И ведь отличился, когда на нас "горынычи" полезли, откуда-то сбоку! Танки, ну прямо привет из прошлой войны, кино помню, "Мы из Кронштадта", там английский танк был такой. А Скляр сказал, что как в "Индиане Джонсе" - нет, там я помню, танк резво так бегал, а эти едва ползли. Зато как пыхнет огнем, с трех сторон сразу - и наша пехота как-то вмиг с улицы пропала, во дворы - гранату не добросить, из РПГ не достать, а сжечь может запросто! Зато Скляр первым успел, пушку развернул, и вмазал. И "горыныч" трехголовый просто лопнул, как огненный пузырь, во всю ширину улицы пламя, и дым до небес! Тут и наши самоходки стали стрелять, еще двух сожгли, даже не выскочил вроде никто, один уполз, за дымом спрятавшись. После пехотинцы из Шестидесятой мотострелковой (которых мы поддерживали) рассказали, что в городе и против пехоты это самый опасный зверь, гораздо страшнее "пантеры" - только сзади его взять и можно, спереди и с боков он жжет все, и близко не подойти, ему и пехотное прикрытие не нужно. А броня у него совсем никакая, и пушка слабая, и подвижность тьфу, гусеницы корпус охватывают, движок для его веса явно слаб. Но против одной лишь пехоты - зверь!

А вот под конец и мы нарвались. Площадь там была, к ней улицы лучами, а с той стороны он и стоял - "Маус", мы такой в феврале под Зееловом видели, один лишь раз. Ваня Литвин первым сгорел, машина номер четыре, из первой батареи. Затем Саша Симоненко, "единичка" из второй, боекомплект рванул, весь экипаж в рай, не помогло и святое благословение. У Коли Капустина, "тройки" из второй, гусеницу перебило, чуток промазал фриц, хорошо, ребята сообразили, выскочить успели, и за угол, до того как следующим снарядом "маус" самоходку разнес. Причем сам немец от нас три или даже четыре снаряда получил точно, "королю" бы хватило - а этот стоит и стреляет! И "тюльпана" под рукой нет, из которого эту "мышь" проклятую тогда у Зеелова достали!