Мир Энни Мор - Валентина Булгакова

Не понимаю, чего здесь боятся люди. Дом или поместье, как его все называют, выглядит заброшено, но не страшно. Может, это все потому, что я уже не раз в нем была, не раз подходила сюда и смотрела на эти деревяшки. Интересно, почему же Наташа Фейт сбежала отсюда? Такое поместье… Только имея его, она была бы просто знаменитостью в этом городке. Ей было мало этого? Я думаю, что никогда не смогу понять её намерений.

Стоя и разглядывая заброшенный дом, я снова ощущала себя частью той сказки, которую мне рассказал Леон. До сих я не могла понять, что она действительно существует. Я не могла представить себе Элоиза, который является начальником рода крудусов. Я не могла представить себе его жену, которая пожертвовала ради него жизнью. Смогла бы я так сделать? Если бы любила… Но я даже не представляю, что это за чувство. Да, я любила бабушку, папу, но это не такое чувство, которое описывают в книгах. Чувствую себя бездушной куклой. Но я не могу себя изменить. Сейчас безразличие — мое главнее преимущество. Я не схожу с ума только потому, что мне стало безразлично многое.

Я всматривалась в забитые окна, будто ожидая, что сейчас там загорится свет, что там снова будет жизнь. Я могла бы тут простоять всю ночь, но мало ли кто будет здесь ходит. Если меня увидят тут, то хорошим это не обернется. Поэтому я еще раз заглядываю в щель между досками и ступаю обратно на дорожку.

Теперь я шла по другой улице. Похоже, домой я не вернусь сегодня. Мне не хотелось идти туда только из-за того, что около часа назад там была Элла. Её измученное лицо, потрепавшаяся одежда говорили мне о том, что с ней что-то произошло. Вопрос в том, что такого плохого должно произойти с крудусом, чтобы он так мучился? Не имею ни малейшего понятия.

Я медленно шла вдоль дороги, ничего не видя перед собой. Разум как бы закрылся от внешнего мира. Сейчас существовали только я и никто другой. Я думала о крудусах. Что-то мне подсказывало, что если вернулась Элла, если вернулся Леон, хотя в этом я не очень уверенна, то значит скоро придут и другие. И что тогда будет? Зачем они сюда приходят? Это все из-за Дона Брауна? Но его тут нет, да и не появится он.

Леон, Мик, Элла, Люси, возможно и Джеки тоже — крудусы. Как я не могла догадаться об этом раньше? Почему я только подозревала, что они могли быть чем-то связаны? Теперь же зная их тайну, я просто чувствую себя обманутой. Потому что если они бессмертны, если они могут жить вечно, то Джеки мне тогда соврал. Он сказал, что возможно его убьют. Его просто не могут убить.

Я уже просто запуталась в своих мыслях. Даже формировать вопросы по группам стало сложно. Видимо, все это из-за того, что я дала себе такой большой отдых. Нет, я просто была слишком безрассудна. Хотя я просто боялась всех этих событий, происходящих со мной. Ну а какому человеку не станет страшно?

Ночной ветер нежно обдувал кожу и постепенно возвращал меня в реальность. Но в реальность меня возвращало не только это. Эта улица, на которую я так долго не заходила, казалась мне теперь незнакомой. Нет, она была все той же, но одна деталь здесь изменилась. Эта самая деталь стояла сейчас передо мной, обгоревшая целиком. Как такое возможно?! Почему я этого не знала?!

Передо мной стоял бывший дом Мика, обгоревший так, что крыша провалилась на второй этаж, а первый был настолько разрушен, что будто дунь на него и дом развалится. Я стояла и хлопала глазами. Передо мной только черные обугленные доски, которые только если присмотреться были похожи на часть дома. Дом сгорел, а я даже не знала? Я настолько была в апатии, что ничего не замечала? Ведь я даже Эрн и Кэт не слушала, а они возможно когда-нибудь и говорили об этом доме.

Печально осмотрев сгоревшую конструкцию, я пошла дальше. Какой толк терять времени, если ответов все равно не будет. Обгоревшее здание ничего мне не расскажет.

На улице уже давно была ночь, а я все ходила. Я даже немного посидела на детской площадке, но скрипучие качели только ужасали. Да и пугать соседей не хотелось. Все давно спят, а я тут хожу и бужу всех.

Когда мысли в голове окончательно выветрились, и не было уже сил ходить вокруг одного и того же дома, я пошла к себе домой. Который раз я удивилась за день, что жители города Инсенс так легко отреагировали на то, что в их домах не было света. Возможно, никто из них даже на улицу не выходил, чтобы проверить, что же все-таки случилось. Мне пора бы уже привыкнуть, что жители тут все воспринимают, как должное. Я тоже стала почти такой, но в последний момент меня хорошенько встрясли. Теперь же я ждала чего-то. Но чего?

Мой дом был пустой. Я уже привыкла, но привыкла ли я к тому, что любой без особых затруднений может сюда проникнуть? В какой-то момент мне казалось, что дот тети — это неприступная крепость. Но теперь эта уверенность просто развеялась, как дым.

Даже не включив ни одну лампочку, я прошла в свою комнату и, переодевшись, сразу легла в кровать. За такой короткий день я успела хорошо понервничать и устать. Голова казалась чугунной, а мысли были не настолько быстрыми. Я просто закрыла глаза и стала ждать, когда усну…

Я проснулась от ужасного крика. И, как оказалось, кричала именно я. Быстро встав с кровати, чуть не повалилась обратно, так как в глазах все потемнело от резкого движения. Я помнила, что мне снилось, как я стою на берегу вместе с бабушкой. Она рассказывает мне всякие истории, от которых идут просто мурашки по коже. И вот последняя история была о том, как появились крудусы. Я помню, что в своем сне непонимающе посмотрела на Сьюзи, но она продолжала рассказывать. Потом она взяла мою руку и приложила к груди. Она сказала ''слушай'', и я пыталась понять, что она от меня требовала. Смысл её просьбы дошел только тогда, когда я ничего не услышала, не уловила стука сердца, словно его и не было. Я отшатнулась. В этот момент к нам на берег, где мы стояли, стала подходить группа людей. Все они были в темных, но очень легких плащах, которые развивались за их спинами, словно крылья. Я бросилась бежать. Почему-то эти люди наводили на меня ужас. Я бежала в сторону бухты, чтобы оказаться поближе к людям, и именно в этот момент я обернулась, мне стало страшно за бабушку. Человек в черном плаще очень быстро приближался ко мне, но сейчас мое внимание приковало то, что происходило на берегу. Несколько человек стояли вокруг Сьюзи. Они ничего не делали, но я заметила, как они стали медленно расступаться. Кровь в моих жилах просто застыла, когда я увидела, что бабушка лежала на песке мертвенно бледная. Что они с ней сделали?! Хотелось уже побежать обратно к Сьюзи, помочь ей, когда я заметила, что человек в черном плаще стал ко мне еще ближе. Чувство самосохранения было выше волнения за бабушку, поэтому я рванула с места, но мне казалось, что было слишком поздно… Меня схватили за плечо и дернули назад. Я потеряла равновесие и упала на спину. Сильно ударившись, я почти потеряла сознание, но невыносимая боль в спине не давала мне провалиться в забытие. Я стала ждать. Вот меня уже стали поднимать, небрежно, словно я мешок с грязью. Меня поставили на ноги, и теперь я могла рассмотреть этого человека в черном плаще. Когда я увидела его лицо, то во мне содрогнулось всё нутро, и тут я закричала так сильно, что проснулась.